Выжить в битве за Ржев. Том 10 - Августин Ангелов

Ловец снова перекатился, меняя позицию. Сержант Самойлов тоже вовремя бросился на землю. Пули засвистели над их головами. Ловец посмотрел назад: бойцы лейтенанта Волкова тоже попали под обстрел, но они отстреливались из ППШ и даже из трех ручных пулеметов.

— Отходим! — крикнул он. — Дальше в лес от поляны! Быстро!

Бойцы Волкова попятились, стараясь выйти из огневого мешка, убраться с открытого места, где их хорошо было видно из леса. Но немцы стреляли точно. Чувствовалось, что они продумали систему огня заранее. Под огнем немецких пулеметов один за другим падали пограничники и саперы.

Ловец полз через лес, прижимая к себе винтовку. Время от времени он останавливался, смотрел в оптику, выбирал цель и стрелял. Замолк сначала один вражеский пулемет, потом — другой. Но пулеметов у немцев оказалось не один и не два, а неожиданно много. И они били со всех сторон, срезая ветки деревьев и кустов и вышибая щепу из древесных стволов своими плотными очередями. Спрятаться от такого шквального огня было трудно.

Ловец понял, что те двое возле мотоцикла были всего лишь приманкой. Их подставили свои же. Кто-то действовал жестко, не жалея собственных людей. И Ловец предположил, что это, возможно, работа Зибера. Только Зибер, или кто-то вроде него, мог устроить такую засаду. Двойную. Профессионально подготовленную с двух сторон на обходном маршруте.

Он посмотрел назад. Из его десантников рядом остались всего двое: Самойлов и Гринько с рацией. Буслаева он все-таки не взял с собой, отослал в лазарет.

— Товарищ майор! — крикнул Волков. — Нас окружают!

Ловец посмотрел вокруг. Они, действительно, оказались в кольце. Немцы стреляли со всех сторон.

— Прорываемся! — крикнул он. — Обратно к дороге! Там наши танки!

Они побежали зигзагами, отстреливаясь. Но немецкие пулеметчики по-прежнему стреляли. Волков получил пулю в правый бок. И бойцы потащили своего командира на плащ-палатке под вражеским огнем. Некоторые падали и оставались лежать. Но, пограничники умело огрызались и кидали дымовые шашки, чтобы замаскировать свой отход. А их пулеметчики с «Дегтярями» показывали выучку не хуже, чем у Панасюка.

Ловец прикрывал отход вместе с пулеметчиками, точно стреляя из своей «Светки». Он знал: если они сейчас не прорвутся, то все погибнут. Потери росли с каждой минутой. И вдруг он услышал рокот. Танковый мотор. Звук приближался с той стороны, где была дорога.

«Если немцы пригнали еще и танки, то нам конец», — пронеслось в голове у попаданца. Но, вскоре все выяснилось. Танки оказались с красными звездами. Советские танки. Причем, «Т-34» ползли не только по самой дороге, но и по лесу, сминая гусеницами кусты и молодой ельник. И танков было много.

— Наши танки! — крикнул кто-то. — Танкисты идут к нам на помощь!

Немцы тоже заметили танки и начали отступать, потому что танки начали бить по немецким огневым точкам из пушек. А Ловец и бойцы подбежали к танкам, поравнялись с ними. И, прикрывшись броней, перешли в наступление, вместе с пулеметчиками-танкистами поливая свинцом отступающих немцев.

Когда немцы окончательно сбежали, а частично все-таки были перебиты, из люка одной из «тридцатьчетверок» вылез сам полковник Митрохин.

— Майор Епифанов! — крикнул он. — Вы живы?

Ловец ответил:

— Жив, товарищ полковник. Но нас атаковали очень неожиданно. Немцы провели противодиверсионные мероприятия, устроили хитрую засаду на маршруте нашего выдвижения. Просчитали, сволочи, где мы можем пойти и расположили в лесу десятка полтора пулеметов.

Митрохин кивнул:

— Я так и понял. Потому приказал идти к вам на помощь, как только доложили о пулеметной стрельбе. Мы получили пополнение и приказ наступать дальше. В прорыв входят резервы. Плацдарм расширяется. А вы передохните и подкрепитесь. Потом снова будете путь от засад расчищать. И мы теперь пойдем за вами. Если что, то поддержим броней.

Ловец кивнул. Он посмотрел на бойцов. Волков был ранен. Пятеро его бойцов погибли. Еще четверо получили ранения. И в этот момент он понял: это только начало. Зибер разгадал его тактику. И он не остановится. Он будет охотиться за ним. До конца. Пока кто-то из них двоих не умрет. Но Ловец знал, что тоже не остановится. Он убьет Зибера первым. Или умрет сам.

* * *

Они сделали привал, подкрепились сухим пайком, а потом снова двинулись вперед. И там, дальше по дороге, уже вставала за лесом гряда высот. Та самая последняя преграда, отделяющая наступающие войска от Волги. А сзади подтягивалась пехота на грузовиках. В это время артиллеристы с обеих сторон вели между собой интенсивную перестрелку. Вокруг стоял грохот. И земля дрожала под ударами гаубичных снарядов.

Пока пехотинцы обедали, от Алексино подъехали машины с топливом. И танки заправляли прямо на поляне. А потом комбриг забрался в свой танк и проговорил в микрофон рации:

— Всем командирам рот! Слушай мою команду. Идем на Зубцов. Первая рота — за мной. Вторая — левее, в обход. Третья — правее. Приготовиться к постановке дымовой завесы. Как только наши диверсанты дадут сигнал, так сразу сажаем на броню пехоту и начинаем прорываться. Тогда уже никаких остановок. Только вперед. Только на штурм. Понятно?

— Так точно, — ответили командиры.

Митрохин опустил микрофон. Он снова посмотрел в сторону Зубцова, перед которым тянулись вдоль Волги те самые высоты. Потом бывший царский поручик взглянул на небо и прошептал:

— Господи, если ты есть — помоги. Не мне. Моим танкистам. Они не должны сгореть.

* * *

Зибер лежал на животе, зарывшись в сырую прошлогоднюю листву, и смотрел в бинокль. Его сердце колотилось нервно. Впереди, на поляне, советские танки «Т-34» ползли не только по дороге, но и напрямик через лес, сминая кусты и молодой ельник. Их было много. Он насчитал два десятка. И они шли прямо на позиции его засады.

— Проклятие, — прошептал он. — Танки. Откуда они здесь?

Рядом с ним лежал Отто, прижимая к себе свой снайперский карабин с оптическим прицелом. Его лицо было бледным, в глазах — страх.

— Герр гауптштурмфюрер, — прошептал он. — Что мы будем делать?

Зибер не ответил. Он в бинокль видел, как русские танки выползали из леса и теперь прикрывали броней пехоту, которая отступала из огневого мешка. Ловец был среди них. Он выжил. Черт, возьми, он снова выжил!

Зибер опустил бинокль и посмотрел на своих людей. Они лежали в кустах, хорошо замаскированные, готовые добить русскую диверсионную группу в решающий момент, когда пулеметчики изрешетят