Сиятельный феодал - Михаил Владимирович Баковец

«Хорошо бы, чтобы это был весь отряд карателей из замка, и никто больше не пошёл в обход», — промелькнула в моей голове мысль.

— Красуются красавцы, нас ни в грош не ставят, — зло улыбнулся Лукьян. Он держал свой штуцер правой ладонью за шейку приклада, положив цевьё на локтевой сгиб левой. — Выглядят, как на картинках в учебниках школы чародейства и истребителей нечисти. Помнишь, Лукерья?

— Я прекрасно помню, как вы, балбесы, подрисовывали всякую пошлятину, а потом получали от наставников розгами. Иногда весь класс вместе с тобой и твоими дуралеями приятелями, — ответила сестра брату.

— Эх, было же время, — мечтательно и с ностальгией протянул ведьмолов. И тут же резко перешёл к окружающей суровой действительности. — Планше, бей в грудь кровососа в красном плаще. Пора!

БАХ!

Полёт пули мы видели все. Она была похожа на сверкающую и искрящую искру, как будто это летела свеча бенгальского огня. Но вот среагировать на ей полёт не смогли даже вампиры.

— Лукерья, твой левый! — заорал Лукьян одновременно с выстрелом орка, сумев переорать грохот. И на долю секунду позже спустил курок своего штуцера. Его выстрел совпал с выстрелом сестры. Из стволов ведьмоловов вылетели точно такие же искрящиеся заряды. Только чуть-чуть меньше в размерах.

Орочья пуля ударила точно в центр груди обладателя красного плаща. Из раны плеснуло… нет, не кровью, а огнём. Тёмно-красный, багровый язык пламени вылетел из тела кровососа на пару метров.

— А-а-а!!! — дикий, страшный, пробирающий до печенок крик вампира разнёсся над равниной. От этого предсмертного вопля прочие твари сбились с шага. Кто-то из оборотней встал как в копанный.

В этой сумятице гибель ещё двух вампиров будто бы прошла незамеченной. Пули брата и сестры выбили из их тел огненные факелы вдвое меньшего размера.

Бах! Бах! Бах!..

В оставшихся вампиров и перевёртышей полетели зачарованные и серебряные пули. Трое оборотней на глазах принялись стремительно гнить. На месте пулевых ран образовались язвы в полладони величиной, которые в считанные секунды увеличивались в размерах. Не знаю, что за чары наложили ведьмоловы на эти пули, но хотелось бы иметь подобных зарядов побольше. Очень-очень много!

На ногах остался всего один вампир с шестью четвероногими слугами. Последние неслись к нам с дивной скоростью, пытаясь на ходу петлять, припадать к земле, пропуская наши пули поверх холки.

БАХ!

Планше успел перезарядить свой монструозный штуцер, забив в ствол, как я и приказал, серебряную картечь. И та широкой осыпью обрушилась на тварей. Пару оборотней буквально превратило в решето, ещё одному перебило передние лапы и продырявило грудь.

Враги к этому моменту приблизились практически вплотную. Тут уже стало не до перезарядки. Поэтому я отбросил под ноги разряженный карабин и выхватил револьвер. Левую руку оставил свободной, чтобы использовать магию. Практически сразу же пришлось ей воспользоваться. Один из оборотней выбрал меня в качестве своей цели и сиганул с десяти метров, вытянув передние лапы с ужасающими когтями. Между них я послал ледяной заряд, который вошёл перевёртышу в правый глаз. И сразу же прыгнул в сторону, пропустив мимо себя сражённую магией тушу. Оборотень рухнул на землю, прокатился пару метров и забился в агонии.

Я только успел встать с земли на одно колено, оперевшись левой рукой в землю, держа в правой револьвер, как получил в правое плечо удар огромной силы. Земля и небо завертелись перед глазами, как в калейдоскопе.

«Вампир!», — сверкнула молнией мысль в голове, когда я остановился и увидел, как от последнего кровососа в мою сторону летит будто бы ком сладкой ваты насыщенного розового цвета. Самого кровососа окружала переливающая всеми оттенками красного полупрозрачная сфера — Бьём эту тварь! Вместе!

Лукьян разбирался с оборотнями, тогда как все остальные мои товарищи обрушили на кровососущую тварь град свинца. Лукерья, будто позируя, отстрелялась из своего револьвера по-ковбойски. То есть держа оружие чуть выше пояса в правой руке, левой она с сумасшедшей скоростью взводила курок.

Бахбахбах…

Выстрелы слились в одну очередь. И магический щит вампира не выдержал. Лопнул.

БАХ!

Последнюю и очень жирную точку поставил Планше. Его громобой рявкнул, отправив серебряную пулю точно в грудь главного врага. Пуля ударила того с такой силой, что его ноги оторвались от земли и поднялись выше головы, пока смертельно раненый вампир падал.

Пока мы разбирались с вампиром, Лукьян схватился с оборотнями. Первого прыгнувшего он принял на клинок. Острейшее зачарованное лезвие рассекло шкуру и мышцы под ней на шее как канцелярский нож полоску скотча на картонной коробке. Из вскрытых сосудов фонтаном хлынула кровь. Неловко упав на землю, оборотень жалобно взвизгнул. Лапы подогнулись, не в силах уже держать тело, отравленное серебром.

Ведьмолов после удара перестал обращать внимания на подранка. Он развернулся к следующему перевёртышу. В отличие от сородича, полузверь решил напасть на моего соратника снизу. И у него могло бы всё получиться, окажись на месте Лукьяна кто-то другой, с навыками попроще. Но блохастый нарвался на ведьмолова, и этим подписал себе смертный приговор.

Мой товарищ в прыжке взмыл на добрых пару метров ввысь, раскинув ноги в воздушном шпагате, пропустив под собой противника. Тот просто не ожидал подобного кульбита от Лукьяна. А в смертельных схватках, если удивил — победил. Так случилось и сейчас. Лукьян в воздухе развернулся, нарушая все физические законы. После чего рухнул сверху на оборотня, который замер за секунду, переваривая увиденное. Захватив левое ухо перевёртыша и резко дёрнув вверх, ведьмолов вонзил свой кинжал в звериный глаз.

С оборотнями было покончено. Но будто из-под земли выползли два кровососа.

«Мы же их всех убили? Или не до конца? Или это новые?», — метеором пронеслась в голове мысль. полная искреннего удивления. Оба монстра отчего-то не нападали.

И не убегали. Они стояли в сотне шагов, глядя на отряд с холодной яростью.

— Вы сильны, незнакомцы, — сказал один из них. Голос его был низким, шипящим. — Но вас всего четверо. А в нашем замке не один десяток таких, как мы.