Шабашник - Виктор Коллингвуд

— Ты со мной наверх пойдёшь. Севе под руку не лезь, он сам принимать будет.

Я махнул им сверху: мол, всё готово, можно начинать. После двух дней возни с арматурой, досками и вязальной проволокой не терпелось наконец увидеть плоды своих трудов: бетон в опалубке. Но стоило хоть на минуту остаться без дела, как память тут же возвращала вчерашнюю сцену с Галиной и Коляном, от которой внутри снова закипал гнев. Благо, здесь раздумывать было некогда.

В воротах появился Борис: он пятился по участку, указывая дорогу тяжёлому бетоновозу. КАМАЗ с грушей бетономешалки с надсадным рёвом въехал во двор. Спустившись, я показал шофёру, к какому углу лучше подать лоток, и отступил в сторону. Темирбек уже расставил людей цепочкой, и, едва серая масса с глухим шорохом хлынула в наш самопальный короб, мне осталось только подняться обратно на стену и следить за узбеками, принимавшими бетон.

Сразу же пошла настоящая гонка со временем. Бетон лучше разгружать побыстрее, пока не начал схватываться. Едва опорожнялось одно ведро, как под самым локтем уже глухо звякала дужка следующего, а снизу торопили скорее сбрасывать пустую тару. Темирбек работал на выливе, постоянно одёргивая молодого подсобника: парень всё торопился и подносил полное ведро, не глядя, свободны ли у него руки.

— Не торопись, слушай. Донести успел — молодец, теперь погоди секунду.

Парень обиженно засопел, однако критику учел. Люди восточные, у них старших уважают, не то что у нас….

Мы шаг за шагом продвигались вдоль стены, оставляя за спиной ровный, доверху заполненный армопояс. Дел было достаточно: груз прими, раствор в углы протолкни да следи ещё, чтобы человек с полным ведром бетона не навернулся. Заметив, что первый подающий начал выдыхаться, Темирбек без лишних кликнул смену. Новый парень бодрячком взлетел к нам по сходням, но уже ходок через пять тяжело задышал открытым ртом и всё чаще останавливался передохнуть.

— Живой? — коротко бросил я, когда мы разминулись на узких досках и он вжался спиной в кладку, давая мне проход.

— Нормально, Сева. Давай дальше.

Парень упрямо протянул вперёд вымазанные в растворе руки, и конвейер закрутился снова. Ну что же, деньги, они не так легко зарабатываются…

Сначала я просто контролировал процесс, затем, поняв, что все идет как нао, взял кусок арматуры и начал, проходя вдоль стены, тыкать ею в свежий бетон. Это называется «штыковать»: так смесь лучше заполняет опалубку. Лучше, конечно, использовать вибратор, но чего нет — того нет.

Первый дообеденный миксер весь ушел на армопояс. Работяги вымотались до предела, затаскивая восемь тонн на верх второго этажа. Зато, когда верхний контур наконец замкнули, я не удержался — ещё раз неспешно прошёл по настилу вдоль всей опалубки и с тихим удовольствием оглядел свежую полосу. Ну всё, главная тяжесть позади, теперь можно было спускаться на землю и заливать отмостку.

Но, перед тем, как спуститься, я еще раз прошел по периметру и воткнул в армапояс шпильки — чтобы потом закрепить ими основной брус крыши. Конечно, далеко не факт, что Борис закажет крышу именно мне, но пусть даже нет — в крайнем случае будущие строители скажут спасибо.

Наверно.

Как только мы снова оказались на земле, Борис тут же протянул нам полуторалитровую бутылку минералки, терпеливо переждал, пока я напился, и набросился с расспросами.

— Что, залили? А второй миксер куда? Может, отменить?

— Второй миксер на отмостку надо, Борис Ильич.

— Да я ничего, работайте. Ты тут лучше сечешь, мое дело сторона. Просто продолжить уже хочется.

— Недели две подождать придется, пока бетон схватится и наберет прочность, а там можно будет и под крышу заводить. Только за маяками еще последим, как себя трещины поведут.

После обеда пришел второй миксер. Тут работа была проще — бетон не нужно было таскать на второй этаж, просто заливать в опалубку у цоколя. Часть мы залили прямо с миксера, едва не застрявшего при этом в весенней грязи, остальное развозили тачкой и ведрами.

Тут дело пошло веселее: мы все были на виду друг у друга, не приходилось перекрикиваться через глухую стену и ждать, пока тяжёлые вёдра поднимут на верхотуру. Вырытая нами отмостка метр за метром скрывалась под плотным серым раствором. Хозяин обошёл дом и остановился напротив меня, с неподдельным интересом разглядывая свежую заливку.

— Ну вот, теперь хоть на настоящую стройку похоже, — с явным облегчением протянул он, наблюдая, как я штыкую бетон отмостки.

— А раньше, что, по-вашему, было?

— Да как ни приеду, гляну на эти ваши окопы вокруг дома — тоска берёт. Хорошо хоть дожди пока не пошли, а то б вообще всё в болото превратилось.

— Зато теперь верховодке будет куда уходить, и фундамент сухой останется.

Борис солидно кивнул и снова пошёл оглядывать дом.

Остатки смеси из короба пустили на въездную площадку перед воротами, основание под которую мы засыпали щебнем и заранее утрамбовали. Когда ребята понесли туда последние вёдра, Борис двинулся следом. Пока мы ровняли раствор, он топтался чуть поодаль на траве, а затем вышел за створки на улицу и долго присматривался с дороги, словно уже прикидывал в уме траекторию заезда.

— Надо же, и на въезд хватило! Тютелька в тютельку!

— Расчёт такой был. Теперь на участке грязь колёсами месить не придётся. Уж если бетон заливать — надо отработать по-максимуму!

Хозяин с довольным видом потёр ладонь о ладонь и тут же поинтересовался, через сколько дней на свежий бетон можно будет загонять машину. Объяснив, что спешить с нагрузкой ни в коем случае нельзя, я на всякий случай отвёл его на шаг от сырой бетонной кромки.

— А то еще одни ботинки угробите!

Наконец, работа на сегодня была кончена. Отмыв от раствора инструмент и руки, мы прибрали участок, а подсобники пошли переодеваться. Солнце уже катилось к закату, и в вечерней тени сразу потянуло прохладой, так что на ветерке невольно хотелось набросить на плечи куртку.

Застёгивая на ходу чистую одежду, ко мне подошёл Темирбек.

— Я со своими ребятами пойду, Сева. Домой сегодня припозднюсь.

— Добро. Мне тут всё равно ещё с хозяином потолковать надо.

— Тогда до вечера.

Подхватив с земли свою спортивную сумку, он в несколько широких шагов нагнал парней у калитки. Один из молодых уже что-то с жаром рассказывал остальным, размахивая на ходу свободной рукой. Темирбек в ответ раскатисто расхохотался и по-свойски пихнул рассказчика плечом. Проводив их взглядом до поворота, я повернулся к дому.

Борис дождался меня у крыльца. Мы неспешно осмотрели дом. Я подробно объяснил ему, что в ближайшие дни мы будем поливать и укрывать свежий бетон, и очертил фронт работ на будущее — отследив маяки,