Врачебная тайна 3 - Дия Семина

— Конечно, всё сделаем, надо же. Приют! Тьфу, изверги…

Комендант ещё долго сетовал на новость, она его потрясла до глубины души, потому что некоторые форты находятся в его подчинении, а здесь оказывается…

Но Аракчеев уже выбежал на улицу, мельком взглянул на эшафот, предчувствуя, что скоро его снова придётся использовать по назначению…

— Алексей, в Департамент полиции, подкрепление всё же потребуется! — крикнул Дементьеву и только сейчас осознал, насколько ужасное дело им сейчас предстоит.

«Столько преступлений вскроется, что суды захлебнутся!» — подумалось, но это всё дела будущего. Сейчас нужно спасти Настю.

Мне приснился ужасный сон, что я иду по современному городу в нашем мире, сильный ливень промочил одежду насквозь, туфли испорчены. Вокруг буквально стена из воды, словно я стою под мощным водопадом, а тротуар и дороги превратились в бурные реки, мне бы укрыться от непогоды, но я упрямо иду вперёд…

Через несколько минут ливень превратился в наводнение, и вода стала ледяной, мне нужно перейти на другую сторону, там есть ступени, и укрытие в каком-то замке или крепости из тёмного кирпича, место страшное, но единственное сухое, полностью окружённое водой, люди стремятся именно туда, и я тоже…

Делаю очередной шаг и проваливаюсь под воду…

Начинаю захлёбываться и тонуть…

— Сто сорок первая! Очнись!

Сильный пинок в плечо, и новый поток ледяной воды вырвал меня из кошмарного сна и вернул в ужасную реальность…

Я всё же наглоталась воды, пришлось повернуться на бок и попытаться откашляться, чтобы вдохнуть, разум скатывается в панику, кажется, я уже в агонии…

Снова громкий окрик:

— Сто сорок первая, кончай притворяться, ишь неженка! Вставай, тут тебя некому таскать! Сейчас приедет начальник…

С трудом открываю глаза и осматриваюсь, насколько это возможно, оказалось, что лежу на камнях в луже воды, какую на меня только что вылили двое «санитаров» в серых халатах.

— Кажись, очухалась. Убирайте её в камеру с глаз долой. Номер завтра на руке набьёте, — надо мной прогремел ужасно противный голос какой-то бабищи, очень похожей на бульдога, одного взгляда достаточно, чтобы проникнуться к ней ненавистью и сделать какую-то магическую гадость, отбить бульдожихе всякое желание трогать меня.

Но увы, сил нет ни физических, ни мистических.

Ася бы решила эту проблему в две минуты, а я к такой жестокой переделке вообще оказалась не готова. Но спрашивать садистов, что происходит, не решилась.

— Вставай! Развалилась! — проворчал мужик, видом немногим лучше, нежели бульдожиха.

Делаю неуверенную попытку встать, но ноги запутались в мокрой юбке, и я снова завалилась набок.

— Ой, ну трудно тебе, что ли, оттащи её, тоже мне, сказали же, она после хлороформа не встанет сама. Завтра очухается…

Появился ещё один голос за моей спиной, более молодой женщины.

— Не тебе таскать, Клавдия, а у меня спина ноет, ладно отнесу, но на ужин мне двойную порцию! И я не шучу, кто больше пашет, тому и больше еды! — проворчал уродливый детина, подхватил меня на руки и потащил куда-то во тьму, обдавая ужасной вонью изо рта.

Я умерла и попала в ад, в совершенно другой мир, и теперь моё имя «Сто сорок первая». Сил нет, способностей, видимо, тоже нет, и возможности выжить таят с каждой секундой.

Мокрое платье и ледяной ветер заставили моё тело дрожать, инстинкты очнулись первыми и единственное, что сейчас заботит моё тело — выживание. На большее я не рассчитываю, потому не сопротивляюсь, пока не пойму, что произошло.

Здоровяк открыл дверь, и не раздумывая швырнул меня на деревянные нары, специально, чтобы я сильнее ударилась.

— Принимайте, её зовут «Сто сорок первая», шмотки сейчас принесу, помогите переодеться, на вечерней поверке она должна стоять и радовать собой начальника…

Прорычал и вышел, хлопнув дверью, а я впервые позволила себе застонать, пока от боли, но от ужаса хочется выть.

Никто не пошевелился.

— Помогите!

— За помощь здесь жестоко наказывают, скоро выучишь порядки, Сто сорок первая. Надо же, сколько нас уже здесь побывало, а сколько сгинуло…

Философски безразличный старческий голос прошелестел откуда-то со стороны, никто так и не подошёл, а я пока даже пошевелиться не могу. Перед глазами всё плывёт, тошнота, боль и холод не позволяют сосредоточиться.

Дверь снова открылась, и в меня полетела кипа каких-то тряпок, хотя бы сухих.

Дверь захлопнулась и тогда одна из женщин решилась подойти:

— Новенькая, скорее вставай, надо переодеться, они нас всех ледяной водой обливают, чтобы смыть память о бывшей жизни. Нужно встать, ты цела? Тебя не били?

— Кажется, нет, — шепчу и пытаюсь сесть, и снова заваливаюсь со стоном.

— Слабых здесь быстро ставят на ноги пинками и побоями. Держись, давай я тебе помогу.

Женщина довольно проворно начала меня раздевать, через минут десять борьбы с мокрыми тряпками, и переодеванием в сухие одежды, я вдруг стала похожей на всех женщин, что сидят на своих местах и с любопытством наблюдают за моим ужасным преображением.

— Где мы?

— Не задавай лишних вопросов, иначе тебя обреют на лысо. И номер выбьют на видном месте, — она ткнула пальцем в мой лоб.

Сердце пропустило удар, вселенная замерла, потому что этого быть не должно, я — боярыня, я — возлюбленная Действительного тайного советника, будь он неладен, и меня на лысо и номер как в концлагере?

В моём сознании не укладывается всё, что сейчас происходит.

Стоило согреться, как информация вдруг сама хлынула потоком.

Это старый форт, проданный одному извергу, и он здесь устроил что-то типа лечебницы для самых опасных душевнобольных, маньяков и убийц. Но потом выяснилось, что это скучно и неприбыльно, а порой и опасно, бывших «клиентов» извёл и придумал новую идею. Оказалось, что гораздо выгоднее устроить таинственный приют для бывших или ненужных жён. С какими развод невозможен, а жить с ними не хочется. За размещение здесь непокорных и забытых жён мужья готовы платить огромные деньги, лишь бы обрести долгожданную свободу. Рано или поздно, но стараниями Елены, я должна была оказаться в этом месте…

Внезапно я её ощутила.

Стоило только подумать о своей первейшей врагине, и её след вспыхнул совсем рядом, будто сама судьба швырнула мне эту подсказку прямо в лицо. Вот это номер… Сердце теперь забилось чаще, в груди вспыхнул колючий, почти обжигающий азарт — не страх, не тревога,