Эра скорпиона. Том 4 - Егор Серебрянский
Сам он выглядел уставшим и почти изможденным — вытер перчаткой испачканный лоб и тяжело рухнул на место во главе стола. Как и Гарольд, Гирт не мог похвастаться приятной внешностью и являлся обладателем непропорционального грузного тела. Однако, в отличие от Гарольда, он уже с детства отличался ответственностью и серьезностью: в свое время окончил ту же боевую академию с блестящими результатами и тотчас вернулся на Рубеж, чтобы помогать отцу. Все еще не женат, но скорее из-за нехватки времени на обустройство личной жизни, чем из-за непрезентабельного вида. Да и внешность его быстро отступала на задний план на фоне проницательного взгляда и уверенного тона:
— Господин Северт, я рад, что вы вернулись. Разумеется, если вы вернулись для того, чтобы помочь, а не чтобы сейчас бороться за главенство. Поборемся, если приспичит, но после того, как минует три года со дня исчезновения законной наследницы. Летея вновь стала Скорпа-Летей, однако базовые законы пока никто не менял. Еще какие-то темы для обсуждения?
— Их достаточно, ваша светлость, — ответил Лиам. — Для начала позвольте представить вам ее величество Иристину Армунд…
Дальнейшие объяснения утонули в шуме. Гирт резко вскочил со стула, подался вперед, чтобы присмотреться лучше. Господин Мирдаль попытался перекричать гомон:
— Свою личность я могу подтвердить документами, о моей славе целителя в королевстве знают многие, а личность ее величества подтвержу своим словом!
Герцог Аврей махнул рукой, призывая всех к тишине, судорожно сглотнул и выдавил:
— Но ведь…
Тогда Лиам продолжил речь, которую и собирался изначально озвучить:
— Ее величество все объяснит вам лично, тогда вы поймете, что на самом деле происходит в нашем государстве, и сможете решить, на чью сторону встанет Рубеж.
Гирт не сел на свой стул. Он поклонился Иристине и предложил ей занять свое место. Притом и все генералы встали, с изумлением разглядывая юную девушку и пытаясь то ли осознать, то ли потребовать более внушительных доказательств. Ее величество ни разу не опустила подбородок, она обводила всех отчужденным нечитаемым взглядом, а потом заговорила — очень коротко изложила те исторические факты, в курсе которых мы уже были, не обеляла наших предков, но и не забыла добавить, что порча в крови Кейвара Скорпа уже раскрылась. Поэтому надежды на то, что новый король окажется незараженным, не осталось. В ходе этого собрания я убедилась в том, что даже в военной верхушке мало кто вообще знаком с таким понятием как «тленная магия». Королева изложила суть очень кратко, упустив другие проявления тлена, кроме желания истязать беззащитных жертв.
Итогом ее монолога стала гробовая тишина, что при таком скоплении военнослужащих казалось невозможным. Очевидно, мысли герцога пришли в полный хаос, раз он никак не мог их сформулировать:
— Но мы… Подождите… Даже если все это правда, я буквально, по всем нашим законам, по всем нашим традициям не имею право принимать такие решения единолично… Авреи никогда не были хозяевами Рубежа, мы — союзники и помощники Россов, но не более! До того дня, когда Вильгельм Росс обосновался на этой границе, мои предки занимались лишь земледелием, ничего не зная о воинской доблести!
Один из генералов осмелился подать голос:
— У вас нет выбора, милорд. Напомню, что ваш благородный отец и Итан Росс собирались объединить семьи, когда помолвили вашего покойного брата с юной наследницей Россов.
— Закрепить дружбу на будущие поколения, а не объединить семьи! — возразил Гирт. — Авреи и Россы создали идеальный союз, поскольку Россы решительные и излишне импульсивные, а Авреи — более прагматичные и приземленные. Мы были сильны, пока мы были вместе, пока принимали решения, обдумав их со всех сторон! Это единственная причина, почему у нас и военное дело развито на высочайшем уровне, и экономика процветает, хотя мы живем в самой опасной точке мира.
— И тем не менее у вас нет выбора, — повторил мужчина.
Однако другой, более пожилой генерал возразил:
— Отчего же? Если перед нами действительно королева, то она прямо сейчас может отдать титул воспитаннику герцога — пусть он и не Росс, но при отсутствии иных вариантов…
Дородный полковник аж вскипел, краснея лицом.
— Вы и озвучили суть — он не Росс! — Перевел взгляд на Лиама и на той же повышенной ноте обратился уже к нему: — Я знал твоего отца, капитан Северт был настоящим героем, и я буду счастлив, когда ты встанешь в наши ряды, но для простых солдат нужна неоспоримая личность, вслед за которой они пойдут хоть на смерть! Здесь логика не работает, понимаешь? Когда на тебя летит армия разъяренных жестоких варваров, логика перестает работать — нужна непоколебимая вера!
Пожилой генерал — если я правильно вспомнила, по фамилии Биллер — спокойно возразил:
— Вы, как обычно, сильно преувеличиваете, полковник. Меня больше смущает возраст Лиама, чем его происхождение. Однако его светлость мне лично говорил, что этот мальчик еще всех нас удивит. Раз больше нет нашего герцога, я готов следовать его последнему мнению. А солдаты со временем перестроятся, если мы на корню пресечем их досаду.
Кто-то неодобрительно зашумел, но некоторые согласно закивали. Да и Гирт задумчиво склонил голову, словно взвешивал в уме, стоит ли принять такое кардинальное решение. Понятно, что здесь присутствует ее величество и за ней должно быть последнее слово, но это Рубеж; на Рубеже короли — примерно такие же эфемерные существа, как небесные боги: ни те ни другие прямо в местные дела не вмешиваются, пока герцог не позволит. Вот и Иристину спросят лишь после того, как Гирт Аврей кивнет.
Его опередил Лиам:
— Я еще не всех успел представить. Высший военный совет, перед вами ее светлость герцогиня Вильгельмина Росс, — он развернулся, указывая прямо на меня. — Ее внешность была изменена магией, она была вынуждена долго скрываться, но вы знаете меня, а я даю слово — это именно она, дочь моего приемного отца.
Реакция оказалась хлеще, чем после представления Иристины — теперь военные даже не моргали и уж точно не дышали. Правда, некоторые генералы подались в мою сторону, пытаясь разглядеть