Цеф - Евгений Дес

Бесспорно, вот так нагло вваливаться к начальству — это верх наглости, но в этот момент последнее о чём я думал, это о приличии. Харгрив в принципе более-менее нормально относился к тому, что его могут внезапно попросить выйти на связь подчинённые. Со своим научным отделом от был на оч-чень короткой ноге.

Прихватив с собой папку, темпом бронепоезда попёрся прямо в кабинет для приёма. Сам Харгрив лично никогда не присутствовал не то, что на собраниях, а вообще в лаборатории. Все конференции проводились дистанционно, через специальный кабинет.

Пробившись через секретаря посредством чрезмерной наглости и ввалившись в помещение, отправляю запрос. Уже через десять минут, на огромном экране появилось лицо заинтересованного моим появлением не молодого мужчины.

— Александр.

— Здравствуйте, Джеймс.

— Ты выглядишь оживлённым. Есть подвижки?

— Скорее вопросы.

Следующие сорок минут, я зачитывал лекцию, приводил доводы, и ссыпал аргументами лишь затем, чтобы донести до руководства одну простую мысль: «Сука, признайтесь вы уже, откуда это??? Я не могу работать с конечным результатом». И меня услышали! Я даже не успел закончить до конца доклад, как Харгрив меня перебил. Да, он мне не дал чёткого ответа, но по крайней мере мне выдали сопутствующие материалы и попросили подписать новые документы о секретности. Н-да. А сразу так нельзя было сделать?

Получив новые данные на руки, понял, что нет, нельзя. Джеймс пёкся над этими данными как курица наседка над яйцами. Они стремились ликвидировать ЛЮБУЮ возможную утечку, на любом этапе, чем осложняли себе же работу, но секретность дело серьёзное.

Правда, не скажу, что мне это вот прям помогло. ХЕромантии тупу стало больше! А мои вопросы увеличивались в геометрической прогрессии. Как органическое существо может быть реактором? За счет каких химических реакций? И почему центральный узел больше похож на путанницу из синаптических узлов? Не понимаю.

— Не-по-ни-ма-ю! — бьюсь головой об стену на кухне.

— Сёрб-сёрб-сёрб-сёрб.

Скосив взгляд, недовольно смотрю на сестру. Повзрослевшая Анюта, с интересом наблюдала за моими мытарствами, и хоть она мало что понимала, но точно знала то, насколько всё серьёзно.

— Хочешь?

— Давай.

Сделав несколько глотков фруктового коктейля, выдыхаю.

— Полегчало?

— Ага.

— Слушай, а зачем ты бьёшься головой об стену?

— ?

Сестра не имела привычку издеваться надо мной, наоборот, она была той, кто всегда и во всем хочет чем-то помочь. Да хоть ту же посуду помыть, ведь: «Братику тяжело, а мне не сложно».

— Ведь всё просто. Зайди от обратного.

— Заходил.

— Хорошо, зайди с невероятного. С того, что ты на уровне концепта выбросишь в мусорку, как что-то нереальное. Ты сам мне не раз говорил, что вы работаете там, где невозможное становится реальностью. Так оставь сомнения и тупо поверь в самый безумный вариант!

Я задумался. Сестра была права, и такая простая мысль, толкнула меня вперёд. Ведь правда… как бы странно это не звучало, но если малость отойти от здравого смысла и забить на «почему», то мы получим… что мозг — и есть источник энергии. Если предположить, что каким-то образом мысли, можно обернуть в энергию, тогда весь этот бред сам собой складываться в единый пазл. Эффект наблюдателя из квантовой физики, внезапно обрёл новое значение: происходил некоторые неизвестный резонанс с устройством. Я не знал как, не знал почему, но факт был засим. А потом, на моём столе родилась отправная точка, положившая начало, не побоюсь этого слова — огромному прорыву. Абракадабра была разложена, упорядочена и заняла строго отведённое ей место, после чего заработала как надо.

Моё открытие навело шороху наверхах ничуть не хуже, чем появление наноматерии. Уже на следующий день, Нейтон Гулд перевёл меня из Харгрив-Раш в КрайНет под своё крыло. Новый переезд, новое место работы, новые лица. Вечерние посиделки с Гадрудой растворились как иней поутру, а общение с прошлыми коллегами свелось к минимуму. Не скажу, что я был в восторге, более того — поймал себя на мысли, что хочется назад, всё-таки за эти годы наш коллектив стал мне как семья. И если я думал, что раньше жил под колпаком, то теперь понял, как ошибался. В этот раз, на меня нацепили специальный браслет, а рядом приставили дежурного, который ходит по пятам везде и всюду, даже поссать не отлучиться.

Анюте досталось не меньше. Похожий браслет висел на руке, вместо школы — особые занятия прямо в КрайНет, где кроме неё ещё двое детей, а свободный выезд в город превратился в контролируемый. Не скажу, что малая по этому поводу сильно комплексовала, всё-таки личная охрана с функцией носильщиков и лимузин — на её взгляд стоят небольшого дискомфорта.

И я не могу винить своих работодателей, утечка тех знаний, с которыми работает КрайНет может привести не то, что к беде, а к третьей мировой мать её, войне. Приставка «нано», встречается чаще чем запятые в предложении Льва Николаевича Толстого. Но хоть телефон оставили и можно периодически звонить.

Подключившись к работе, коллеги занимающиеся нейробиологией, а также инженерный отвечающий за нанотехнологии, смогли мне помочь и заполнить недостающие фрагменты пазла. И с их помощью, я начал воспроизводство устройства, с которого можно провести опытный тест. Задача проста до безобразия — подтвердить или опровергнуть теорию: получиться ли мысли обернуть в энергию? В теории, всё должно быть безопасно, предварительные расчеты так же говорят о том, что ничего опасного случиться не должно, в крайнем случае ничего не произойдёт. Максимум мигрень.

Первые опыты оказались крайне удручающими. Прототип выглядел как устройство для вивисекции и подключён к мышам. Грызуны суетились, жили обычной жизнью с проводами в голове, и… всё. Датчики молчали, показатели оставались на нулевой отметке. Ну что-ж, отрицательный результат, тоже результат. С собаками, кошками, даже с шимпанзе, везде итог был один и тот же и это с одной стороны дало брешь в моей теории, но с другой подтвердило иную мою мысль — для полноценного эксперимента нужен развитый интеллект, менее примитивные формы жизни попросту не подходят.

В какой-то момент, к моей работе подключилась и Аня. В стремлении помочь брату, она сначала ухаживала за зверями, потом помогала в опытах, и как-то так вышло, что в свои восемнадцать лет она уже подписала все те же документы что и я, и в том же белом халате, с паяльником в руках собирала очередную приблуду для нового эксперимента сверяясь с моими