Путь к себе - Ольга Усачева

Марина недовольно сморщила носик.

— Вера Петровна, он в нашу гостиную ну никак не подходит по стилю. Вы уж извините, но я его на диван стелить не буду.

Вера Петровна аж похолодела. Это чего это, зря что ли она старалась, вязала три месяца? Но сразу со снохой ругаться не стала и предложила другой вариант.

— Жалко, а я уж так хотела вам немного уюта в дом принести. А может хоть Андрюшеньке в комнату определишь, у него в детской ярко всё, ему подойдет.

Марина покачала головой, как бы раздумывая.

— Хорошо, Вера Петровна. Постелю ваш плед в детскую.

На том и разошлись. А еще через неделю, придя в гости к родным, Вера Петровна не нашла плед и в детской.

Марина только рукой махнула.

— Андрей истерику закатил, не понравилось ему, что вместо покрывала с Тачками я постелила ваш плед. А еще он сказал, что плед колючий. Даже и не знаю, куда его сейчас. Но я подумаю еще.

На душе у Веры Петровны было горько и тоскливо. Вот так старайся для них, а они ничего не ценят.

А еще через пару месяцев она обнаружила, что ее драгоценный плед лежит… в собачьем углу у овчарки Киры вместо подстилки.

Вера Петровна даже слова не смогла вымолвить от злости и возмущения. Выскочила в подъезд, хлопнув дверью. Всю дорогу до дома она глотала горькие слёзы обиды, а в голове прокручивала, что скажет при встрече этой неблагодарной Маринке. У, cтеpвa! Всё наперекосяк норовит сделать, то ей не так и это не этак. Я тут душу в подарок вложила, а она его выбросили!

У подъезда ее притормозила подруга Анна. Жила она на одной площадке с Верой Петровной и они частенько захаживали друг к другу в гости, по утрам вместе ходили с палочками для скандинавской ходьбы. А самое главное, их объединяла общая страсть к рукоделию. Раньше Анна тоже много вязала, но в последние годы увлеклась изготовлением ватных елочных игрушек.

— Тпру! Стой, Вера! Ты чего такая бешеная летишь? Что случилось?

Вера Петровна не стала скрывать свою обиду и гнев, и вывалила всё подруге, перескакивая с одного на другое.

— А она мне, фифа такая, мол, к «нашему стилю ваш плед не подходит». Тьфу! Да какой там стиль, живут как в бункере, тоска одна. И внука настроила, чтобы сказал, что не нравится мой подарок. А еще, собаке, слышишь, cyкe, его постелила. В душу мне плюнула! Я столько сил вложила в этот плед, столько пряжи извела, а она…

Анна молча слушала, иногда кивала головой, давая подруге возможность высказаться и выплеснуть гнев. А потом, когда Вера немного остыла, заявила.

— Знаешь, Вера, а ведь вы обе в этой ситуации не правы. Я Маринку защищать не буду, она та еще заноза, но и ты хороша. Ты с чего это решила в доме взрослого сына командовать?

— А я чего? Разве командовала. Живут, как хотят, я к ним не лезу.

— Да как это «не лезу», если ты плед тот специально связала, чтоб по-твоему было. Не нравится, видите ли тебе, что у них интерьер не такой, как ты привыкла. Да еще и пошла таким ходом, чтоб Маринке сложно было отказаться от подарка. Ведь он же «с душой сделан», ручками твоими. Не в магазине купленный. Это же манипуляция, чистой воды. Да ты радуйся, что Маринка его на помойку сразу же не выкинула. Вот ты представь, что Маринка к тебе придет и картину каких-нибудь абстракционистов на стену повесит, ты как на это отреагируешь? Поди эту картину Маринке на шею и повесишь.

Вера Петровна, уселась на лавочку, и будто скукожилась, как проткнутый воздушный шарик. Всё верно Анна говорит, так оно и было. Сама себе бы Вера не призналась, но очень уж хотелось свои порядки в доме сына навести. Хотела-то она как лучше, только по её мнению лучше. И вязала она больше для своего удовольствия, не шибко-то и надеялась, что Маринка плед у себя постелит, но надежда всё равно была.

— И что мне теперь, так и промолчать?

— А и промолчи, не сломаешься. Ты подарок подарила? Это уже не твоё дело, что с ним делают. Хотят — выкинут, хотят на тряпки изведут. Прошли времена, когда можно было свой подарок годами контролировать, молодежь сейчас по своим правилам живут, и нам бы надо эти правила перенять. А то я видела у тебя вазочку страшную, которую тебе на работе сто лет подарили, а ты хранишь зачем-то, а сама ее терпеть не можешь.

— Так ведь подарок! — начала было Вера Петровна.

— А что, подарок? Если вещь тебе не к душе, то чего ее хранить, настроение портить. Это уже твоя вещь, что хочешь с ней то и делай. И про других думай, когда что-то даришь. Не своё самолюбие стремись потешить, а пользу и радость людям подарить. Вот ты думаешь, чего это я больше вязанием не занимаюсь? А всё потому — ручки-то чешутся что-то смастерить в подарок, да вязание никто уже ни не любит, не модно это, да и в магазине чего только не купишь и качества получше, чем мы наковыряем. А вот игрушки мои ватные сейчас в самом тренде, они знаешь, какие дорогущие у мастеров в интернете, и каждый сейчас себе хочет такую игрушку в коллекцию получить, чтобы на ёлку повесить. На любой праздник могу подарить, не только на Новый год. Да и мелкие они, на виду не лежат, глаз не