Боярин из пустошей - Евсей Рылов

— Три подсумка драгоценностей, говоришь? Дёшево же продаёшь родовую собственность, Захар Харитонович.

Эвииль на мою реплику только хмыкнула.

Более или менее обжитую часть стены мы нашли достаточно быстро. Захар Харитонович снабдил меня ключом от дубовой двери, окованной стальными полосами. Внутри оказалась типичная холостяцкая берлога. Застарелый беспорядок и толстый слой пыли.

Вообще-то, нам предстала аж пятикомнатная квартира, причём со всеми удобствами. Вода из крана, правда, шла только холодная, но всё же.

Эвииль какое-то время бродила по темноватым помещениям, а потом подошла ко мне и сказала:

— Жуть…

— Много лучше, чем под открытым небом — пожал плечами я. — Тут вон крыша. Какую-нибудь комнату разгребём, и будет неплохо. Я такой роскоши, как здесь давно не видел.

— В смысле? — удивилась эльфийка.

— Ну, я сначала в подземельях на каторге срок мотал, потом меня изгнали, и я по пустошам болтался, — говоря это, я разжился потрёпанной шваброй и принялся подметать пол.

— Ты чего делаешь⁈ — резко спросила Эвииль.

— Убираюсь, — пожал плечами я.

— А ну, прекрати, пыль поднимать! — возмутилась девушка. — Руку дай…

Она схватила меня за незащищённое запястье, и я почувствовал, как из меня вытекает дурнота. Эльфийка протянула руку, и над ней появился словно бы крошечный вихрь.

Мгновение и в него влились серые струи со всех сторон. В воздухе над ладонью Эвииль стал расти комок грязного цвета. Всё так же, держа за руку, она потащила меня вглубь помещений. Когда мы прошли все комнаты, пыльный шар стал уже больше футбольного мяча.

Эльфийка потянула меня на улицу. Снаружи она размахнулась и со всей силы запульнула серый ком через стену. Увы, не пролетев и половину пути, он вдруг рассы́пался, образуя крупное облако, которое стал сносить ветер.

— Вот это да! — восхитился я.

Девушка же, промолчав, принялась недовольно рассматривать собственную руку. Вид у неё был такой, словно мы на самом деле полдня убирались. В комнатах теперь оказалось почти чисто. Эльфийка буквально повалилась на стул и спросила:

— Что здесь происходит? В смысле везде.

— Ответьте на мои вопросы, тогда отвечу на ваши — проскрипел я. — Я уже встречался с вашими соплеменниками. Информация только на обмен.

— Ну, какой ты… бука, — не сразу определилась она с оценкой, — но ничего неприличного…

— Я мало знаю о вашем народе и заранее извиняюсь. Потому я могу сказать или спросить что-то недопустимое, — проскрипел я. — В таком случае просто скажите, и я не буду вас этим донимать…

Не стану утомлять вас, мой дорогой читатель, долгими диало́гами, которые мы вели с весьма разговорчивой эльфийкой за уборкой и просто расскажу, что смог узнать.

Итак, Эвииль Лии Виэллэ — это добродушная и жизнерадостная юная девушка. Самая, в общем-то, обычная, если не считать того, что ей на тот момент было каких-то восемнадцать с половиной тысяч лет. Нет, родилась-то она намного-намного раньше. Просто это возрождение для неё стало четвёртым.

Так вот, с самого начала.

Эвииль появилась на свет в городе-государстве Атилиэ, находившемся некогда на юго-восточной оконечности уральских гор. Её родители имели весьма высокое положение в обществе. Отец командовал городско́й стражей, а мать служила кем-то вроде фрейлины у жены местного правителя.

Времена те были мирными и сытыми, а потому и детство её прошло абсолютно безмятежно. Уровень развития цивилизации тогда был невелик, а население города, где она жила, не превышало ста тысяч. К слову, по эльфийскому летоисчислению она родилась в 152657 году от сотворения Эльдаров. Она училась у своей тётушки и смогла стать, как мы бы сказали, дизайнером. Тут самое интересное то, что свои ментальные способности она не считала чем-то необычным и использовать их для заработка особо-то не могла. Эвииль почти семь тысяч лет создавала интерьеры, шила одежду и многое другое, пока однажды на неё не упало дерево.

Первое возрождение её прошло вполне благополучно. На дворе был уже 178238 год. Пока эльфийка отсутствовала Атилиэ стал частью самой настоящей империи, и население города теперь насчитывало более полумиллиона. Родители Эвииль при этом сохранили высокие посты, а у неё появились сёстры и братья.

В общем, вторая жизнь госпожи Лии Виэллэ оказалась не менее безмятежной, чем первая. Эльфы к тому времени уже имели весьма высокий уровень развития, век эдак на девятнадцатый, а может, и больше. Численность их населения перевалила за полмиллиарда. Второй раз девушка погибла во время пожара в за́городном доме, случившемся из-за молнии.

Вновь возродилась она всего десять тысяч лет спустя. Эта жизнь оказалась наиболее короткой и тяжёлой. Пусть это и был полдень цивилизации эльфов, достигшей впечатляющих успехов. Они создали водоснабжение, канализацию, транспортную авиацию, сре́дства связи, даже подобия компьютеров и, конечно же, достигли потрясающего уровня биотехнологий.

Однако тот мир Эвииль очень не понравился. Во-первых, все здесь оказались юными эльфами, и их насчитывалось меньше пятидесяти миллионов. Я не очень понял, чем юные эльфы отличались от обычных, но чем-то весьма существенным.

Во-вторых, это общество было кастовым, и дно его составляли падшие, то есть эльфы, рождённые после грехопадения Ада́ма. Они были много более агрессивны и склонны к преступлениям, чем остальные. К тому же обладали больши́м уровнем магических способностей, которые довольно плохо контролировали.

Падших держали в подчинении с помощью специальных устройств, которыми управляли из некоего центра. Сама Эвииль, что характерно, очутилась в середине кастовой пирамиды.

Однако наихудшим оказалось то, что здесь забыли Ауле́. То есть не так — не забыли. Они всеми силами старались жить так, будто Его нет. Каждого, кто смел, хотя бы упомянуть Его имя, ждало наказание, а если кто-то систематически не желал следовать правилам — его изгоняли.

Через относительно короткое по своим меркам время, — пару сотен лет, она не выдержала, уехала из родного города и поселилась, как бы мы сказали на хуторе в паре сотен вёрст. Жила она там уединённо, почти ничего не зная о происходящем в мире. Благо, работать могла удалённо.

Шли века, и в один ничем не примечательный зимний день по земле прошла дрожь, налетел внезапный порыв отравленного ветра, и в той стороне, где находился родной город Эвииль, в небо поднялось облако, похожее на гриб. Ничего подобного эльфийка никогда не видела. Впрочем, её способностей хватило, чтобы понять, что выживших там практически не осталось.

Она собрала пожитки, погрузила в сани, впряглась в них и навсегда покинула те места. Уже вечером того страшного дня она почувствовала, как из мира уходит истинная вода, так эльфы звали волшебную силу. Правда, совсем скоро эльфийка выбралась к относительно нетронутой катаклизмом территории, где магический