Терра. Часть 2 - Маргарита Боулес

— Демон? — обернулась ко мне, но смотрела сквозь меня, будто я прозрачный. — Я так зла. Неистово. Ненавижу его. Он — мой палач, хуже братьев, потому что они — никто, а он — мое все! Был. Когда-то. Я дышала им, а теперь задыхаюсь. Правильно говорят: высоко взлетел — больно будет падать, а мы слишком испытывали наши шансы: летали выше облаков в этой любви, а падали долго, болезненно, как скатываются камни в лавину, ударяясь о все преграды, круша и снося все на пути. Я так любила его, а теперь — так сильно ненавижу! — Она сжала кулаки, вгоняя ногти в кожу. — Не могу видеть, думать о нем, вспоминать. Хочу забыть. И нет… потому что тот Аиррэль заслуживает памяти, нашей любви, а этот — не заслуживает ни капли.

Я открыл было рот и не смог вымолвить слов.

— Давай переспим? — сказала она, смотря в мои глаза. — Это будет моя точка невозврата, — злой оскал. — Он никогда мне не простит. Тебя. И даже если он вспомнит, я не смогу вернуться. Если МЫ это сделаем — для нас будет все кончено. Я хочу перечеркнуть себе шанс на малейшее воссоединение. Себе. Ему. Нам.

— Скай…

— Никаких эмоций, демон. Только расчет.

— Он и мне этого не простит, — обреченно сказал я. Если она додумалась до такого, значит, потерялась окончательно. — Нам нельзя…

— Но и нужно.

Я сжал губы.

— Это лишь секс, так? Даже не так, есть иное слово для этого.

Сглотнул и отвернулся. Чувствовал себя пришибленным.

— Прости меня, Велиал. Прости. Я понимаю… Может, ты просто убьешь меня?

— Это явно проще, — усмехнулся я, разведя руками и восторгаясь ее ухищрениям сбежать от братца. — Пойдем? — протянул ей руку, решив переиграть ее. — Переспим.

Она удивилась и подняла голову, в глазах появилось удивление, а после заторможенное осознание нашего общего будущего. Я вот видел это будущее во всех ярчайших красках и понимал к чему приведет наше падение. Она права: Аиррэль никогда нам этого не простит.

Аиррэль: Нет! Пожалуйста. Не надо. Я не хочу смотреть это. Только не это! Умоляю. Не заставляй меня.

Эль-Элион: ТЫ БУДЕШЬ СМОТРЕТЬ.

Я попытался закрыть глаза — не смог. Попытался коснуться руками лица — конечности приросли к телу.

Эль-Элион: СМОТРИ, АРХАНГЕЛ.

Аиррэль: Не-е-е-е-е-е-е-ет…

В глухом молчании мы дошли до машины. Я сорвался с места и домчался до отеля. Ее уверенность таяла на глазах, но я решил играть до конца, чтобы выбить дурь из ее очень очумелой головушки.

Приветливая девушка на ресепшн вручила нам ключ-карту от номера молодоженов, я подхватил номерок и чеканным шагом пошел в сторону лифта. Смертная плелась за мной, будто на казнь. Это забавляло, но я понимал, что ей больно. Я так же пытался вырезать из души Лиссу, но это путь в никуда. В итоге становится лишь хуже, паршивее.

В лифте Скай на меня взглянула лишь раз и виновато опустила очи.

— Давай тогда на берегу обсудим то, что нас ждет?

Скай в некоем трансе кивнула.

— Нашей дружбе придет конец, — говорил я, пока лифт плавно поднимался на наш этаж. — Мы не сможем смотреть друг другу в глаза. Ты не сможешь.

— Я так не хочу.

— А будет именно так.

— Я не могу тебя потерять. Только не тебя. — Из ее глаз брызнули слезы. — Прости, это глупо.

— Нет, ты правильно все подсчитала. Есть в этом логика, если планируешь отрезать все мосты, поджечь так, чтобы дым видели даже в Срединном, а отголоски еще долго преследовали нас… до конца наших дней. Мне придется скрывать это от Лиз, потому что никакие оправдания не сделают ей легче. Она не поймет, что для тебя — это шаг в окованную кандалами свободу с острыми шипами из воспоминаний о прошлом, а для меня — путь в одиночество и праведный грех. Брат меня не простит, возненавидит. Тебя — будет любить вечно, но простить не сможет.

Аиррэль: Я в ужасе смотрел, как они доходят до номера, Велиал берет ее на руки и несет на постель.

Нет. Он не станет… Нет…

Внезапно становится темно, и комната исчезает.

Скай

— Изобретательная месть, Скай.

— Да, я — тварь, а ты не знал?

— Не говори так. Ты никогда ей не была и не будешь.

Аиррэль: Видимо, я (тот я) вернул воспоминания, но поздно… Я не видел, что случилось до этого, просто имел представление и все. Как будто жил с этим знанием, наверное, так работает магия Создателя — он просто знает, ему даже видеть не нужно. Скай решилась на тот шаг, когда я (тот я) привел домой какую-то девушку, сначала представил как подругу, потом как невесту, а следом Скай случайно увидела нас в очень нетривиальной позе… — это разбило ей сердце, свело с ума, помутило рассудок. Она не могла вытерпеть такое. И здесь в этой ветке она умирала от распада души медленнее, не так быстро. Но все равно ее душа утекала в Пустоту.

— Но ты разочарован. Уязвлен, обижен. Даже не так! Ты в ярости.

— Я в растерянности, — с отрешенным спокойствием сказал он.

— Не переживай. Я все устроила: ты, как и мечтал, становишься абсолютно свободным! — Поднесла руки к небу и засмеялась. — Не буду больше пить из тебя соки, нервировать и раздражать. Да, отравила я тебе жизнь? Крыльев лишила, Небес, свободы, любви, дружбы, надежды! Всего! Я восторгаюсь собой.

— Ты плачешь… — еле слышно сказал он.

— Да… я реву. Я все просчитала: назад дороги нет. И впереди для нас ничего нет. Есть лишь этот смерч, в котором мы крутимся и не можем вырваться.

— Я никогда не откажусь от тебя.

— Но и простить не сможешь. Я это знаю. Демона не сможешь.

— Права.

— Да, — улыбнулась ему в последний раз. — Прощай, мой Бог, мой ангел Ада, мой сон, мой голубой мираж…

Я ушла. Догонять он не стал. Сердце погасло и никогда больше не загорится вновь ни для кого. Он так никогда и не узнает, что с демоном у нас ничего не было. Мы просто рассказали друг-другу о метках, родинках, я чуть выдумала, приукрасила, ведь видела,