Мы друг друга не выбирали - Марина Анатольевна Кистяева

Она попалась, ловушка захлопнулась.

В ушах зазвенело.

Как она до такого докатилась? Как они до такого докатились?

И это только начало…

Рустам точно услышал ее мысли. Склонился ниже и носом провел по коже ее шеи, медленно, сантиметр за сантиметром. Потом резко втянул воздух вокруг нее, так точно вытягивал из нее не просто воздух, а саму ее суть. Его губы прилипли к пульсирующей вене, не целуя, а прижигая губами, и она почувствовала, как его сердце бьется в унисон с ее рваным ритмом.

Ладонь Рустама выползла на спину, впилась в позвонки Леши. А его дыхание... Боже, это дыхание. Горячее, прерывистое, с легким, дрожащим стоном где-то в глубине глотки. Как у голодного, который, наконец, дорвался до еды и глотал ее слишком быстро, опасаясь, что отберут.

– Рустам, хватит, здесь люди…

Она уперлась руками ему в грудь.

– Похер. Ты думаешь, до нас есть кому дело? Хочешь знать, сколько парочек в данный момент трахается в клубе в закрытых ВИП-зонах?

– Не хочу!

Это же почти его клуб… Его территория.

Леша притихла в его объятиях. Как только она перестала вырываться, угомонился и он. Даже немного ослабил хват рук.

И вроде бы даже хорошо стало. И тихо. Леша слышала стук его сердца. Да-да, несмотря на множество звуков вокруг.

Говорить ничего не хотелось. Трудный день был. Тяжелый. Пусть он закончится тихо. Она даже спорить с Умаровым не будет. Разберутся по ходу действия.

Рустам что-то вычерчивал у нее на спине. Потом потянулся и подал ей ее бокал.

– Расслабься.

Ага, как же, расслабишься тут.

Она даже не помнила, ела ли что-то сегодня! Все как в тумане. Кофе пила дома – это она помнила.

Леша сделала еще один глоток. Приятный лаймовый вкус защекотал рецепторы.

Рустам дотронулся подбородком до ее плеча. Потерся, как кот

– А ведь твоя подружка права, Леш. Ты можешь вить из меня веревки. – Его горячий шепот оставлял на ее коже ожоги.

– Мне неудобно, – пробормотала она и заерзала.

Она рассчитывала, что Рустам отпустит ее. Ага, как же! Она добилась противоположного эффекта – ее вздернули чуть выше, прямо на пах.

На возбужденный...

Леша пискнула и отправила, выгнувшись в спине. Мышцы Умарова напряглись сильнее.

– Не шарахайся от меня. Ну же, Леш…

Боковым зрением Леша заметила, как у их столика кто-то остановился. Она повернула голову. Молодой парень. Высокий, худой, во всем белом. Как бы сказала Машка – «на стиле». Сердце Леши грохнуло в груди. Парень явно был навеселе. Наглая, самоуверенная улыбка кривила его лицо. Осветленные волосы торчали в разные стороны, на шее, из-за ворота футболки красовались татушки.

Знакомый Рустама? Эта была первая мысль. И она почти сразу же растворилась в воздухе, когда парень протянул Леше руку:

– Потанцуем?

Боже… Боже.

Леша натянулась, как струна.

Нет-нет… нет…

– Она не танцует.

Голос Умарова заледенел.

И мелированному бы уйти. Но нет, не для того подходил.

– Я не с тобой разговариваю. – Он пьяно усмехнулся, продолжая пялиться на Алексию.

Рустам чрезмерно медленно снял Лешку со своих бедер.

– Рустам…

Она попыталась перехватить его руку, как-то удержать. В виски ударило молотом. Мир покачнулся.

Умаров поднялся.

И почти сразу через столик нанес точный удар в челюсть блондину. Леша вскрикнула, закрыло лицо ладонями.

Она это уже видела… Она через это проходила…

В ушах зазвенело.

Через разведенные в сторону пальцы она, точно в замедленной съемке, видела, как к ним подлетели люди. Кто-то из парней и охрана. Много охраны. Крики, мат…

Все это воспринималось Лешей через некую призму. Она отказывалась в этом участвовать…

Но кто ее спрашивал.

Умаров подлетел к ней, что-то процедил сквозь плотно сжатые губы. Потом схватил ее за руку и потащил по коридорам. Лешка едва не бежала за ним. Она ничего не говорила, ничего не спрашивала, лишь сильнее сжимала небольшую сумочку.

Наконец, они остановились у двери. Рустам достал ключ-карту и провел по замку. Ударом ладони распахнул дверь и завел Лешу в комнату. Тотчас вспыхнул свет. И почти сразу же Леша оказалась прижатой к деревянной панели, которой была обшита стена.

– Я тебя, блядь, в хиджаб закутаю, – процедил Рустам, едва не расплющивая ее и расставляя руки над головой Леши.

– Я не блядь, – вспыхнула Алексия.

У Рустама дернулся кадык.

– Я знаю… Ты… Черт, Леш…

Он ударил ладонью по панели, и Алексия вздрогнула, всхлип сорвался с ее губ.

Умаров, тяжело дыша, уперся лбом в ее лоб.

– Не могу я, понимаешь, не могу! – хрипел он, сам не похожий на себя. – Меня выворачивает, когда я вижу, как они на тебя пялятся! Я любому башку готов проломить, кто на тебя смотрит, и…

Леша сама не верила, что пошла на отчаянный шаг. Она в омут прыгнула… Подалась вперед и прижалась губами к губам Рустама.

Пусть только замолчит! Пусть только прекратит то безумие, в которое ее ввергает!

И получилось. Рустам стоял, принимал ее лаконичную ласку. Леша, прикасаясь к нему, не закрывала глаз.

Близко он был… Слишком близко.

– Это кабинет. Ты сидишь здесь. – Казалось, каждое слово давалось Рустаму с трудом. – Минут сорок. Максимум час. И не отсвечиваешь. А потом я вернусь, и мы поедем домой.

Леша с готовностью кивнула. Она услышала главное словосочетание – «поедем домой». Остальное ее не волновало.