Главный инженер 5 - Вадим Фарг

— Она неправильно собрана, — ответил он, краснея. — Надо посмотреть крепления.

— Не надо, — остановил я его. — Сегодня стул имеет право остаться неисправным.

Я сидел возле стены и смотрел на команду. Раньше Орлов устроил бы корпоратив в ресторане и заказал дорогой алкоголь. Люди сказали бы правильные слова, а в понедельник продолжили бы мешать друг другу. Здесь же стояли пластиковые стаканы и старый мангал. Даже сторож пришёл, правда, со своей кружкой, потому что одноразовой посуде не доверял. Весь вечер стоил дешевле бутылки виски Григория, а пользы от него было заметно больше.

Когда первая суета закончилась, Степаныч сел рядом. Жена сразу подложила ему под спину свёрнутую куртку. Он хотел возмутиться, но передумал.

— Ты был прав, — сказал он, глядя на мангал. — По адресам мне уже тяжело ездить. Один вызов ещё нормально, а после двух вечером не могу разогнуться. Сердце тоже напоминает, что гарантии на него никто не давал.

— Поэтому останешься старшим мастером, — ответил я. — Окончательно. Будешь распределять сложные заявки и учить новичков. Сам поедешь только туда, где без тебя не справятся.

— Зарплату урежешь? — прямо спросил он.

— Нет. Если возьмёшь наставничество и часть дежурств, добавлю.

Степаныч посмотрел с подозрением.

— За меньшую работу больше не платят.

— Ты будешь отвечать за чужую. Если молодой мастер ошибётся, клиент позвонит тебе. Ну и кататься, уж прости, тебе пока что всё равно придётся, но не работать, а наблюдать за стажёрами. Пускай молодые учатся уму-разуму.

— Тогда точно добавляй, — пробормотал он. — Нервов уйдёт больше.

Михалыч услышал последние слова и подсел к нам.

— Для базы Умярова людей мало, — сказал он без вступления. — Нужен котельщик и специалист по автоматике. На крупном объекте нельзя закрывать всё универсалами.

— Завтра не работаем, — напомнил я.

— Я не работаю, а предупреждаю. Это отдых с пониманием будущих проблем.

Митяй тоже подошёл, держа шампур.

— У меня есть знакомый котельщик. Работает хорошо, но характер тяжёлый.

Надежда громко рассмеялась.

— Если характер хуже твоего, его надо оформлять как опасное оборудование и выдавать допуск под подпись.

— Нормальный он человек, просто глупых не любит.

— Ты тоже не любишь, поэтому дома с людьми разговариваю я.

Рита принесла чай и села рядом.

— За неделю звонили несколько мастеров, — сообщила она. — Спрашивали, набираем ли людей. Есть специалист по автоматике и мужчина, который занимается котельными. Я записала номера, но ничего не обещала.

— Откуда узнали о нас?

— Через рынок Скряцкого и клиентов. Вы же сами говорили, что сарафанное радио работает лучше дорогой рекламы.

Я достал телефон и записал, кого не хватало компании. Раньше я думал о найме как о простом увеличении бригады. Теперь стали видны конкретные пустые места.

— В понедельник обзвоним, — решил я. — Сначала поговорим, потом дадим пробный выезд со Степанычем или Михалычем. Сразу на большой объект никого не ставим.

— И общение надо проверять, — добавила Рита, взглянув на Митяя. — Люди жалуются не только на качество, иногда их обижает тон.

— Хорошего специалиста можно научить, — заметил Митяй.

— Тебя пока не научили, — сказала Надежда.

— Я ещё прохожу обучение.

Разговор опять превращался в совещание. Михалыч начал перечислять документы, которые нужно запросить у Умярова, а Рита потянулась к телефону. Пришлось снова всё брать в свои руки. С другой стороны, а как иначе должен вести себя хороший начальник?

— Всё, закончили. Сегодня никаких вакансий и котельных.

— Ты сам начал записывать, — заметил Михалыч.

— Ошибся.

— Наконец-то признал. Надо оформить акт.

— В понедельник оформим, — хмыкнул я в ответ. — А сейчас отдыхаем, и пусть только кто-то ещё заикнётся за работу, буду разговаривать уже по-другому.

* * *

К вечеру возле гаражей стало тише. Дочь Риты играла фонариком Славки, пуская луч по воротам. Сторож принёс радиоприёмник, из которого негромко звучала старая песня. Жена Степаныча заставила мужа принять таблетку. Митяй помогал убирать со стола, хотя Надежда отгоняла его от контейнеров, потому что он складывал крышки не туда.

Красноносый появился со стороны пятого ряда и прошёл мимо, не глядя на меня. Возле соседнего гаража он остановился, закурил и сделал вид, что рассматривает замок. Через минуту в кармане завибрировал телефон.

«Серая неместная машина второй раз проехала. Двое внутри. Пассажир снимал».

Я поднялся и направился в сторону, где было темно. Никто не обратил внимание, возможно, подумали, что я отошёл по нужде. Красноносый подошёл с другой стороны.

— Номер заметил? — тихо спросил я.

Он продиктовал цифры.

— Когда появилась?

— Первый раз минут сорок назад. Проехали к дальнему выезду, потом вернулись. Окно открыли, и пассажир снимал на телефон. Я их раньше здесь не видел.

— Куда уехали?

— В сторону шоссе. Молодой пошёл посмотреть, не остановились ли за поворотом.

— Близко не подходить. Пусть только запомнит направление. Ты спроси у сторожа, не видел ли он машину раньше.

Красноносый кивнул и затушил сигарету.

— За вашими людьми следили? — спросил он.

— Похоже на то, — нехотя ответил я.

— Могу ещё Сяву спросить. Он машины хорошо запоминает, особенно если водитель не дал закурить.

— Спроси, но аккуратно, мне лишние сплетни не нужны.

Я вернулся к гаражу. Раньше я бы сразу поехал следом и начал искать машину. Теперь у меня была своя сеть, пусть маленькая и неофициальная. Красноносый проверит время, сторож вспомнит въезд. Мне не пришлось бросать команду и портить редкий спокойный вечер.

Дочь Риты сидела рядом с Михалычем и держала пустую тарелку.

— Я считаю, что шашлык прошёл проверку, — серьёзно сказала она. — Но нужен ещё один кусок. Первый мог случайно получиться хорошим.

Михалыч одобрительно кивнул.

— Верный подход. Проверку надо повторять, иначе подрядчик подсунет один нормальный образец, а остальное оставит сырым.

— Вы просто хотите добавки.

— Контроль качества требует жертв. В этот раз со стороны мяса.

Я сел и взял чашку. Где-то за воротами могла стоять чужая машина, и кто-то из моих врагов уже пытался понять, из кого состояла моя команда. Пусть смотрели. За столом сидели уже не случайные мастера, которых я собирал по одному. Они научились работать вместе, а рядом появились люди, способные заранее заметить чужой интерес.

Ближе к девяти все начали расходиться. Слава предложил