Его Сиятельство Вовчик. Часть 6 - Тимур Машуков

— Э-эм, Наташ… Насчет последнего не уверен…

— Что-о? Ты не хочешь взять в жену такую красивую и полезную меня⁈ Ты разбиваешь мне сердце!!! –вполне натурально зарыдала она.

Но увы, меня таким не пронять. Тем более, что я ее хорошо знаю.

— Лет через пять приходи, когда достигнешь возраста согласия, –спокойно ответил я.

— Эх, не прокатило. Но попробовать стоило, — слезы на ее глазах исчезли, будто и не бывало. — Вот только лет через пять вокруг тебя столько баб будет, что очередь в постель придется на месяц вперед расписывать. С другой стороны, они — все эти твои — уже станут старше, родят, фигуры расплывутся… А тут я, вся такая юная, невинная и с хорошим приданым. Надо подумать. Что? Не смотри на меня, как русалка на жезл Тритона — у меня богатая фантазия и большая коллекция фильмов для взрослых. Так что я знаю, что делают взрослые за закрытыми дверями. А иногда и не совсем закрытыми.

— Вот тогда и поговорим. А если серьезно, то я понимаю, что еще пожалею о своих словах, но… Я тебе должен. Скажи, чего ты хочешь, и я постараюсь это выполнить, если это будет в моих силах.

— Ничего такого, — тут же подобралась она, и я понял, что меня сейчас будут трясти, как та обезьяна пальму. — Во-первых, донесешь до всех заинтересованных, что именно моя защита спасла тебе жизнь. Ну, или помогла спасти. Во-вторых, громко, так, чтобы услышали все идиоты, объявишь о своем расположении к роду Долгоруких.

— Да я и так к вам отношусь, как к родным!!!

— Ничего. Лишний раз напомнить не помешает. В-третьих, сходишь со мной на свидание — я подготовила обширную программу. Ну, это когда в себя придешь. Ну, и четвертое — и самое главное — расскажешь, что вы там задумали с моим непутевым братиком. Мне непонятно, почему он ходит такой напряженный и довольный. И началось это как раз после того, как он побывал у тебя. А когда мне что-то непонятно, я начинаю копать сама. И поверь, лучше бы мне от тебя все узнать, потому как в противном случае я вас сдам. Просто из принципа и от того, что вы мне не доверяете. Это, знаешь ли, очень обидно.

— По всем пунктам ответ «да», кроме последнего. Это наша общая тайна и, прости, я тебе не могу о ней рассказать. Единственное, что скажу — ничего плохого мы не делаем, и если все получится, плохим станет плохо, а хорошим хорошо. Мы хорошие, если что, — уточнил я на всякий случай.

— Значит, не расскажешь? –сощурилась она. — Ладно. Значит, сама раскопаю.

— Ну, тогда я тоже скажу. Если ты нам помешаешь, если сунешь нос куда не следует, всем нашим договоренностям конец. Ты перестанешь быть вхожа в этот дом, и все контакты с тобой прервутся. Как и наше с тобой общение. Ты станешь мне чужой, пустым местом, мимо которого я пройду, даже не заметив. А теперь подумай — стоит твое любопытство подобного или нет. Я не угрожаю тебе — просто говорю как есть, разговаривая не с маленькой девочкой, а со взрослым человеком, способным просчитать все последствия.

— Но потом вы же мне расскажете? — тут же сдала она назад, понимая, что переступила грань между «хочу» и «не стоит».

— Обещаю, — кивнул я.

— Тогда я подожду. А теперь расскажи мне, где был, что делал…

Ушла она только через пару часов, вполне себе довольная. Болтать нам никто не мешал — связываться с Занозой дураков нет.

А я продолжил чтение — хоть мозг она качественно выносит, но это не отменяет того факта, что я, по сути, неуч. Знания надо подтягивать. Так что я учился, понимая, что спокойной жизни приходит конец. Я уже вышел на финишную прямую и либо добьюсь того, чего хочу, либо сгину, пытаясь это сделать. Потому как влезать в разборки богов смерти подобно. А я уже влез и обратного пути нет…

Глава 11

Следующие три дня пролетели как один. Два дня у меня ушло, чтобы восстановиться — эфирный шторм успокоился, каналы опять налились силой, в организм выбросило эфир и… кучу гормонов.

Сначала я ел — много и часто. А потом пришла похоть — бешеная, необузданная. За сутки я затрахал всех своих девушек, и они позвали на помощь Нику. Которая после пяти раз подряд свалила к себе, сказав, что еще хочет жить, а со мной таким никакая регенерация не справляется. Вернется, мол, когда я в себя приду.

Белка от подобного опыта отказалась наотрез. Сказала, у нее стресса сейчас нет, и вообще она девушка приличная и собирается замуж. А всякие неслужебные связи могут плохо сказаться на ее отношениях с женихом, который должен скоро приехать и ее навестить. В общем, технично отмазалась.

Но мне было пофиг — голова работала только в сторону похоти и иных мыслей в ней не было.

Но все рано или поздно заканчивается, вот и я к исходу третьих суток смог уже более-менее себя контролировать, а на четвертый день вообще уже хорошо стало.

Тело было в порядке, эфир успокоился, есть хотелось, но в пределах нормы. И вообще, я как-то успокоился, что ли.

В комнате я был один, что неудивительно. Припоминаю, что дверь ко мне заблокирована с той стороны, а на окнах стояли щиты, чтобы не убег в город творить добро, любовь и кражи со взломом.

Подергал ручку — не вариант. Нет, так-то выйти можно, но тогда дверь придется новую ставить. Подошел к окну, прощупал щит. Мощный, но снять смогу, если осторожно. Как раз применю на практике то, что прочитал в книге.

Нет, можно было позвонить и сказать, что я в норме, но так было неинтересно. Интриги-то нет.

Выпускаю тончайшую нить эфира, она, как голодный пес, впивается в щит и начинает его поглощать. В боевых условиях такого не сделать — вмиг грохнут, а вот так, в спокойной обстановке — запросто.

Пять минут, и щит с тихим хлопком развеивается. Второй этаж — ерунда. Ничуть не сомневаясь, я спрыгнул вниз и пошел в