Резервист - Гуль
Перед разбором Рук попросил коротко записать собственную оценку матча. Гарри вывел счет, отметил поимку на четвертом часу и добавил, что в конце сохранил скорость и смог достать сложный мяч. Подумав, приписал про две неудачные погони. Ошибки были, но за такой долгий матч без них едва ли обходился даже Фэрберн; главное сегодня получилось.
* * *
Рук прочитал лист и развернул схему поля. Рядом лежали деревянные фишки двух цветов; Гарри узнал фамилию Бишопа на голубой. Он сел напротив, приготовившись отвечать про последний поворот.
— Достали хорошо, — сказал Рук, кивнув на запись о поимке. Он передвинул одну фишку к центру. — А теперь покажите, как проходили здесь во втором часу. Перед тем, как Осы забили в крайнее кольцо.
Гарри нашел место, где появился снитч, и провел пальцем через середину. Рук попросил поставить остальных игроков; охотников удалось вспомнить приблизительно, Флетчера — гораздо точнее. Его бита стояла поперек прохода. Гарри показал, как ушел под бладжер и продолжил погоню, не потеряв мяч из виду.
— Я не врезался в атаку. Там было свободно, — добавил он, придвинув свою фишку ближе к кольцам. После июльских просмотров именно это казалось важной разницей. — Только Флетчер выходил.
— Для чего? — Рук остановил голубую фишку загонщика посреди схемы и подождал. Гарри посмотрел на нее, затем на три желтые, которые пока так и остались у края стола.
Он помнил бладжер, но не смог сказать, кому предназначался удар. Рук расставил охотников Ос и показал, откуда Гардинер должен был вынудить соперника повернуть. Свободное пространство, которое Гарри выбрал для погони, оставили не случайно. Через него Флетчер собирался послать мяч.
— Он увидел вас на пути и убрал силу удара. Бладжер ушел рядом, а не туда, куда мы хотели, — продолжил Рук. Он повернул фишку Флетчера к середине. — После этого ему пришлось заходить за мячом заново. Бишоп пошел помогать, и у Ос осталось больше места справа.
Гарри отвел свою фишку в сторону. В матче он этого не сделал и теперь видел, что удачное уклонение началось с испорченного удара партнера.
— Я бы успел уйти и от сильного. Мне хватало высоты. — Он произнес это не вполне уверенно: теперь требовалось представить не тот мяч, который он видел. Рук не стал спорить о том, насколько быстро Гарри способен уклоняться.
— А Флетчер должен был на это рассчитывать? Он увидел партнера на линии удара и убрал биту. — Тренер передвинул еще две фишки. — Разбираем не то, кто кому верит. Вы прошли через чужое задание, не предупредив, что меняете его.
Рук убрал дальние фигуры, оставив тех, кто находился ближе к началу погони. Гарри наклонился над столом: свободный проход предназначался для бладжера, и Флетчер почти закончил подготовку, когда там оказался он.
— Значит, из-за меня пропустили? — спросил он. Гарри перестал двигать фишку, услышав, как неприятно прозвучал вопрос.
— До броска там еще несколько решений. Гардинер потерял своего игрока, Флетчер слишком далеко ушел за бладжером. Они тоже будут это разбирать. — Рук вернул желтого охотника к краю. — Но их ошибки не отменяют вашего прохода. И ваше хорошее уклонение не делает этот проход правильным.
Гарри хотел напомнить, как Флетчер прикрыл его перед поимкой. Но тот удар случился почти на два часа позже и ничем не помогал расставленным сейчас фишкам. Рук открыл предыдущую страницу блокнота.
Там была отмечена первая погоня у трибуны. Гарри рассказал про исчезнувший снитч, про место между опорами и про то, как вернулся проверить темный участок. Тренер спросил, в какой момент закончилась погоня. Гарри указал на край перил, потом отодвинул фишку дальше: там он еще надеялся увидеть мяч.
— А Бишоп когда об этом узнал? — Рук поставил загонщика ниже трибуны. Гарри вспомнил открытую ладонь и свой ответ, который тогда казался совершенно понятным. — Вы ему снова показали начало, а не возвращение. Он остался прикрывать участок, который вы уже облетали в поиске.
Разговор у фляг вспомнился иначе. Гарри решил, что Бишопу мешала долгая погоня, хотя тот ждал сигнала вернуться к своей работе. Он переставил фишку загонщика к Флетчеру.
— Данн там все-таки взял мяч, — сказал Гарри. Рук кивнул, соглашаясь, и не стал убирать со схемы оставшегося без прикрытия охотника. — Я понимаю. Просто тогда показалось, что успели вернуться.
— Данн успел. С ним будем говорить о том, как он это сделал. — Рук перевернул страницу и подвинул Гарри блокнот, предлагая прочитать следующую отметку. — Здесь вы можете вспомнить, куда смотрели до появления снитча?
Гарри узнал время. Это была погоня вдоль изгороди, к которой оба ловца опоздали; он хорошо помнил пустой воздух под ладонью Селби и собственную попытку подняться. Все, что случилось перед этим, казалось долгим, однообразным промежутком. На листе Рука обнаружилось три отметки о том, как Гарри возвращался к кольцам, пока дальний край оставался у него за спиной.
Все это уже разбирали на занятии с Фэрберном. Но стоило снитчу исчезнуть, Гарри снова принимался проверять место, где только что его видел. Рук попросил показать, что можно было изменить именно в эти минуты.
Фишку пришлось передвинуть и развернуть: из первого выбранного места изгородь снова оказывалась за спиной. Рук поправил одно движение, и Гарри узнал расстановку, которую уже разбирал в августе.
Дальше появились два лишних подъема, позднее возвращение после потери мяча и одинаковый маршрут против переменившегося ветра. Некоторые ошибки Гарри помнил; о других смог вспомнить только после вопросов. В каждой по отдельности было мало страшного. Вместе они заняли обе страницы блокнота, хотя Рук еще не дошел до последнего часа.
— Я ведь не все время так летал, — сказал Гарри. Он не собирался спорить, но собственный лист, где стояла поимка, лежал нетронутым слишком долго. — С Брук у кольца получилось. И в конце я не потерял скорость.
— С Брук получилось. Вы услышали ее, сохранили высоту, она прошла вовремя. — Рук нашел отметку и показал ему. — А