Год 2000-й. Перелом эпох - Александр Борисович Михайловский
При этом работы велись только там, где психосканеры обнаружили выживших, не сумевших самостоятельно выбраться из развалин своих домов, а где таковых не было, ничего не предпринималось. Красиво там потом сделают уже местные японские власти, когда (и если) у них до этого дойдут руки и финансовые средства. По этой же причине, так как землетрясение произошло практически ночью, в нерабочее время, на территории порта (четвертого по пропускной способности в Японии), разрушенного на девяносто процентов, и прилегающей промзоне спасательные работы имели только точечный характер.
В Токио, между прочим, к тому времени еще не почесались и даже не проснулись. Железная дорога разрушена, как и скоростное шоссе, линии связи разорваны, телефоны и телеграф не работают, и прежде чем в японской столице поймут, что произошло и спохватятся (а это случится уже к вечеру) и мои люди, и российские спасатели убудут в пункты постоянной дислокации. Свое дело — спасти всех, кого возможно — они выполнят, а все прочее уже не их задача. И пусть потом местные жители сами высказывают своим демократическим центральным властям все, что они думают по поводу их заботы о собственных гражданах, разворотливости и деловой сметке.
Ну а у меня возникло чувство, что основные мои задачи в этом мире выполнены, а остальное, включая наведение в Европе самого настоящего порядка, проходит уже как факультатив. При этом желание покарать убийц ГДР и восстановить на ее территории статус-кво у меня никуда не делось, а вот остальные обитатели Старого Света на данном этапе мне банально безразличны. Если распустят НАТО и ЕС, будут сидеть тихо и не станут выкрикивать антироссийские лозунги, никто их не тронет. Иначе пусть не обижаются: однажды у меня найдется свободная минута, и тогда кто не спрятался, я не виноват. А вот Гельмуту Колю и его подельникам лучше вешаться в любом случае: на них свободное время и валентные соединения штурмовой пехоты и егерей у меня найдутся в любом случае. Непризнание законности существования ГДР является непризнанием итогов Второй Мировой Войны (вот где корни германского неонацизма и реваншизма), а я таких грехов никому не прощаю.
Часть 122
Часть 122
3 марта 2000 года, 10:05 мск.Чечня, окрестности села Комсомольское
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
Ко второму рандеву с генералом Трошевым в двухтысячном году я подготовился самым настоящим образом, то есть сходил в штаб Западной группы войск девяносто второго года и попросил тамошнюю версию этого человека ассистировать мне при этой встрече. А там идет месяц май, пятое число. Жизнь после все потрясений — застоя, перестройки, гласности, августовского путча и почти состоявшихся Вискулей — конечно, тяжеловата, но все же гораздо лучше, чем в то же время Основного Потока. Генерал Варенников и Евгений Примаков управляют Второй Империей значительно успешнее, чем это делала сладкая парочка Ельцин-Гайдар. Рецепты, что следует делать разумным людям при выходе из нереалистичной политики ультрамарксистских предшественников, у них на столе, и первой строкой там идет продовольственная безопасность.
Поля засеяны, кредиты заморожены, галопирующая инфляция, вызванная распадом единого экономического пространства и импортированная с коллективного Запада, больше не съедает доходы производителей, поставщики и покупатели товаров не оказались на разных планетах и не столкнулись с тем, что не могут вести дальше производственную деятельность.
Люди дяди Вовы со всей пролетарской ненавистью шуруют уже в ЛогоВАЗе, Менатепе и других не менее зловонных конторах, и оттуда струями брызжет кровь и летят оторванные головы. Это беспощадно вырубаются цепочки посредников, кратно вздувающих цены для конечного потребителя и оставляющих производителя при сущих копейках. Однако орбитальная сканирующая сеть все видит и знает, а люди, которых я поставил руководить государством, никого не прощают. Не каждый картавый* поклонник ничем не ограниченной частной инициативы успевает долететь до Брайтон-Бич или Обетованной Земли. Большинство заканчивают жизненный путь фразой «приговор окончательный, обжалованию не подлежит». Беня Цин, выбивая себе у Верховного Совета чрезвычайные драконовские полномочия, предполагал делать одно, а я, передавая их товарищу Варенникову, имел в виду совсем другое.
Примечание авторов: * Не все там были картавые, но большинство. Систему, сложившуюся к концу девяностых годов, не зря называли семитобанкирщиной. Один Потанин в этой компании выделялся как кот в вороньей стае.
Но самая страдающая категория населения — это недозаметенная во время декабрьских событий либеральная интеллигенция (по большей части творческая). Крик стоит, как на птичьем базаре в брачный сезон. Варенникова, Примакова, Путина и иже с ними обзывают тиранами, красно-коричневыми держимордами, кровавыми опричниками императора Галактики (то есть меня) и недорезанными сталинистами, несмотря на то, что рейтинг одобрения у любого из этих троих давно и прочно перевалил за пятьдесят процентов. Но господам либеральным интеллигентам простой народ не указ, они называют себя «мыслящими людьми», а потому думают, что лучше всех иных прочих знают, что будет правильно, а что нет. И ведь сами по себе ничего особенного эти деятели «культуры» не представляют и ни на что (особенно по части собственности) не рассчитывают, а вот, поди ж ты, такая лютая ненависть к тем, кто взялся навести в стране элементарный порядок, чтобы никто ничего не воровал и не ссал народу в тапки и в мозги. А может быть, дело в том, что вся эта интеллигенция у нас была иностранной? Не в смысле национальности, а потому, что солнце для этих людей всегда всходило на Западе.
И ведь было уже замечено, что в конце восемнадцатого века для французской интеллигенции образцом для восхищения и подражания была Британия. Для их немецких единомышленников в девятнадцатом веке светочем всего прогрессивного поделалась Франция. А русские интеллигенты, начиная с Герцена и до наших дней, молились на Европу в целом и мечтали, чтобы она победила глупое российское государство и принесла им свои разумные и просвещенные порядки. И тут такой афронт — приходит человек, называющий себя Специальным Исполнительным Агентом Творца Всего Сущего и выворачивает наизнанку не только гражданина Хасбулатова, но и представление смердяковствующих деятелей, о том, что