Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд

— Я уже здесь.

— Вы Луна...

Он остановился.

Неловкость появилась сразу.

— Бывшая, — закончила я.

— Простите.

— Ничего.

Слово оказалось легче произнести, чем несколько дней назад.

Он поправил крепление.

— Вас в Черном Яру ждут?

— Надеюсь.

— Альфа Морн сейчас на западной дороге.

Я нахмурилась.

— Разве?

— Ночью обвалило часть откоса. Он выехал еще до рассвета.

Понятно.

Рейд не отменил мою поездку из-за дорожного обвала.

Возможно, просто не успел.

Или не считал необходимым лично встречать консультанта, которого нанял на тридцать дней.

Вполне разумно.

И почему-то мне понравилось больше, чем если бы у ворот стоял почетный караул.

— Я еду к управляющему резервами.

— Тогда вам в Верхний двор. Он почти у центральной площади.

— Спасибо.

Мужчина кивнул.

Потом неожиданно спросил:

— Вы правда приехали проверять наши склады?

Вот теперь вопрос был не о разводе.

— В том числе.

— Зачем?

Я посмотрела.

— Потому что мне за это платят.

Он усмехнулся.

— Нормальный ответ.

— А какого ожидали?

— Что-нибудь про общую безопасность Севера.

— Это тоже.

— Вот. Уже хуже.

Я рассмеялась.

Мужчина тоже.

Через двадцать минут из придорожной станции принесли запасную ось.

Оказалось, она не совсем подходила.

Еще через десять прибыл мастер.

Через сорок пять дорога открылась.

Мы поехали дальше.

Черный Яр не был красивым в том привычном смысле, которым гордился Серебряный Хребет.

Вейр строили поколениями. Светлый камень, широкие улицы, большие площади, старые родовые дома.

Здесь город поднимался по склону.

Нижние улицы были узкими. Дома стояли близко, будто жители годами пытались отвоевать у горы каждый свободный участок.

Камень темный.

Крыши крутые, чтобы снег не задерживался.

Много мастерских.

Кузницы.

Складские дворы.

Небольшие лавки.

Люди одевались проще.

И почти у каждого второго взрослого при поясе находился нож или короткий дорожный клинок.

Не для красоты.

Пограничная территория.

Я увидела это еще до того, как карета остановилась.

На одной улице ремонтировали телегу общей стражи.

На другой двое подростков разгружали мешки с сушеными травами возле лечебницы.

Возле площади находился деревянный щит с объявлениями.

О пропавших лошадях.

О ремонте дороги.

О новом порядке ночного патруля.

И о выплатах семьям троих стражников, погибших этой зимой.

Я задержала взгляд.

Три фамилии.

В Серебряном Хребте подобные списки тоже существовали.

Но у нас они появлялись реже.

Черный Яр действительно жил ближе к опасной границе.

Верхний двор оказался большим хозяйственным комплексом, а не домом Альфы.

Три каменных корпуса.

Складские помещения.

Канцелярия.

Конюшня.

Отдельное здание для собраний.

На входе меня встретил невысокий мужчина лет пятидесяти с густой сединой в темных волосах.

— Дорен Висс. Управляющий общими резервами Черного Яра.

Он пожал мне руку.

Никакого поклона.

— Нора Вейл.

— Знаю.

— Тогда половину представления можно было пропустить.

— Я хотел проверить, не представитесь ли Норой Харт.

Ответ был настолько прямым, что я замерла.

Дорен посмотрел.

— Слишком грубо?

— Немного.

— Тогда прошу прощения.

— Принято.

Он открыл дверь.

— Просто у нас сейчас много разговоров.

— Здесь тоже?

— Особенно здесь.

Мы вошли в теплый коридор.

— Почему особенно?

Дорен посмотрел через плечо.

— Потому что Морн нанял жену своего главного соперника за месяц до самых важных слушаний.

— Бывшую жену.

— Суд еще не закончил процедуру.

— Хорошо подготовились.

— Я управляю резервами. Если приезжает человек с доступом к нашим книгам, предпочитаю знать, кто он.

— И к какому выводу пришли?

Он остановился возле двери кабинета.

— Пока ни к какому.

— Уже неплохо.

— Не радуйтесь. Половина моего отдела уверена, что вы приехали искать ошибки специально, чтобы потом Харт мог использовать их против Морна.

Я не ожидала.

— Харт?

— Конечно.

— А не наоборот?

Дорен усмехнулся.

— Другая половина считает наоборот.

— Очень доверчивая стая.

— Мы стараемся.

Он открыл дверь.

Внутри меня ждали трое.

Женщина примерно моего возраста с короткими светлыми волосами.

Молодой мужчина в серой рубашке.

И пожилой оборотень, который не скрывал неприязни настолько демонстративно, что почти хотелось оценить честность.

Дорен представил:

— Аста Лер, учет. Том Ренн, маршруты. Гарн Ойс, главный кладовщик Верхнего двора.

Гарн не протянул руку.

— Мы уже закончили годовую проверку.

— Поздравляю.

— Поэтому не понимаю, зачем еще одна.

— Я не провожу годовую проверку.

— А что?

Я положила рабочую папку на стол.

— Сверяю ваши межстайные нормативы с системой Северного Круга. Это то, за что Черный Яр решил мне платить.

Гарн посмотрел на Дорена.

— Черный Яр или Альфа?

Дорен нахмурился.

— Решение утверждено финансовым отделом.

— После предложения Альфы.

— Да.

Гарн снова посмотрел на меня.

— Значит, Альфа решил привести бывшую жену Харта, чтобы она доказала, какие мы честные перед выборами.

Я могла ответить жестче.

Хотелось.

Вместо этого села.

— Если хотите, я могу найти что-нибудь нечестное. Но для этого сначала придется открыть книги.

Аста резко опустила лицо.

Скрыла улыбку.

Том кашлянул.

Дорен тоже едва удержался.

Гарн остался серьезным.

— Шутите.

— Иногда.

— Мне не смешно.

— Тогда будем работать без шуток.

Я открыла папку.

— Какие общие склады Черного Яра участвуют в северном резерве?

Он не ответил сразу.

Потом сел напротив.

— Пять.

— Названия.

Начали.

Через десять минут политический разговор закончился.

Через двадцать Гарн уже спорил со мной не как с бывшей женой Кайдена, а как кладовщик с человеком, который хочет изменить норму зимнего запаса.

Это было намного приятнее.

— Вы считаете слишком много мяса на западных станциях, — сказала я.

— Нет.

— Да.

— Там стража.

— Я вижу.

— Люди едят.

— Это тоже знаю.

Он сердито постучал по журналу.

— Тогда что не устраивает?

Я повернула книгу.

— У вас норма на сто двадцать человек.

— Правильно.

— Постоянный состав станции девяносто четыре.

— Остальное резерв для проходящих отрядов.

— Где учтен отдельный дорожный резерв?

Гарн замолчал.

Я показала строку ниже.

— Еще тридцать человек.

Он прочитал.

Потом посмотрел на Асту.

— Почему две строки?

— Потому что приказ Северного Круга требует раздельно учитывать постоянный состав и проходящих.

— Значит, мы дважды резервируем двадцать шесть человек?

— Похоже.

Гарн выругался.

— Сколько лет?

Аста быстро начала листать старые книги.

Через несколько минут сказала:

— Три.

Дорен закрыл лицо ладонью.

— Сколько мы потеряли?

Я покачала головой.

— Не обязательно потеряли.