Сиятельный феодал - Михаил Владимирович Баковец
— Молодой уходит! — крикнула Лукерья.
Пока мы были заняты матёрым кровососом, свежеобращённый очухался и под шумок, видя, что случилось с его «отцом» бросился наутёк. Но Планше уже перезарядил штуцер и выстрелил, кажется, даже не целясь. Пуля ударила парня в ногу чуть ниже колена и практически оторвав конечность Тот упал, закричав нечеловеческим голосом. В лежащего немедленно ударили ещё две серебряных пули, выпущенные эльфами. Из оставленных ими ран наружу вырвались струйки дыма. Вампир забился в коротких судорогах больше не пытаясь убежать. Возможно, он уже умирал, и окружающий мир стал безразличен. Но пускать на самотёк данный процесс мы не собирались. Трофим подошёл к нему, направил в лицо молодому кровососу револьвер.
— Прости, парень, — тихо сказал он. — Ты уже не человек.
Следом раздался выстрел. Прозвучал он необычно коротко и сухо.
Тишина опустилась на поляну. Чёрное пламя костра погасло, оставив лишь тлеющие угли. Вокруг лежали мёртвые тела — жертвы ритуала, которых мы не успели спасти.
— Никак хобиты? — задумчиво произнёс Лукьян.
Точно, вот что меня смущало в телах жертв. Их рост и волосатые ноги с несоразмерно крупными ступнями.
— Синяк будет знатный, — ворчливо сказал Потап, подходя к нам и потирая левой ладонью грудь. — Лукерья, спасибо за амулет. Без него я бы сейчас с вами не стоял.
— Погоди, не торопись, — к нему подступил Лукьян. — Тёмная ворожба опасна тем, что хватит всего одной её капли, которая затаится в теле и будет подтачивать его день за днём, пока тьма не возьмёт верх.
— Господи сохрани, — выдохнул охотник. Он переложил штуцер в левую руку и перекрестился.
К счастью, тщательно проверив товарища, Лукьян развеял все наши опасения и тревоги. Охотник был чист и здоров. Даже ушиб оказался плёвым. С помощью мази из лавки гнома-алхимика все его следы и последствия сойдут за пару дней.
— Зараза! — внезапно эмоционально выкрикнула Лукерья. И когда все резко повернулись в её сторону, готовясь услышать всё, что угодно, она показала нам длинный белый лоскут, свисавший из крупной прорехи в рукаве кожаной куртки. — Чтоб вы в аду горели, твари кровососущие! Вы хоть знаете, сколько эта рубашка стоила⁈ Три рубля! Три! А куртку мне Агрофена из озерного монастыря шила на заказ из лосиной кожи особой выделки!
— Лукерья… — начал было Лукьян.
— Молчи, брат! — оборвала она его. — Ты хоть понимаешь, что теперь мне не в чем ходить⁈ В этом рванье⁈ Я похожа на охотницу на ведьм или на бродяжку с большой дороги⁈
«Кажется, у кого-то отходняк после рейда в иной мир и боя с вампирами», — пронеслась в моей голове мысль. Вслух сказал другое. — Ты похожа на человека, который только что убил вампира.
Лукерья замолчала, глядя на меня.
— Это, конечно, лестно, ваше благородие. Но рубашку мне это не вернёт.
— Когда вновь окажемся в Боровске, я куплю тебе самую лучшую блузу. Нет, даже целый костюм, который ты сама выберешь, — пообещал я девушке.
Та в ответ улыбнулась:
— Я запомню эти слова, монсеньёр.
И в этот момент окружающие сумерки стали стремительно уходить. На землю вновь упали солнечные лучи. Затмение закончилось.
Глава 21
Охотники и ведьмоловы тщательно обследовали место темного ритуала и очень быстро выяснили откуда сюда пришли вампиры со своими жертвами.
«Если уж ввязался в проблемы, то придется идти до конца», — подумал я, выслушав доклады и предложения соратников. Брат с сестрой хотели продолжить охоту на кровососов, это желание было в их крови. Лёгкая — сравнительно — победа над парой тварей разбудила в них азарт.
Я склонялся к тому, что пора возвращаться домой. Но чертова жадность мешала так легко последовать данному желанию. Взятый из сердца старого вампира кристалл обладал невероятной мощью. Он один даст мне возможность построить сильную и дорогую постройку через Светочь. Башню магов, например. Или рыцарский орден. Или мастерскую по изготовлению амулетов с зачарованием бытовых вещей и оружия. Да мало ли построек хранится в Светоче из тех, которые всего в одном экземпляре удвоят мою мощь или на порядок облегчат жизнь на фронтире.
Второй причиной задержки были хоббиты. Еще раньше мысли поживиться вампирскими кристаллами в мою голову пришла идея с решением, как мне увеличить число крепостных душ. Нет, не потому что я вдруг стал таким ядрёным помещиком, просто рано или поздно столкнусь с нехваткой рабочих рук. Заготовка фуража для лошадей, прочего домашнего скота, обработка полей, лесозаготовка и так далее — вот для чего мне нужны крепкие руки. А тратить уникальные возможности Светоча и ресурсы для призыва крестьян — это деяние достойное по занесению в книгу рекордов глупых поступков. За такое если и возьмусь, то лишь в случае крайней нужды. Ну, или для призыва ценных специалистов сельского хозяйства. Или под чьим-то давлением.
Поэтому я серьёзно рассматривал привлечение на свою сторону разумных и адекватных существ из-за Черной пелены. Ведьмоловы отзывались о хоббитах как о неагрессивных и трудолюбивых созданиях. В империи существует несколько крупных анклавов с ними, и в отличие от тех же орков с гоблинами и темными эльфами им разрешается жить в одном месте в достаточно большом количестве. Это важный момент, характеризующий уживчивость и менталитет отличных от человеческой рас. Потому как те же орки не имеют или почти не имеют права селиться более чем двумя-тремя сотнями. В том числе и в виде кочевых таборов. Один из таких я видел, когда искал шамана для Планше. Это касается и гоблинов с тёмными эльфами. То есть тех рас, кто способен доставить кучу проблем при проживании огромной толпой. И при этом большой пользы от них не стоит ждать.
— Идем, — озвучил я принятое решение.
Мы шли немногим менее двух часов по едва заметной стежке, оставленной вампирами и их жертвами. Наконец, увидели небольшую деревню. С возвышенности примерно в полукилометре от нее я насчитал в ней сорок два дома однотипной постройки. Различались они друг от друга размерами и степенью сохранности. Это были низкие круглые глинобитные хижины с