Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

— Пауки в банке априори не смогут жить дружно, — кивнул я.

— Именно, дорогой Колояр. Периодически случались конфликты. Таинственным образом умирал кто-то из членов этих кланов, создавались предпосылки для войны, но каким-то образом ситуацию выправляли. Однако никогда ещё так открыто не вырезали Род полностью!

— Если Пронский открыто пошёл на конфликт, значит, был уверен, что его поддержат многие, — сказала Настя. — Иначе это смертельная авантюра.

— Я так и подумала, когда услышала о трагедии, — подтвердила Комаровская. — Долгорукие сыграли на опережение. Значит, ситуация для них сложилась критическая. И первыми логично пострадали Пронские. Дар Памяти вместе со всеми своими носителями должен был исчезнуть. Навсегда. Это как сжечь архив со всеми важными документами. Нет их — нет проблем.

— Не поверю, что князь Константин не оставил копии самых важных документов, — возразил я. — Они должны быть. Иначе почему на пепелище приехала целая команда магов?

— Ты видел чародеев в усадьбе Пронских? — насторожилась графиня.

— Ну да, случайно столкнулись, — я пожал плечами. — Они приехали в тот момент, когда я бродил там. Мне было просто интересно, почему такой большой участок до сих пор не застроен. Место хорошее, речка рядом, лес.

— Плохо, — покусала нижнюю губу Комаровская. — Даже если ты ничего не знал, Елизаров будет думать о том, что господин Волоцкий ищет досье. У советника настолько извращённая логика, что понять её почти невозможно. Берегись, Колояр.

— Да куда уж больше-то! — воскликнул я. — И так беспрестанно кручу головой по сторонам. А сейчас тем более настороже… Послушайте, Алевтина Георгиевна… а вы не слышали, возможно, кто-нибудь спасся? Дворня, прислуга…

— Был интересный случай, как же, — оживилась старушка. — Неподалёку от уничтоженного поместья обнаружили человека. Обгоревшего до неузнаваемости. Он добрёл до реки и потерял сознание. Говорили, выжил. Но потом следы его затерялись, история постепенно затянулась тиной безвестия. А недавно я прочитала в одной газетёнке, что некий пациент Центральной больницы из ожогового отделения, пролежавший три года в коме, очнулся.

— Полагаете, это тот самый человек? — вяло поинтересовался я.

— Да кто ж знает! — воскликнула Комаровская. — Может, он и вовсе и не спасшийся в момент нападения на Пронских человек, а случайно оказался рядом. Весь Род погиб — вот это факт, с которым не поспоришь.

— Пусть боги будут к нему благосклонны, — мне осталось только развести руками. — Уже чудо, что человек вышел из комы.

Наш разговор перескочил на другие темы. Графиня интересовалась, как растёт Данька, как дела у Мирославы, когда я сыграю свадьбу с Александрой. Пообещал, что уже в этом году мы оформим наши отношения официально. Сразу, как только закончится свистопляска с переездом и необходимыми переделками в усадьбе.

Внезапно я почувствовал, как внизу мелькнуло что-то неуловимое, быстрое. Опустив взгляд, увидел чёрного кота, невероятно пушистого, с задранным хвостом. Он совершил ритуальный круг вокруг ног, сел и пристально поглядел на меня жёлтыми маслянистыми глазами. На миг мне подумалось, что графине Комаровской для антуража не хватает метлы и балахона с колпаком. Недаром же о ней шепчутся, что она якшается с нечистой силой.

— Ты понравился Мальве, Колояр, — заметила своего питомца женщина.

— Так это кошка? — я наклонился, чтобы погладить пушистую шёрстку Мальвы, но как только прикоснулся, она тут же с важным видом отошла и прыгнула на колени Комаровской. — Красивая. Ваш фамильяр?

Настя от возмущения даже рот открыла, чтобы осадить меня, но хозяйка особняка весело рассмеялась, изобразила аплодисменты, пару раз хлопнув в ладоши.

— Давненько меня так не подначивали! Надо же… Колояр, а ты и в самом деле считаешь меня ведьмой, колдуньей?

— Ну что вы, Алевтина Георгиевна, — я улыбнулся. — Скорее, мне импонирует называть вас источником ценной информации. Вы знаете так много, что в голове возникла мысль, а не Мальва ли помогает вам в добыче новостей?

— Никому не говорила, — графиня усмехнулась в ответ. — Действительно, я умею создавать фамильяров. Но в голову своей красотке… — она погладила замурчавшую кошку, — никогда не влезала. Считаю это бесчестным по отношению к тому, с кем живёшь столько лет в одном доме.

— А сколько лет Мальве?

— Двенадцать, если быть точной.

— Не возражаете, если я ненадолго отлучусь? — Настя гибко поднялась. — Носик припудрю. Милый, не скучай без меня.

Было видно, что жене хорошо знаком этот дом. Она безошибочно ориентировалась в нём, даже помощи слуги не понадобилось. Графиня посмотрела ей вслед и довольно тихо, словно, кроме нас в зале ещё кто-то был — кошка не в счёт, она лежала на коленях и мурчала, жмурясь от удовольствия — сказала:

— Колояр, будь очень осторожен, если собрался идти по пути Пронских. Ты же не зря обронил фразу про копии документов. Я тоже считаю, что они есть. Но вот где?

— Сначала бы хорошо узнать имена тех, кто был на стороне князя Пронского, — задумчиво проговорил я. — Если Константин Юрьевич решился на открытое противостояние с императором, то не из-за скудости ума или безумного геройства. За его спиной стояла сила, и довольно серьёзная. И что за «Договор Двенадцати»? Чьи Роды подписывали его? Пока Насти нет, вы можете быть со мной откровенны.

— Я знала, что ты не угомонишься, — печально улыбнулась графиня. — Ты же не зря за перстнями охотился. Они представляют какую-то силу?

— Да, Алевтина Георгиевна, — честно ответил я, вправе ожидая от Комаровской такой же откровенности. — Перстни, которые я искал, в полном комплекте представляют одно из мощнейших магических оружий. Это шанс выстоять в войне против Долгоруких…

Я замолчал, вслушиваясь в тишину дома.

— Не переживай, Колояр, — поняла меня хозяйка. — Все мои слуги дали обет молчания на родовом перстне. А такие клятвы всегда завязаны на крови. Поэтому можешь свободно называть вещи своими именами. Мне тоже не нравится, какую политику ведёт император. Он убирает всех, кто имеет легитимное право на трон, и тех, кто в силу своего Дара в будущем принесёт большие проблемы царствующему Роду. Я назову тебе фамилии тех, кто ставил подпись на договоре. Не все, к сожалению, мне известны. Увы,