Ложка дёгтя - Николай Александрович Воронков
Появилась хоть какая-то цель, и жить сразу стало веселее. Обрядившись в свой потёртый костюм, посомневался, но всё-таки приколол на грудь значок факультета некромантов. Серебристая круглая ерундовина из чего-то вроде твёрдого пластика с выпуклым рисунком руки с факелом, из которой поднималось чёрное пламя. Ладно хоть не череп с костями. С одной стороны, выпендрёж, но на вручении ректор вроде говорил, что это для нас как пропуск в мир знаний. Может значок здесь вроде студенческого пропуска в закрытые лаборатории или библиотеку? Ладно, можно и потаскать, не надорвусь. Привычно прошёлся смоченной в масле расчёской по волосам, взлохматил, чуть придавил ладонями, оглядел полученное непотребство в зеркале. Сойдёт. Я снова грязный и некрасивый. Ах, да, две пары грязных носок в карманы, и только теперь можно идти.
В столовке оказалось относительно малолюдно, хотя так и должно быть — старшекурсники могут и в город уходить, а первокурсники, скорее всего, отсыпаются. Я-то ушёл после танца с Лили, а вот до сколько гулеванили остальные, я ведь не знаю. Но так даже лучше — я без всякой толкучки набрал поднос разных вкусностей и спокойно пообедал за свободным столом. Посидел немного, отдуваясь и поглаживая живот, и только потом неспешно двинулся на поиски библиотеки. Долго искать не пришлось — первый же встречный студент внятно объяснил куда и чего, так что минут через пятнадцать я уже был на месте.
Библиотека размещалась в административном корпусе на первом этаже в правом крыле. Там через холл, немного поплутать по коридорам, но если идти сюда во второй раз, то уже не заблужусь.
Библиотека в самом привычном мне смысле. Огромный зал с высоченными потолками. Почти всё пространство занято столами для чтения. Понятное дело, что сегодня не время для научных подвигов, и я заметил только троих студентов-заучек. У одной из стен десятка два кубов с картотеками. Над ними галерея, уставленная книжными шкафами. Почти у входа длинная стойка, над которой виднелась только склоненная голова библиотекарши. Когда я подошёл к стойке, она глянула на меня усталым взглядом, словно спрашивая — ну тебе-то что дома не сидится? По-своему она была права, и я бы с удовольствием отпустил её домой к мужу и детям, но кто мне тогда книги даст?
Я облокотился на стойку, помялся, подбирая слова.
— Ну… Короче, я не умею читать на общеимперском. Нет ли у вас какого-нибудь учебника для самых маленьких? Ну, чтобы там картинки всякие и буквы большие.
Во взгляде библиотекарши появилось недоумение. Неграмотный в библиотеке — это почти как слепой в кинотеатре. Если не хуже.
— Это библиотека магической Академии –с лёгким нажимом сказала она.
Ага, а то я и не догадывался.
— Значит ничего нет?
Женщина задумалась.
— Я, конечно, посмотрю, но ничего не обещаю.
— Да мне бы хоть что-нибудь –жалобно попросил я.
— Ладно, подождите –решилась женщина, и направилась к дверям за её спиной.
Конечно, подожду, раз пришёл. Оглядел зал, но там всё те же трое. На галерее никого, за стойкой никого. Все нашли что-нибудь интересное в других местах, и лишь я как… А что остаётся?
Библиотекарша задерживалась, и я от скуки стал рассматривать рабочий беспорядок на столах библиотекарей. Бумаги, списки, карточки, стопки неразобранных книг. Я неосознанно склонил голову вбок, пытаясь увидеть названия на корешках, но в этом долбанном средневековье названия чаще всего писали только на обложке. Да и что я там собрался прочитать, если читать на местном не умею? А уж на русском здесь книги точно не пишут. Самому стало смешно, но взгляд всё равно непроизвольно скользил по корешкам, и вдруг я заметил что-то знакомое в стопке книг на соседнем столе. Непонятно что, но знакомое. Что это может быть? Сдвинулся к соседнему столу, и руки сами потянулись к одной из книг. Вытащив её из стопки, повертел, разглядывая со всех сторон. Толстенькая такая, и размерами примерно как том Большой Советской Энциклопедии. Обложка из непонятного материала с тиснением, уголки закрыты треугольными накладками из меди. Три строчки непонятных символов, которые я даже не знал с чем сравнить. Но ведь чувствую, что где-то такое видел! Раскрыл книгу, но на тонких страницах всё те же ряды символов. Можно было условно обозначить разделение текста на абзацы, отступы в них, заглавные буквы, но на этом мои успехи кончились. Надо было вернуть книгу на место, но я только крепче прижал её к себе. Не отдам! Непонятно почему, но вид значков что-то будил во мне, вызывая чувство… удовольствия, что ли, словно нашёл что-то родное.
Так меня библиотекарша и застала, вернувшись с небольшой книгой.
— Вот, только это –она протянула мне книжку.
Я цапнул её не глядя, и сразу протянул свою непонятную находку.
— И эту на меня запишите!
Женщина мельком глянула на книгу.
— Эта вам не подойдёт.
— Почему?
— Во-первых, она написана на старовелсарском.
— Выучу –тут же согласился я.
— А во-вторых, она у нас в единственном экземпляре, так что работать с ней разрешается только здесь, в читальном зале.
— Согласен! -закивал я головой.
Женщина с сомнением посмотрела на меня, но потом всё-таки кивнула. Чиркнула что-то у себя на бумажке.
— Работать только здесь, из зала не выносить.
Я с готовностью закивал. Забрал книги, прошёлся по залу, выбирая стол. Почему-то захотелось сидеть подальше от всех, чтобы не мешали. Понравился один из столов у окна. Уселся, букварь отложил на край, даже не взглянув, и уставился на непонятную книгу. Чем же она меня привлекает? Заново перелистал все страницы, присматриваясь к символам. Где я мог их видеть? Точно не на Земле (меня тогда интересовали совершенно другие вещи). Тогда где? Здесь я видел иногда бумажки с буквами, но они все были на общеимперском или ещё каком. Вообще-то язык назывался «ардо», но в разных местах предпочитали говорить «имперский». Ну ладно, это так, размышления.
Я снова принялся рассматривать символы, пытаясь понять что они означают. Рассматривал долго, потом один из них словно отозвался как звук «О». Ну, предположим. Потом ещё один опознался как «кхр», потом ещё один и ещё. Получалось как-то странно — символы могли обозначать и звук, и слог, и целое слово-понятие (ну, типа как китайский или японский иероглиф).