Городские беспредельщики - Мира Форст

хватает ей силы воли самой слезть с моих колен, и я с сожалением отпускаю, не

потому, что хочу отпустить, а потому, что становится невозможным вот так вот сидеть

в переполненном зале. Не могу же я Юлю прямо здесь… Лучше б нам Костя места в

какой-нибудь подсобке устроил.

Дальше мы просто смотрим фильм, и я держу Юлю за руку, глажу ее ладошку, переплетаю

наши пальцы, строю планы на сегодняшнюю ночь.

Только красочным и желанным планам сбыться не суждено, а все из-за крикливой вредины

Нюры Никифоровны. Ну вот опять она…

Досмотрев боевик, упустив большую часть сюжетной линии, вышли с Лисичкой на улицу в

потоке деревенских. Я так и держал девушку за руку, наслаждаясь теплом, ароматом ее

кожи, даже молчанием уютным наслаждаясь. Испытываю странное, совсем мальчишеское

желание, чтоб все вокруг видели – я заполучил самую красивую девочку, смотрите все –

она моя, она со мной!

– Ты подумай-ка, – неожиданно оказалась на нашем пути Никифоровна. Я не видел ее в

зале клуба и, судя по хозяйственному кульку, зажатому в скрюченных пальцах, соседка

ходила за покупками. В селе был один ларек, работающий допоздна. – Нацепила юбку

короткую и вертит задом перед дохтором! – прицепилась Нюра к моей Юле. – Это как же

ты такая аморальная детей наших учишь!

Визгливый голос привлекал внимание сельчан, возбужденных просмотром блокбастера.

Охочие до зрелищ, они спешили не упустить скандала.

Юля, обычно терпимая к вредной бабе, тут не стерпела оскорблений и ответила на выпад.

– Замолчите. Или я…

– Что ты?! Поглядите-ка, учительница мне угрожает! Вы все свидетели! – Нюра пихнула

Звездочку плечом, а моя девочка, чтобы не упасть, ухватилась за ее матерчатый кулек,

и как-то так вышло, что мешок, набитый продуктами, ударил саму Никифоровну, и

женщина не сильно, но все ж таки приземлилась на пятую точку.

Я был так зол на склочную бабу, что, вместо того, чтобы помочь ей подняться,

пригрозил:

– Еще хоть раз Юлю обидишь, я всех твоих петухов Рексу скормлю.

– Лови новости! – швырнул в Никифоровну мятую газету Костян, подоспевший к месту

нашей стычки.

– Люди добрые! – заголосила Нюрка. – Это чего же делается?! Никакого уважения к

старости у молодежи хамской! Гражданин милиционер! – разглядела она участкового Юрия

Гаврилина, который присутствовал на киносеансе. – В участок их! Я заявление буду

писать! О покушении!

Гаврилин вздохнул и велел следовать за ним.

В участке, состоящем из двух комнат и одной решетчатой камеры, участковый, выслушал

бабку и переключился на нас.

– Гражданка Звездочкина, признаете, что ударили по плечу гражданку Никифорову ее же

сумкой с продуктами?

– Признаю, – опустила голову Юля.

– А вы, доктор Нечаев, подтверждаете, что вместо того, чтобы помочь подняться с земли

гражданке Никифоровой, накинулись на нее с угрозами?

– Признаю, – без сожалений пожал я плечами, обнимая Звездочкину.

– Ну а вы, гражданин Лебедев, признаете, что вмешались в разборку и кинули в

гражданку Никифорову мятую газету?

– Признаю, – жевал Костя неизменную зубочистку.

– Отлично. Запишем и запротоколируем, – подыгрывал фарсу Юрик Гаврилин, так как

Никифоровна находилась здесь же и отделаться от склочной бабы не представлялось

возможным. – Итак, господа городские беспредельщики, – придал Гаврилин лицу

официальности. – Предстоящую ночь проведете в околотке. Все трое.

– У нас собака в доме одна, – не мог забыть я про Рекса. – Пес может начать выть,

если никто не придет.

– Страхолюдину тоже посадите, – раздавала указания довольная собой сельчанка. – Это

не собака, а этот…, как его… питбуль, во!

– Ладно, – вновь вздохнул Юрик. – Я приведу пса, – по-видимому, он решил, что так

будет лучше, чем, если ночью придется принимать жалобы о вое.

Под бдительным присмотром Нюры, Гаврилин запер нашу троицу в камере. Я отдал ему

ключи от дома и объяснил, где лежат ошейник с поводком. Через полчаса, виляющий

хвостом Рекс, присоединился к нам, пододвинув Костяна на одной из двух в наличии

лавок.

С улицы раздавалась забористая брань продавщицы Танечки Беляевой. Похоже, не только

мои планы на ночь были нарушены. Юрику как-то удалось заткнуть Танюху, не зря он

свою должность занимает, умеет с гражданами общаться и гасить конфликты.

Глава 20. РУСЛАН НЕЧАЕВ

Спать на голой скамье, да еще вдвоем, вряд ли могло быть удобно, но, как говорится,

не можешь изменить обстоятельства, подстройся под них. Поэтому я вытянулся, вжимаясь

спиной к стене, а к своей груди прижал Юлю. Обнял, зарылся носом в ее волосы,

помирая от испытываемой сласти. Наконец-то эта ускользающая от меня девушка в моих

объятиях. Пусть и при таких обстоятельствах, когда мы вынуждены коротать ночь в

камере, но все-таки неспроста популярно так крылатое выражение – с милым рай и в

шалаше. Вот и правда рай, даже в камере на жесткой лавке.

– Вижу, помогли вам места козырные, – скалился Костян, безуспешно пытавшийся скинуть

на пол Рекса. – Вы кино-то вообще видели?

– Видели, – подала голос Звездочка. – Очень интересное кино.

– Ну-ну, – смирился Лебедев с соседством питбуля и заложил руки за голову,

уставившись в растрескавшийся от времени потолок.

– Как думаете, нас тут долго продержат? – волновалась моя девочка.

– Ночь точно, – со знанием дела сказал Костя. – Потом Юрик нас отпустит. Не парься,

Лисичка, спи лучше, время быстрее пролетит.

Совсем скоро в помещении стемнело, в маленькое оконце под самой крышей не проникал

лунный свет, и звезды не показывались.

С соседней лавки доносилось двойное сопение. А мы с Юлей не спали, привыкая к новым

ощущениям быть вместе. Я целовал ее шею, гладил округлую грудь сквозь платье,

ощущая, как быстро бьется ее сердце. Звездочка повернулась, обняла меня за торс,

прошептала мне в губы:

– Я боюсь, Руслан.

– Меня боишься? – лежали мои ладони теперь на ее спине, и мне казалось, что я еще

никогда в жизни не держал в своих руках более хрупкой девушки, чем Юля. Никогда у

меня не было такой вот нежной, маленькой, хрупкой и настолько красивой.

– Отношений, – призналась она. – У меня был… был неудачный опыт, и я не хотела больше

ни с кем…

– Ни с кем и не надо, Звездочка, – поцеловал ее в нос. – Только со мной. Я для