Дипломат. Игры компромиссов 2 - Владимир Неровитов

Глава 10

ГЛАВА 10

ОХОТА

В Восточном Берлине ликовали. Публикация меморандума Шмидта произвела эффект разорвавшейся бомбы. Уж теперь-то Кремль точно отменит этот нежелательный визит! А там, глядишь, все покатится совсем в другую сторону. Высшее руководство СЕПГ готово было на все, лишь бы сорвать сближение СССР и ФРГ. Даже скандал с возможным разоблачением их ценнейшего агента в высших эшелонах боннской власти ГДР больше не пугал. На карте стояло будущее Германской Демократической Республики. А все эти обещания, которыми их кормили в Москве, по большому счету мало чего стоили. На Курштрассе решили, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Ганс Вульке ходил мрачнее тучи. Он прекрасно понимал, что его страна ступила на тонкий лед, и, когда все откроется, будет грандиозный скандал с непредсказуемыми последствиями. В конечном итоге самостоятельная игра за спиной русских могла стоить кресел всей политической верхушке ГДР. Теперь уже по собственной инициативе он решил связаться с Басовым.

— Константин Иванович, добрый день, — услышав голос советского политического советника, Вульке пробасил в телефонную трубку. — Не найдется ли у вас пятнадцати минут времени, чтобы выпить со мной чашку кофе?

— Неожиданно. Приветствую, — отстраненно ответил Стрелец. — Положа руку на сердце, я в цейтноте, но ради вас найду такую возможность.

Они пересеклись в том же самом французском бистро, где Вульке в прошлый раз почти откровенно предупредил Стрельца о наличии у штази источника в окружении канцлера. Советнику, уверенному, что весь этот скандал — дело рук восточногерманского «крота», по большому счету имело смысл проигнорировать просьбу и отказаться от встречи без объяснений, но решил не делать этого. Сейчас советский дипломат воспринимал немца самого как источник информации и надеялся узнать побольше о планах «союзничков».

В этот раз рыжий Вульке не торопился. Напротив, теперь уже он был кровно заинтересован в позитивном исходе беседы. Заказав американо, немец нетерпеливо поглядывал на часы в ожидании советника. Стрелец задержался намеренно. Он понимал, что такое мелкое опоздание не выведет Вульке из себя, но градус напряжения определенно поднимет.

— Что-то случилось, Ганс? — поинтересовался Стрелец. — Отчего вдруг такая срочность?

— Константин Иванович, я хотел вас заверить, что к произошедшему мы не имеем никакого отношения, — лицемерно изрек Вульке.

— Ганс, я начинаю жалеть, что согласился потратить время в вашей компании, — советник равнодушно посмотрел собеседнику в глаза. — Здесь дураков нет. Что вам нужно?

— Я и мои коллеги надеемся, что утечка никак не повлияет на предстоящее событие…

— Какое именно событие вы имеете в виду? — четко разграничивая слова, спросил Стрелец.

— Визит товарища Брежнева.

— Мне кажется, после того, как вы пошалили за нашей спиной, вам стоит беспокоиться о внутренних вопросах. Вы это хотели услышать?

— Константин Иванович, — Вульке посмотрел советнику в глаза, — почему вы так уверены, что это сделала наша сторона?

— Потому что я знаю. Назовите мне имя, — Стрелец ступил на тонкий лед. — Это станет первым шагом для восстановления доверия. Насколько я понимаю, вы имеете доступ к самым секретным и свежим документам из офиса канцлера, не так ли? И не делитесь добытой информацией с нами. А это противоречит правилам и будет иметь серьезные последствия… Для Берлина.

Ему нужно было, чтобы собеседник поверил: Москва сейчас одержима одной целью — во что бы то ни стало найти «крота» и наказать его хозяев. Расчет советника был прост. Он хотел вызвать у Вульке обратную реакцию — непреодолимое желание спрятать и уберечь своего агента.

— Я, правда, не знаю, — Вульке сдулся. — Это вне моей компетенции.

— Тогда объясните мне, какого черта вы меня позвали? — вспылил Стрелец. — Хотели разведать, что мы предпримем? Чтобы нагадить еще больше? Не думал, что вы настолько недальновидны… В Кремле уже сделали весьма определенные выводы, и, скажу вам по секрету, если окончательно подтвердится, что ноги растут из Берлина, последствия будут самыми жесткими!

Стрелец не стал допивать кофе и спешно покинул бистро.

Спокойное боннское утро несколько охладило боевой настрой советника. Больше всего его вывело из себя даже не то, что Берлин отчаянно играет за спиной Кремля, больше всего его разозлило лицемерие Вульке. Стрельцу казалось, что между ними установились союзнические отношения, идущие на пользу делу, но немец почему-то решил сделать из советника идиота. Такое Стрелец простить не мог и не хотел.

* * *

Серафима Павловна бережно ухаживала за комнатными растениями, которых в приемной было великое множество. Она искренне любила цветы. Они платили ей взаимностью, пышно разрастаясь и помогая восстановить душевное равновесие в тяжелые моменты.

Секретарша была не на шутку встревожена. Алексея Федоровича не было на рабочем месте уже несколько часов. Вернее, он до сих пор не появлялся в посольстве, что для советского дипломата, отличавшегося педантичностью и пунктуальностью, было в высшей степени нетипично. На фоне последних политических страстей и еще более зловещих слухов, Царева даже и не знала, что думать. Звонить Истомину домой она не решалась, опасаясь, что подобная настойчивость может быть воспринята как вмешательство в частную жизнь или, что еще хуже, как женское любопытство.

Тем временем Алексей Федорович Истомин беседовал с Эгоном Баром на лишь им известной конспиративной квартире, расположенной над бакалейной лавкой в центре Бонна. Оба были кровно заинтересованы в том, чтобы об этой встрече не узнал никто. В противном случае пресса окончательно сорвется с цепи. Скромные апартаменты выглядели так уныло и безлико, что даже при большом желании их трудно было связать с событиями подобного масштаба.

— Эгон, я должен тебе передать: несмотря на эту чертову утечку, Москва поддержит канцлера и не станет отменять визит товарища Брежнева, — Истомин внимательно посмотрел на собеседника. — Мы у себя сделаем все, чтобы максимально нивелировать этот вброс. Акцент будет смещен на поиск паршивой овцы. А проблемы вашей политики и экономики останутся за кадром. Это консолидированная позиция, которой наша страна будет придерживаться со всеми и на всех уровнях. А источник надо найти и нейтрализовать. Негоже это, чтобы под самым носом у вас орудовала паршивая овца.

— Благодарю. Ваша поддержка нам сейчас очень кстати. Что касается утечки, согласен. Контрразведка уже на ногах, мы создали специальную рабочую группу прямо внутри секретариата канцлера.

— Не уверен, что это хорошая идея, — покачал головой Истомин, — ведь, насколько я понимаю, слив произошел именно оттуда.

Даже Бару, который не меньше, чем он сам, был заинтересован в успехе