Путь одиночки. Книга 12 - Евгений Понарошку

В следующий момент удар в бок заставил его перевернуться. Тириус увидел, как сверху на него взирает Посланник.

— Вставай, — сухо произнёс он. — Пора двигаться.

Всего одна сухая фраза будто подкинула его над землей. Тут же жест Посланника указал ему на стоянку с ранее замеченной золотистой летающей машиной.

Тириус хотел было соврать хоть что-то — что он боится, что не умеет — однако один взгляд в тёмные глаза забил готовящиеся мольбы обратно в горло.

Вскоре машина взлетела в воздух и, ускоряясь, покинула окрестности лагеря. В это время с летающей крепости уже снимались первые гравилёты разведки. Однако специальный транспортник жреца на ускорении быстро ушел куда-то в сторону от портала вторжения, вглубь земель.

* * *

Летательные аппараты этого мира если и отличались принципом перемещения, то из кабины это было незаметно. Стоя за пассажирским креслом, я наблюдал, как внизу быстро проносятся леса и поля чужого мира, пересекаемые дорогами. Изредка в стороне виднелись какие-то населённые пункты.

Меня всё это не интересовало. Впереди приближалась главная цель моего пути — Храм Высшего Пантеона.

«Кажется, всё не так уж и плохо, — подумал я. — Хотя могло быть и лучше».

Чистой мою работу нельзя было назвать даже с натяжкой. Я не сомневался, что местные придут к первым выводам и за нами направят погоню. Однако пепелище на месте части лагеря это дело замедлит. Тем более аватар божка действовал в другом мире. Здесь он сейчас слеп. Да и летающий транспорт жреца имел куда лучшие характеристики и сейчас на форсаже двигался к храму. А там размер защиты, которая встретит нас, уже не имел значения.

«Даже наоборот, — подумал я. — Чем больше, тем лучше».

Убедившись, что захваченный мной пленник ведет нас куда нужно, я позволил себе выдохнуть.

Приближалась финальная часть моего плана. Успею я или нет, и держится ли Альфир — всё это теперь отходило на второй план. Главным оставалось показать всему Содружеству, что с божественными мирами можно и нужно воевать. И дело было даже не в желании защитить Содружество. Именно в этом я видел возможность полностью изменить баланс сил. Свой Путь.

Застыв без движения, я наблюдал, как за обзорным стеклом проплывает местность. С высоты природа чужого мира почти не отличалась от родной. Только когда показывалась паутина дорог и населенные пункты, различия становились явными. Уж слишком отличались белые куполообразные строения, отсутствие привычного транспорта и инфраструктуры в виде линий электроэнергии.

— Милостивый господин, — отвлёк меня голос на местном языке. — Мы преодолели две части пути из трёх!

Отвлекшись, я посмотрел на захваченного в плен аборигена по имени Тириус. Как обладающий высоким армейским званием тот обязан был уметь управлять посудиной, а потому и был «прихвачен» с собой. По моему указанию он и дал понять о скором приближении.

— Благодарю, — произнёс я. — Теперь гони эту лоханку на максимум.

— Но… — Тириус показал на тревожно мигающий датчик. — Мы уже выжигаем пределы допустимых норм!

— Исполняй приказ, — произнёс я.

Пленник, не смея более возражать, приступил к делу. Что-то угрожающе запикало, а сзади, со стороны двигательного отсека, послышалось завывание. Дернуло, и мы ощутимо ускорились. Этот режим явно изнашивал ресурс двигательный установки, но его сохранность не имела значения.

«Так-то лучше», — подумал я.

На самом деле я не знал, что есть возможность ускорения, и понял это только по ответу пленника. В то же время, чтобы убедить его, не понадобилось ни ментального давления, ни каких-либо иных манипуляций.

Всё делала божественная энергия, схватывая на лету любое желание. Вероятно, помогло и то, что я действовал среди паствы Харнакиса, чьей энергией и оперировал.

«Все больше причин для овладения божественной энергией, — подумал я. — Она слишком могущественна».

Более того, чем больше я изучал её, тем больше понимал, что божественная энергия всё же уровнем выше, чем атрибутивная. В голове медленно зрела и ещё одна догадка — не имел ли Путь божественное происхождение?

Божественная энергия была буквально квинтэссенцией разумной жизни, чаяний, надежд, устремлений и проявлений воли. Даже я сам, хоть и обрёл возможность манипулировать ею, но не обладал возможностью генерировать её, впрочем, как и боги.

Самую существенную силу могли генерировать лишь самые слабые существа — смертные. В то же время существа силы этого были лишены. В этом был весь абсурд, а может наоборот, некий вселенский баланс.

«Не утратил ли я нечто важное, отказавшись от своего смертного начала? — подумал я. — Что, если есть совершенно иной тип развития?»

Я опустил взгляд на свою руку, выглядывающую из савана. Обычная ладонь, тёплая, покрытая мягкой кожей, с гибкими ногтями и уникальным узором на кончиках пальцев. Как и всё моё тело, она ничем внешне не отличалась от обычной человеческой. Я даже не выглядел сверхнакачанным, как фитнес-модели из моего мира, но вполне простым обывателем из города.

Однако стоило использовать чутьё, как открывалась иная картина. Всё моё тело было лишь фикцией. У меня были органы, я мог переваривать пищу, дышать, иметь близость с женщиной. Сердце перегоняло кровь, а лёгкие насыщали её кислородом. И в то же время прерывание любой жизненно важной функции не принесло бы даже капли дискомфорта.

Облик, в котором я пребывал, давно уже не имел никакой нужды. Наоборот, придав себе иную форму, я возможно стал бы даже сильнее в бою. Несмотря на это, я даже не рассматривал эту мысль всерьёз. Почему?

Потому что я должен оставаться человеком.

Я и раньше придерживался этого принципа, считая, что это важно, чтобы не сойти с ума. Однако именно сейчас мне пришла в голову новая идея.

Хватило одного мысленного приказа, чтобы ладонь изменила свой вид. Кожа побледнела и начала трескаться. Плоть под ней потеряла объём, переходя в мёртвое состояние. Хватило пары секунд, чтобы кисть прошла через некротизацию.

Тут же я попробовал пропустить через неё божественную энергию и сразу заметил перемены — божественная энергия с большим трудом проходила через ладонь. Более того, едва заметно манипуляция усложнилась в целом.

Уже догадываясь, в чём дело, я перевёл в некротическое состояние половину тела. При этом контроль над божественной силой еще больше испортился.

«Когда отказываешься от своей человеческой сути, усложняется манипуляция, — подумал я. — Но как это работает? Ведь моё тело всё равно уже давно отличается от человеческого».

Смертная форма — вид, в котором существо приходило в этот мир. Изначально я сохранял её из психологических соображений. Однако сейчас, оперируя божественной энергией, мне пришло в голову, что