Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
Дафна почувствовала, что ей тоже не помешает вздремнуть. Каф почему-то становилась все тяжелее. Дафна потянула за шнур вызова медиведьмы. Пришел целитель и по ее молчаливому знаку переложил Каф в кроватку, затем принялся менять постельное белье, аккуратно приподняв Дафну левитацией. Когда постель сменили, а довольно интимный осмотр закончился, Дафна вновь устроилась на подушках.
— Они разбудят вас, когда проголодаются, — сказал целитель. — Я пришлю медиведьму помочь с кормлением. Роды у вас были долгие. Сейчас немного отдохните.
Дафна кивнула. А проснулась от плача ребенка.
Ведьма в зеленой мантии действительно пришла помочь. Гарри все еще сидел в кресле.
— Мы наложили на него усыпляющее заклинание, чтобы он хоть немного поспал, — объяснила медиведьма. — А теперь завтрак для всех троих.
Когда дети поели, Дафна попросила медиведьму разбудить Гарри.
Он встал и посмотрел на нее. Дафна все еще кормила Каф.
— Гарри, ты напугал мою маму, — сказала она. — Но маленький Альтаир у нас хороший соня, он уже позавтракал. А Стелла ест медленно.
— Хорошо, что у тебя их двое, — заметил Гарри и получил за это уничтожающий взгляд.
— Папа оставил книгу, когда уводил маму отдыхать, — продолжила Дафна. — Мне нравится Кассиопея. Коротко — Каф. Каф — вторая и самая яркая звезда в созвездии Кассиопеи.
— Наш второй ребенок, да еще и больше всех похожа на маму? Пусть будет Каф, — согласился Гарри. — Кассиопея Иоланта Поттер-Блэк.
Дафна улыбнулась. Ей было удивительно спокойно и хорошо.
— Мама говорит, ты шипел на детей? — спросила она.
— Они оба змееусты, — тихо ответил Гарри. — Кажется, они чувствуют намерение, как маленькие змейки.
— Тогда успокаивать плачущих детей будешь ты, — постановила Дафна.
Гарри кивнул.
Пришла пожилая медиведьма и стала объяснять, как различать плач от голода, мокрого подгузника и прочих неприятностей. Гарри только сказал:
— Никаких проблем. Я спрашиваю их на змеином языке. Они отвечают, как змеи: по одному слову.
Медиведьма побледнела.
— Это наследственная магическая способность, не темная магия, — сказал Гарри и вздохнул. — Да, Волдеморт тоже умел, но это ничего не доказывает.
*
Альтаир вдруг заплакал. Гарри зашипел, Альтаир ответил крошечным шипением, и Гарри объявил:
— Подгузник.
— Так займись им, — велела Дафна.
Гарри сменил сыну подгузник. По палате разнеслось удушливое облако.
— Святой Мерлин, — выдохнула Дафна. — Какая гадость!
Гарри наложил чары, убирающие запахи, и мир снова стал прекрасен.
— Где мой сын? — спросила Дафна.
Гарри стоял, согнувшись, и смотрел на Альтаира, лежавшего неподвижным маленьким комочком.
— Отдыхает, — тихо ответил Гарри.
*
— Наша дочь обкакалась, — сообщил Гарри.
Дафна закатила глаза.
— Ну так приведи ее в порядок.
— Это что же, все подгузники на мне? — спросил Гарри.
— Я вынашивала их и рожала, — напомнила Дафна. — Ты ведь собирался нанять домового эльфа?
— Сейчас же, — сказал Гарри. — Надеюсь, Гермиона не устроит истерику.
— Мне все равно, даже если тебе придется ее проклясть. Я не собираюсь просыпаться каждые десять минут. Мы можем позволить себе эльфа, он сможет доставлять сообщения и выносить детей в безопасное место при опасности, — устало сказала Дафна.
— Кстати, надо обновить самые энергозатратные защитные чары, — вспомнил Гарри.
— Прежде чем мои дети окажутся дома, там должен быть эльф, а заклинание с молниями — обновлено, — распорядилась Дафна.
— Может, еще инферналов заведем? На всякий случай, — предложил Гарри.
Дафна повернула голову и посмотрела на него. Гарри подмигнул.
— Нет. Только то, что у нас было, и эльф. Инферналы будут создавать беспорядок, а объяснять их существование гостям-аврорам ты не станешь, — отрезала Дафна.
— Я пошутил, — ответил Гарри.
— Мне приходится уточнять. Ты бываешь очень безрассудным, — заметила Дафна, подняв бровь.
— Эльф и молнии, — покорно повторил Гарри.
— И зачаруй колыбельки. Хочу, чтобы они различались по цвету и чтобы имена были написаны, — добавила Дафна.
— У тебя навязчивое желание все контролировать? — спросил Гарри.
— Нет, со мной все прекрасно.
Гарри кивнул:
— Я тоже много раз был «в полном порядке».
Он наклонился, поцеловал Альтаира в нос, Каф в макушку, а жену в лоб.
— Отдыхай, дорогая, — прошептал он и вышел.
Комната сразу показалась пустой.
Когда Дафна вошла в их спальню, неся корзину с детьми, она остановилась как вкопанная. Там стояли две колыбельки — розовая и голубая. На изголовьях красовались имена, выведенные с пышной торжественностью, явно маминым почерком.
«Кассиопея Иоланта Поттер-Блэк» и «Альтаир Сайрус Поттер-Блэк».
Перед колыбельками стояла домовушка в голубом клетчатом платьице.
— Мисси я, — представилась она.
— Дафна Блэк, — ответила Дафна.
Гарри помог ей переложить младенцев в кроватки. Оба заплакали. Гарри немного пошипел им, и плач тут же прекратился.
— Это было заклинание? — спросила Дафна.
— Просто сказал, что они в безопасности, в своем гнезде, — объяснил Гарри.
— А, — сказала Дафна. — Мисси, это мисс Кассиопея и мастер Альтаир.
Мисси вскарабкалась на край кроваток и заглянула внутрь.
— Деточки, — сказала она. — Совсем маленькие.
— Что ж, я посплю, — решила Дафна. — Гарри, в чисто гипотетическом смысле, покарауль.
— Эм, Фостер сказала, что прислуга хочет...
— Посмотреть на них? Потом. Спать хочу, — отрезала Дафна.
Подушка была восхитительно удобной. Проснувшись через некоторое время, Дафна с трудом добралась до ванной и с ужасом посмотрела на отражение. Фу. Но для того и существуют зелья и косметические чары. Дафна взяла на руки Каф, Гарри — Альтаира, и ближе к обеду они спустились