Убийца архимагов - Дмитрий Геннадьевич Мазуров

Голд и Сэнд атаковали вместе — земля под моими ногами вздыбилась, одновременно ветер ударил сбоку, пытаясь сбить меня с ног. Я прыгнул, используя магию воздуха, чтобы взлететь над их атаками, и в воздухе создал плетение, которое обрушило на них град каменных осколков, заставляя их укрываться за щитами.

Флюмен попыталась подкрасться сзади, пока я был отвлечён, но я чувствовал её приближение — я успел развернуться и встретить её прямой атакой. Простое плетение воды, которое вырвалось из моей ладони и обрушилось на неё, заставляя её откатиться в сторону, спасаясь от потока.

Адам держался в стороне, используя свою магию земли, чтобы создавать ловушки и прикрывать товарищей. Он был не самым сильным среди них, но он был самым стратегическим — он видел картину боя целиком и действовал так, чтобы помочь остальным. И это вызывало уважение.

Но все они уставали. Я видел, как их мана колеблется, как они дышат тяжелее, как их движения становятся более резкими, менее точными. Они сражались храбро, они сражались умно, но их силы были на исходе.

— Вы хорошо сражаетесь, — сказал я, делая паузу, чтобы дать им время перевести дух. — Но пока вы ещё слишком слабы. Теперь я покажу вам, что такое настоящая сила.

Я начал создавать новое плетение. Гравитация. Чёрный шар, который начал формироваться в моей ладони, пульсируя, сжимаясь сам в себя, создавая точку, в которой не было ничего и в то же время заключалась огромная сила.

Студенты замерли, глядя на моё плетение. Они чувствовали его силу — она давила на их плечи, заставляла воздух вибрировать. Их лица побледнели, и я видел, как страх появляется в их глазах.

— Что это? — прошептал кто-то из них.

— Это гравитация, — ответил я, и мой голос был спокоен, почти безразличен. — Это не просто заклинание. Сама стихия. Фундамент. То, на чём держится мироздание.

Я разжал пальцы, и шар устремился в центр полигона. Он завис в воздухе, вращаясь вокруг своей оси, и я почувствовал, как всё вокруг начинает притягиваться к нему. Пыль, грязь, камни — всё это потянулось в сторону этого маленького чёрного солнца. Студенты, которые были ближе всего к нему, почувствовали, как их тянет вперёд, как они теряют равновесие, пытаясь устоять на ногах.

— Не дайте ему закончить! — крикнул Катарос, и в его голосе послышалось отчаяние. — Атакуйте его!

Студенты бросились на меня — но было поздно. Гравитационный шар начал расширяться, засасывая в себя всё, что было вокруг. Камни, земля, обломки — всё это исчезало в его чёрной глубине. Я чувствовал, как мана утекает рекой, но я не останавливался. Я хотел показать им, на что способен настоящий маг.

— Мы сдаёмся, — донёсся до меня далёкий крик.

Я замер. Я посмотрел на студентов — они лежали на земле, пытаясь удержаться, их лица были искажены страхом. Гравитационный шар уже начал засасывать ближайших из них, и я понял — если не остановлюсь, они погибнут. Похоже, я немного переборщил.

Я сжал кулак, и шар начал сжиматься, уменьшаться, пока не исчез совсем. Энергия, которая была в нём заключена, вырвалась наружу — безвредно, но ощутимо. По полигону прошла волна давления, и я почувствовал, как усталость наваливается на мои плечи.

Тишина повисла над полигоном. Студенты медленно поднимались на ноги, их лица были бледными, но в глазах я видел не страх — уважение. Они поняли. Они поняли, что я мог убить их, но не сделал этого. Они поняли, что я контролировал свою силу, даже когда она была на грани выхода из-под контроля.

— Бой окончен, — сказала Мелисса Келпи, и её голос разнёсся по полигону. — Победитель — преподаватель Фауст.

Студенты зааплодировали — сначала робко, затем всё громче и увереннее. Я стоял в центре полигона, чувствуя, как ветер касается моего лица, и смотрел на них. Они были живы — и это было главное. И я даже никого не покалечил. Так, совсем немного травм, которые можно вылечить.

Мы стояли на полигоне, глядя на то, как студенты медленно расходятся, и я чувствовал, как внутри разливается странное тепло. Бой был долгим и напряжённым, но я был рад, что смог показать им то, что они должны были увидеть.

— Фауст, — сказала Солани, подходя ко мне. — Это было невероятно. Я никогда не видела ничего подобного.

— Ты тоже хорошо сражалась, — ответил я, встречая её взгляд. — Пару раз почти меня достала.

— Спасибо, — она улыбнулась, и в её улыбке было столько тепла, что я почувствовал, как внутри разливается странное чувство. — Я запомню этот урок.

Я кивнул, чувствуя, как усталость снова наваливается на плечи. Бой был тяжёлым — не физически, а морально. Я должен был показать студентам свою силу, но также я должен был научить их чему-то важному. И я надеялся, что мне это удалось.

Я стоял на краю полигона, чувствуя, как ветер остужает разгорячённое лицо, и смотрел им вслед. В их глазах я видел уважение — то самое, которое невозможно купить или заслужить пустыми словами. Оно завоёвывается только делом.

— Фауст, — раздался голос Мирабель. — Директор Келпи ждёт вас в своём кабинете.

Я кивнул. Ещё один разговор. Ещё один шаг в игре, правила которой я до конца не понимал. Но я знал одно — Мелисса Келпи никогда не делает ничего просто так. Каждое её действие, каждое слово были частью какой-то более крупной стратегии, которую она держала в своей голове.

— Иду, — ответил я, делая глубокий вдох.

Мирабель развернулась и быстро зашагала к главному корпусу. Я последовал за ней. Широ выбрался из кристалла и уселся на плече, его маленькие лапки слегка дрожали.

— Ты как? — спросил он, и в его голосе послышалось беспокойство.

— Устал, — честно ответил я. — Но я справлюсь.

— Ты всегда справляешься, — фыркнул бельчонок, но в его голосе я слышал гордость. — Но я всё равно беспокоюсь. Эта Келпи — она слишком хитрая. Никогда не знаешь, что у неё на уме.

— Знаю, — я усмехнулся, чувствуя, как холодное спокойствие опускается на плечи. — Но она не враг. По крайней мере, пока.

Кабинет директора встретил меня тем же полумраком, тем же запахом старого дерева и магии. Мелисса Келпи сидела за своим столом, но на этот раз она не