Маленькая книга спокойствия. Гайд для тревожников - Хамбл зе Поэт

Откликаться > Реагировать

Помимо заботы о себе, справляться с гневом экологично вам поможет следующее.

Какие ситуации или люди обычно приводят вас в ярость? О чем из прошлого эти ситуации напоминают? Знание триггеров — ключ к двери под названием «болевая точка вашей жизни». Обратите на это внимание, углубитесь и позвольте исцелению начаться.

Когда почувствуете, как накатывает злоба, лучший вариант — сделать несколько глубоких вдохов и дать себе время. Отойти в сторону, сосчитать до десяти, до тридцати, до миллиона — просто дайте своему мозгу время разобраться прежде, чем реагировать.

Очень важное действие. Гораздо лучше объяснить, как мы себя чувствуем, чем показать. Не подавляйте гнев: расскажите о нем. Это можно сделать спокойно, сохраняя устойчивость: проговорить «Мне больно, когда…» или «Я расстроен, потому что» — гораздо более продуктивный подход, чем просто орать.

Держаться за злобу — словно пить яд и ждать, что отравится другой. Прощать не значит соглашаться с чьим-то поведением. Это значит отпустить обиду и гнев, пожирающие вас.

Если у вас трудности с самостоятельным контролем агрессии, подумайте о профессиональной помощи. Психолог может научить вас эффективно работать со злостью и поможет выявить ее первопричину.

Помните: гнев — нормальная эмоция: скорее всего, никакой проблемы с ним нет —вам просто нужно найти способ более эффективно реагировать на переполняющие вас чувства. Наша цель — выражать раздражение здоровым образом и не попадать под его власть. Зная свои триггеры, работая с подавляемыми эмоциями и используя стратегии преодоления, вы сможете превратить этот внутренний вулкан в томление на медленном огне, что позволит обрести ясность и покой.

Буги все еще гуляет без поводка, и за все эти месяцы я больше не слышал никаких желчных комментариев. Самая частая реакция на нас: «Она такая воспитанная! Моя собака бы так не смогла».

Тревога подпитывает злобу, а злоба — тревогу.

[79] Забавно, но однажды я избежал штрафа в Лос-Анджелесе, пожав плечами и сказав полицейскому: «Извините, просто я канадец».

Кто я такой, что мне нравится, что люблю, чем одержим, создаю ли я трудности окружающим, что мне по душе, от чего становится горько? Хотя эти вопросы важны для меня, я частенько их избегаю. Слишком уж страшно и тревожно копаться в себе. И именно потому их нужно задавать.

Я креативный, талантливый писатель, который погружается в самые глубины своей души и творит из тьмы, обнаруженной там, или просто парень, который записывает цепляющие идейки в удобоваримой форме, зарабатывая на этом? Стоит ли мне бросить все, что приносило успех, но казалось однообразным, и заниматься творчеством, пугающим до смерти, но зажигающим внутри огонь, который так редко чувствую? Разве мы, люди, можем вообще позволить себе такой образ жизни, основанный на страсти? Я часто думаю над этим и прокручиваю вопросы, создавая иллюзию, будто что-то делаю, хотя на самом деле не сделал ничего. Потом я понимаю, что легче оставаться там и тем, кто я есть, поскольку это безопасно и удобно, а все новое пугает.

Очевидно, что маски, которые мы носим, душат нас и подпитывают тревогу, но нельзя быть собой, если не знаешь, кто ты. Часто мы обвиняем внешние обстоятельства в том, что из-за них не можем быть настоящими, но в действительности мы сами играем роли, понимая, что без них пропадем. В молодости человек начинает восхождение на гору, и мысль о том, что он выбрал не ту вершину, ужасает. Но это означает только то, что нужно вернуться обратно, найти новую и начать заново.

Речь не только о карьерных вершинах. Конечно, я мог бы перестать писать книги и посвятить остаток жизни развитию нового вида искусства, который назвал бы «Бородатым Балетом» [80], но что насчет ярлыков вроде «мать» или «муж»? Это не субъективные категории, их нельзя отбросить и начать все с чистого листа, как, например, заменив на бейдже имя Канвер Сингх на Humble the Poet [81] («Смиренный Поэт»). Это вызывает много тревоги.

Наша идентичность играет огромную роль в том, насколько безопасно или постыдно мы себя ощущаем, и влияет на психическое здоровье, в особенности на тревожность.

Никому не нравится предавать себя. Жизнь постоянно заставляет нас искать компромисс между истинным «я» и безопасным. Безопасность подразумевается не столько физическая, сколько эмоциональная или психологическая, что особенно актуально для мира, где стыд используют как оружие, чтобы держать нас в узде. И потому то, как мы подаем себя, превращается в тщательно продуманное представление, которое призвано спасти от осуждения и сохранить мир.

Но мы не настолько слабы, чтобы играть в эти игры: вполне нормально воспринимать мысли и чувства других как зеркало, в котором мы видим самих себя. Это приводит к постоянной погоне за одобрением. Но нужно понять: бесконечная погоня за признанием заводит в порочный круг, в котором мы стремимся угодить другим, но не можем при этом дотянуться до самоценности, словно она — морковка на удочке.

И лучший способ разорвать этот круг — понять, кто ты есть. Это не значит, что нужно сразу узнать о себе абсолютно все, но примерное представление или хоть какая-то идея о том, кем мы себя ощущаем, лучше, чем ничего. Знание себя помогает обрести ясность и стабильность ума. Помните: тревога растет из-за отсутствия концентрации, так что осознание того, кто мы есть, может служить путеводным маяком во всех решениях, которые приходится принимать. Понимая, кем мы являемся — и, что не менее важно, кем мы не являемся, — мы превращаем жизненные трудности в выборы, действительно соотносящиеся с нашей сутью.

Мне приходится бороться за это в отношениях, карьере и даже в общении с семьей. Всегда застреваю между тем, кто я есть, и тем, кем, как мне кажется, должен быть. Работая над этой книгой, я осознал: «тот, кем, как мне кажется, я должен быть» — это «тот, кем мне безопасно быть рядом с другими». И я определяю что-то как безопасное только потому, что уже сталкивался с этим и ничего плохого не произошло.

К примеру, что бы случилось, если бы я сбрил бороду? Кем бы я стал? Не знаю, и это вызывает тревогу. Дело не в бороде, а