Ложка дёгтя - Николай Александрович Воронков
Я снова вернулся на первую страницу и начал читать вслух уже демонским голосом. Не во всё горло, разумеется, а так, чтобы остальные не слышали. Вот теперь дело пошло намного веселее — читаешь, и символы словно наливаются огнём, а их значение всплывает откуда-то из памяти. Первых страниц десять я читал как первоклашка — спотыкаясь и по слогам. К тридцатой начало получаться довольно быстро, а пятидесятой вдруг понял, что и проговаривать слова мне уже не нужно, получалось примерно как при быстрочтении — видишь уже не символы, не слова, а целые предложения и абзацы.
Успех потрясающий, только моей заслуги в этом не было ну ни граммулечки. Насколько я понял, это проснулась (или стала доступна) одна из частей памяти демона. Значит можно предположить, что он в этой, как её… Велсарии или жил, или бывал, или выучил язык по необходимости. Только странно это — Таня говорила, что призывала высшего демона из какого-то другого мира, чуть ли не из других измерений, а Велсария где-то здесь, у дальних границ Империи. Это как совмещается? Ещё странно, что примерно десять процентов символов я прочитать не смог. Основная часть просто влёт, а вот эти не вызывали никаких ассоциаций. Какой-нибудь слэнг, шифровка, или тот демон был двоечником и уроки часто пропускал? А может книга слишком старая и значение этих символов просто забылось?
Посомневавшись, всё-таки пошёл спросить у библиотекарши. Та встретила меня вопросительным взглядом.
— А сколько этой книге лет?
Женщина немного удивилась вопросу, но потом всё-таки глянула в какую-то бумажку.
— Предположительно две тысячи лет.
Ну, тогда почти понятно.
— А… нет ли у вас чего-нибудь посвежее?
Женщина чуть нахмурилась.
— У нас здесь не продуктовая лавка.
— Да нет, не в том смысле –смутился я — Мне бы что-нибудь написанное в последние сто лет.
— Что именно?
— Да что угодно. Хотел проверить некоторые сомнения.
Женщина посмотрела на меня испытующее, но всё-таки сходила и вскоре принесла ещё одну книгу. Я прямо у стойки пролистал книгу, но радости не почувствовал — непонятных символов стало заметно больше.
— А… что-нибудь старое? Написанное тысячи три-четыре назад.
Вот теперь я вызвал у женщины сильные подозрения. Не знаю чем, но вызвал. Я даже подумал, что она позовёт охрану, но обошлось. Посомневавшись, она всё-таки принесла ещё одну книгу — толстенную, здоровенную. Я мельком гляну её — практически всё понимаю. И что всё это значит?
— А сколько лет этой?
Женщина глянула в карточку.
— Здесь указано пять тысяч лет.
Странно, очень странно.
— А можно я поработаю со всеми? — вот сейчас взгляд у женщины стал совсем подозрительным, словно я собрался у неё коробку с бриллиантами своровать — Я могу и поближе сесть –на всякий случай предложил я.
Женщина явно не хотела давать мне книги, но пересилила себя.
— Из зала не уходить.
— Конечно, конечно -с готовностью закивал я.
И чего она так разволновалась? Думает, что я сворую книги и потащу к букинистам продавать? Вот до этого я точно не опущусь. Я хоть и раздолбай, но даже для меня книги — это святое.
Вернувшись за стол, раскрыл книги на серединках, прочитал по десятку страниц из каждой и снова задумался. Получалось весьма странно — самая старая книга читалась влёт, словно была написана на русском. В тысячелетней появились незнакомые символы, а в самой молодой таких символов стало чуть ли не треть. Это, вроде, понятно — любой язык развивается, заимствует слова и понятия из других языков, появляются новые знаки и символы. Но почему демон знает только древний язык? Он ведь погиб недавно? Единственный вариант, который более-менее всё объясняет — демон был здесь как раз пять тысячелетий назад, для каких-то нужд выучил этот язык, поэтому я и понимаю старую книгу. Что это мне даёт? Да ничего не даёт. Чёрт знает какой язык чёрт знает какой страны, которая находится непонятно где. Совершенно бесполезная халява. Хочешь не хочешь, а придётся учить имперский.
Подтянул к себе букварь, и вдруг над ухом раздалось.
— Интересная книга?
Я оглянулся. Рядом со столом стояла симпатюля лет двадцати пяти. Внешне очень похожа на итальянку — брюнетка, черты лица тонкие, словно нарисованы. Симпатичные косички, простенькое платье до пола. А вот взгляд черных глазищ мне не понравился — настороженный какой-то.
— Ещё даже не открывал –буркнул я.
— Я вон про ту –девчонка кивнула на книгу, лежавшую посредине стола.
— Про эту? –я бросил взгляд на книгу — Скукотища. Кто кого родил, кто кого убил, кто с кем породнился. Кому нужно составить родословную до двадцатого колена, может и пригодится, а мне было скучно.
Девчонка чуть ли не зашипела.
— Это история великого народа! Ты не смеешь плохо говорить о чужой истории!
Блин, только скандала мне не хватало.
— Ты правильно сказала — это для меня чужая история. Я не собираюсь никого оскорблять или смеяться, но для меня это чужая история, тем более, тысячелетней давности. И читать было скучно.
— Но ты читал, я же видела!
— Попалась под руку, вот и читал –равнодушно отмахнулся я. Попалось бы что-нибудь другое — читал бы другое.
Девчонка откровенно злилась, но пересилила себя.
— А остальные книги тоже скучные?
— Остальные? -я посмотрел на книги — Вот эта –я ткнул пальцем в самую старую –скорее забавная. Из того, что я успел просмотреть, треть рецептов — откровенное враньё и бред, треть записаны с ошибками, и лишь треть заслуживает внимания.
Девчонка опешила. Несколько раз перевела взгляд с меня на книгу и обратно, и снова зашипела.
— У тебя хватает наглости подвергать сомнению мудрость древних⁈
— Да какая там мудрость? –скривился я — Если чуть подумать, то во время написания это была самая заурядная книга для целителей. Собрали в одну книгу то, что считалось правильным на тот момент, но