Наследство Екатерины - Ника Цезарь

– Сильно сомневаюсь… Сколько ты там уже навернула? И как только не толстеешь? Ведьма!

– Жадина, – фыркнула она, доставая из морозилки на время заброшенный напиток. – Это для настроения…

– Какого? – подозрительно покосилась я.

– А мы что, мстить не будем? – удивлённо вскинула она голову. – Кстати, нам срочно нужен муж на час! – схватилась за телефон.

– Зачем?! – не успевала я за ходом её мыслей.

– Как – зачем? Замок поменять! Чтобы кузнечик ускакавший не надумал явиться за вещами.

– Верно! Мы их сами ему курьером отправим! – оскалилась я, и теперь уже Ольга заподозрила неладное. Но было поздно; план созрел. Оставив чай на потом, я прихватила хрустальный фужер и направилась в спальню.

Оглядев разворошенную постель, решила, что спать сегодня буду в зале, а после, найдя на балконе клетчатые сумки, с которыми он переезжал, я стала запихивать туда его вещи, предварительно кромсая их ножницами.

– Думаешь, по-детски?

– Отчасти, – Ольга пошла дальше и поливала нетронутые вещи хлоркой. – Но раз от этого становится легче, то почему бы и нет? В конце концов, притаскивать в твою квартиру любовницу – тоже не взрослый поступок… А мы ей пойдём мстить?

– Зачем? У неё теперь Мишаня, а он лучше нас сможет ей нагадить, – философски пожала я плечами. – Хорошо, что у нас нет детей… наверное. Я бы не смогла его так выгнать. Но, похоже, теперь у меня их и не будет, – шмыгнула, теперь уже оплакивая ту прекрасную жизнь, которую себе сочинила. – Хуже всего, что после того, как прошёл первый шок, я понимаю, что не удивлена…

– Тебе только сорок, ещё не время опускать руки.

– Не уверена… Мне страшно вновь начинать сначала, надоело.

– Это в тебе боль плещется. Пострадаем с недельку и заново жить начнём! Ты забыла, как мы обещали себе, что нас эта жизнь не сломает? Ты стала сильной, самостоятельной… осталась самая малость.

– Любимой… Боже, о чём я только думала?! Я бы душу отдала, чтобы встретить того самого, который способен мир перевернуть ради меня. Знает цену собственному слову и держит его. Который поверит в любовь только ради меня… а не это всё! С ним я смогла бы родить ребенка и поверить в чудо, – резко дёрнув руками, я оцарапала ножницами руку. – Я бы ради этого всё стерпела, всё пережила, а если надо, то и сама бы мир перевернула!

В груди жгло неимоверно.

Но открыть глаза и сказать Ольге, что всё хорошо, я не могла. Я будто запуталась в липкой паутине и, словно муха, изо всех сил пыталась спасти свои крылышки. Дергалась, рыпалась, но ничего не выходило…

– Что же это?! – не на шутку испугалась я, и только боль в груди дарила мне надежду. – Если бы я умерла, то ничего бы не чувствовала! Логично? Логично!

Цепляясь за эту мысль, я замерла. Наверное, в больнице. В реанимации…

– Мне нужно успокоиться… Дыши! Вдох-выдох, – я почувствовала, как медленно наполнились мои лёгкие, а потом опустели. И будто бы даже услышала голоса.

– Жаль её. Такая молоденькая и красивая… – прошептал женский голос.

– Если бы госпожа Гордеева соизволила вовремя вызвать доктора, то поди бы осталась жива, – сокрушённо заявил старческий голос, – сгубила она её.

– Тише! А то, глядишь, ещё узнают и погонят нас, – пискнула молодая девушка, – но так-то ты права… два дня ждала и никого к ней не пускала, только сегодня за доктором послала, а она-то уже и не дышит…

– Пошли, мы её переодели, и ладно. Доктор ни за что не подумают, что её здесь бросили.

Прислушиваясь к разговору, я чувствовала, будто заснула в театре на самом интересном месте и теперь не могу сообразить, что пропустила… Но это ведь бред?! Мне стало плохо в квартире. Я сейчас точно в больнице, а это – сериал.

Но почему с такими длинными паузами между сценами?

Вопросов было много, и ни одного ответа в голове, а самое главное – я всё ещё ничего не видела, хоть и начала ощущать отчётливо потяжелевшие веки и холодные пальцы.

Дверь снова хлопнула, раздались быстрые уверенные шаги, а вслед за ними и семенящие.

– Такое горе, такое горе! – новый женский голос нещадно причитал. – Только мой сыночек вновь женился, и тут такое…

– Соболезную, Анна Ивановна, но что же вы сразу за мной не послали? – мужчина, кто бы он ни был, зрел в корень.

– Горе меня с ног сшибло… я думала, что она сама придёт в себя, ведь ничего не сломано…

– У неё могло быть излияние крови в мозг, его так не увидишь.

Я по голосу слышала, что он ей ни капли не верит.

Это представление мне нравилось, я любила интриги. Нравилось слушать аудиокниги с таким сюжетом. Оставалось дождаться, чтобы неизвестная героиня сейчас пришла в себя и обломала свекровь.

Мне бы попкорн…

Чужие пальцы внезапно коснулись моих век, а потом и запястий, измеряя пульс.

Ну вот, меня сейчас приведут в себя, и я не узнаю, что будет дальше.

– Ах, как я виновата-а-а! Сгуби-и-ила доченьку-у! – завыла женщина.

– Успокойтесь! – рявкнул мужчина. – Ещё не поздно. Она жива.

– Как – жива? – женщина моментально взяла себя в руки, слёзы исчезли, словно их и не было, а в её голосе мне послышалась обида.

– Так – жива! Мне нужна горячая вода, попросите, пожалуйста, прислугу.

– Но…

– Быстро!

– Хорошо… – заскрипела она зубами и поспешила к выходу.

– Потерпи, девочка, – шепнул мне на ухо тот же мужской голос.

«Это как так-то? – удивилась я, дёрнувшись от него в сторону. – Что здесь происходит?!» – этот вопрос взорвался в голове болью. А после перед глазами заметались отрывки из кино, звавшегося жизнью.

Вот я в своей комнате, сама того не ведая, заключаю сделку с судьбой, а вот хрупкая девушка отчаянно хватается за плечи супруга одной рукой, а второй прикрывает живот… Их карета несколько раз переворачивается, и её накрывает вспышка боли.

Последними чувствами девушки были обида на судьбу и боль за неродившуюся жизнь. В её душе было столько отчаяния, что я, сама не понимая