Сиятельный феодал - Михаил Владимирович Баковец
В какой-то момент у меня от дум и предположений начала болеть голова.
— К чёрту. Всё потом, — резко произнёс я. — А сейчас дело.
В итоге я остановился на очередной большой Хижине охотника и на двух Егерских заставах. Маги магами, но сейчас будет полезнее насытить огромную территорию опытными разведчиками, чем иметь под рукой нескольких магов.
В этот раз мне досталась небольшая семья. Охотник со старшим сыном, дочь и его жена.
— Будь здрав, барин, — слегка поклонился мне глава семейства, стянув шапку с головы. При этом держался он с достоинством. Позади него в одном шаге встали члены семейства.
— Здравствуй. Как кличут, охотник? — ответил я на приветствие.
— Потап Ковалёв, барин. Жинка моя Марфа, — он указал рукой на высокую крепкую женщину, сильно похожую внешне на советскую актрису Нонну Мордюкову, сыгравшую роль властной и сильной женщины в фильме про войну. — Не хуже меня выслеживает зверя и стреляет. В четырёх стенах не сидит, вместе со мной в лесу всегда. Дочка Акулина, моя мастерица, весь дом на ней держится. И старший мой Иван, тоже неплохой охотник.
По факту я получил точно таких же трёх лесовиков, как и в первой хижине. Только один из охотников оказался женского пола.
Только сейчас, когда услышал слова охотника, нахвалившего свою дочь, сообразил, что поспешил с наймом Фроськи. Аглая, жена Трофима или кто-то из дочерей охотников могли бы спокойно обихаживать меня. Я бы и плату в серебряный рубль в неделю не пожалел. А то всё же слегка стесняет меня посторонняя женщина с двумя немаленькими детьми в одном доме.
Заставы поставил с разных концов холма у самого подножия. Одну неподалёку от охотничьих домиков, вторую на противоположном склоне. Каждая застава выглядела, как внушительный блиндаж времен Великой Отечественной или очень большая полуземлянка с плоской крышей, покрытой толстым слоем дёрна. Под ним в несколько слоев были уложены пласты березовой бересты, потом шли бревенчатые перекрытия. Окошки походили на бойницы. Узкие и вытянутые по горизонтали. Внутри было очень просторно несмотря на девять кроватей, печь из речных камней с дымоходом, выведенным наружу, и длинного узкого стола.
Каждая застава комплектовалась девятью егерями. Восемь рядовых солдат и капрал. Форма одежды почти точная копия стрелецкой местных вояк. То есть длинный кафтан до колен из шерстяного сукна с обшлагами, стоячим воротником и несколькими рядами петлиц на груди, под ним нечто среднее между курткой и камзолом, просторные штаны до щиколотки и шапка карпус. Карпус — это что-то среднее между ушанкой, будёновкой и даже с натяжкой треуголкой. Никаких ботинок и лаптей не было. Только сапоги с мягкими голенищами из тонкой кожи и тонкой подошвой из более прочной кожи. У каждого в комплекте шёл длинный плащ с капюшоном и возможность пристёгивать полы. И практически классическая шинель. Форма имела только два цвета. Основной был зелёный. Мелкие детали, ремни и петлицы с хлястиками были коричневые.
Оружие было намного интереснее. Каждый егерь имел на вооружении малокалиберный кремневый мушкет. Общая длина оружия была около метра и тридцати пяти сантиметров. При этом на длину ствола приходилось не меньше девяноста пяти сантиметров. А вот калибр имел всего двенадцать миллиметров, что на фоне стандартного огнестрельного оружия считалось очень уж маленьким. Зато егерское оружие превосходило по точности стандартное армейское и даже охотничье. Длинный ствол позволял пороху полностью сгореть во время движения пули внутри него и придавал ей большую скорость. Наверное, максимально доступную зарядам на чёрном порохе. Небольшой прямой кинжал и изогнутый тесак дополняли вооружение егеря.
Итого у меня стало ровно восемнадцать бойцов регулярной армии. Если ещё столько же призвать в строй, то можно строить офицерскую избу с лейтенантом и ставить того командиром над ними. Плюс есть иррегуляры в лице охотников, которых можно было называть так вполне. Они у меня не вели праздную жизнь, занимаясь только своими делами, а тратили часть времени на патрулирование окрестных лесов и разведку.
Глава 12
На середине пути к дому меня перехватил Трофим.
— Барин, позволь обратиться.
— Говори, — кивнул я ему.
— Сыновья кое-что интересное нашли в лесу пока нас не было дома…
Охотники не просто занимались поставкой дичи в моё растущее поселение. В первую очередь они вели разведку местности, как я уже как-то упоминал. И вчера они нашли следы нескольких человек. И не просто следы, а тщательно замаскированные, дополнительно обработанные так называемой кайенской смесью (в этом мире она носила иное название). Группа примерно из трёх человек крутилась только в окрестностях моего холма.
Трофимовские сыновья нашли три дерева, из крон которых неизвестные следили за моим поселением. Навскидку они появились здесь три или четыре дня назад.
— Людишки непростые, барин, — от себя добавил Трофим. — Табачок в ядрёной смеси так хорош, что хоть самому царю в трубку забивай. Не наш огородный самосад.
— Спасибо, Трофим. Благодарю за службу, — я вытащил из кармана серебряную монету и протянул её мужику. — Твоим сыновьям за службу.
Отказываться тот не стал.
— Благодарю, барин.
— Сходи к новым егерям и расскажи им то же, что и мне. Они теперь тоже будут в лесах вокруг нас патрулировать. Так что познакомьтесь хорошо друг с другом, чтобы случайно не устроить перестрелку.
На следующий день десятник стрельцов представил мне тощего пятнистого поросёнка и двух собак. Одна оказалась крупной, но выглядела жалко.
— Я же просил здоровых животных? — нахмурился я.
— Так псина здоро́ва. Просто в годах уже, — торопливо стал тот оправдываться.
— Ясно. Проблема не в нарушении приказа, а в неправильной формулировке, — хмыкнул я. — Так, гони сюда пару своих архаровцев, будем проводить натуралистические опыты.
Тот выпучил глаза, мало что поняв из моей фразы.
— Мне нужны два стрельца. Они будут кормить собак со свиньёй, — дал я ему более простое указание.
Поросёнок был явно оголодавший. Стоило ему под морду кинуть несколько орехов, как он шустро смолотил их, а затем просительно принялся повизгивать, мол, ещё давай, ещё давай, мало. Старая собака сперва воротила морду. Но видимо опыт проживания