Выбери меня! или Двойное счастье после развода - Елена Амеличева

Ивар кашлянул, пряча улыбку. Рэйвенар посмотрел на меня так, будто мысленно уже придумал три ответа, два из которых были неприлично точными, а третий - просто неприличным.

- А вы, Ивар? - спросила его.

- А я, - сказал он с тем спокойствием, которое уже начинало казаться мне не преимуществом, а формой скрытого оружия, - действительно пришел из-за муки. Детям надо есть.

Ах, вот поэтому с надежными мужчинами всегда труднее. Их нельзя обвинить в театральности. Они слишком заняты делом. И от этого выглядят еще опаснее.

- Скучно с вами, - отметила, вздохнув. - Никакой красивой лжи.

- Зато полезно, - заметил он.

- Это спорный критерий.

- После вашего бывшего мужа - вряд ли.

Я медленно подняла чашку.

- За вас, Ивар. Вы умеете бить туда, где еще не болело.

Рэйвенар чуть склонил голову.

- Неожиданно жестоко.

- Просто честно, - сказала я. - А честность в малых дозах бодрит лучше настойки.

Адела отпила чай и произнесла:

- Мне кажется, вы все трое ужасные люди.

- Благодарю, - ответили мы с Рэйвенаром почти одновременно.

Ивар тихо засмеялся. О, если бы можно было законсервировать такие минуты и доставать зимой. Тепло, чай, язвительность, люди с мозгами, дом уже слегка мой, и чувство, будто жизнь снова сложная, но наконец вкусная.

Но вкусное не длится долго без осложнений.

В дверь постучали. Потом не стали ждать ответа и распахнули. На пороге стоял Казель. Ну конечно. Потому что вселенная, видимо, сочла: если уж жарить меня в одном котле, то на полном огне и с крышкой.

Он был великолепен. В плохом смысле. Светлые волосы убраны. Пальто дорогое. Сапоги блестят. На лице выражение оскорбленного величия, которое всегда бывает у мужчин, привыкших входить в комнаты как закон, а обнаруживать себя в лучшем случае как помеху. За его спиной маячила Миранда. В бледно-розовом, с трагическим лицом и спиной, вероятно, еще не совсем простившей судьбе знакомство с камином и фонтаном.

Я поставила чашку. Очень аккуратно. Потому что некоторые сцены требуют свободных рук.

- О, - сказала громко. - А вот и цирк приехал.Конец первой книги.