Павелителя I - Сергей Викторович Вишневский

Носок обнял мешок с припасами и уставился на костер.

— Павелителя не виноват, — после пары секунд произнес гоблин.

— Знаю… Но на душе так погано… Словно на черный холст белую краску вылили.

Гоблин нахмурился, передернул плечами и обеспокоенно глянул на хозяина.

— Еще колбасы, Павелителя? Колбаса вкусный! Колбаса помогает…

— Не в колбасе счастье, Носок… не в колбасе.

Гоблин нахмурился, уже хотел было открыть рот, но не стал ничего говорить. Он развязал мешок, заглянул внутрь, а затем снова глянул на парня.

— В количества колбаса? Колбаса многа — харашо?

Джордж с тоской глянул на гоблина, тяжело вздохнул и поднялся.

— Почему я не назвал тебя «Придурок»? — пробормотал он себе под нос и направился к лошади. — По моему «Придурок» тебе идет больше чем «Носок».

Гоблин молча тоже поднялся и засеменил за бывшим темным повелителем. Тот же продолжал идти и бормотать под нос:

— В этом мире что-то точно пошло не так… Так не должно быть…

Парень с раздражением бросил на землю кусок недоеденной колбасы и направился к лошади. Гоблин же подбежал к недоеденной колбасе, схватил ее, подул, потер о грязные штаны и хотел было засунуть в рот, но тут взглянул на царапину на пальце. Ту самую, что ему оставил Джордж ножом, угрожая приготовить «гоблинскую кашу».

— Многа колбаса — долго кушать, — пробормотал он, засовывая кусок к остальным припасам. — Долго кушать — никогда не голодать. Гоблин не голодать — гоблин счастливый. Никто не есть ребенка гоблина. Никто не есть грязь, чтобы живота не болела. Павелителя сытый — павелителя не есть гоблина… Павелителя счастливый, гоблина счастливый.

Затянув вязку на мешке, он торопливо принялся догонять Джорджа.

— Павелителя, костра большой! Упыря не догореть! — произнес он, подбежав к лошади.

— Сила уже вычищена костром. Нам тут делать больше нечего, — ответил парень, взбираясь на лошадь.

Гоблин глянул на костер, потом на хозяина и спросил:

— А что теперь делать, Павелителя?

— Как всегда, Носок — захватывать мир, — произнес парень и кивнул на седельную сумку. — Поехали. Нам сначала надо поговорить с этим чертовым мудрецом.

Гора показалась над деревьями задолго до того, как мы к ней добрались. Сначала я видел только вершину. Но когда лес поредел, а дорога повернула, пришлось задрать голову.

— М-м-мда…

Снизу гора выглядела еще больше. А уходила она прямо в небо. Внушительное зрелище. А если туда придется лезть…

Нет, определенно, кто-то очень фигово продумал это пророчество.

Носок выбрался из сумки, спрыгнул на землю и тоже посмотрел вверх.

— Павелителя, тама?

— Наверное. Я как бы не каждый день хожу на горы ко всяким мудрецам.

Дорога упиралась в широкую площадку у подножия. Дальше тянулась стена из светлого камня, врезанная прямо в скалу. И почти сразу же я заметил высокие ворота посередине.

Правда на них не было ни ручек ни чего-либо похожего. На камне проступали выветренные узоры, но разобрать их с первого взгляда не получилось.

Я спешился и передал поводья Носку.

— Держи крепче.

Но стоило сделать несколько шагов, как под грудью неприятно потянуло. Я тут же остановился.

До этого ключ почти не напоминал о себе. Сейчас же словно повернулся внутри.

Камень глухо загудел, словно бы отозвался. Носок тут же подался назад, едва не свалившись назад.

По шву между створками пробежала тонкая светлая полоска. Двери дрогнули и начали расходиться. Сверху посыпалась каменная крошка. И спустя секунд двадцать за ними открылся проход.

Хм. Интересная система. Очевидно, что сюда пускают далеко не каждого.

— Павелителя… — протянул Носок.

Я потер грудь и попытался сделать глубокий вдох. Однако ощущение было такое, словно что-то мне мешает вздохнуть полной грудью.

— Лошадь привяжи здесь. — Обратился я к гоблину. — Мешок только сними. Возьмем его с собой.

Гоблин посмотрел в проход и принялся возиться с поводьями заметно медленнее обычного. Пока он разгружал кобылу, я подошел к порогу. Изнутри повеяло прохладой. На полу не было ни пыли, ни чьих-либо следов. Даже паутины по углам.

Любопытно.

Носок подошел, прижимая мешок к животу.

— Моя тама не нравиться.

— Ты еще не заходил.

— Уже не нравиться.

— Не дрейфь. Пойдем уже. Мы долго к этому шли.

Носок вздохнул.

— Посмотрим, что там за мудрец такой деловой сидит, — добавил я, переступая порог. — Из-за которого мне пришлось столько суетиться.

Я сделал ещё пару шагов и в животе неприятно что-то сжалось. В какой-то момент мне показалось, что всё моё тело внезапно потяжелело. Через мгновение земля под ногами пропала, а потом я снова ощутил легкость.

Я подался вправо, пытаясь поймать равновесие, и тут же получил в лицо порыв холодного ветра.

— Ох… — вырвалось у меня.

Мы оказались на широкой каменной площадке. А вместо пещеры передо мной было небо.

То есть это магия перемещения. Хм. То, что её смогли освоить в этом мире, уже вызывает некоторое уважение. Всё же это одна из сложнейших техник. Быть может, мудрец всё же действительно кое-что из себя представляет.

Уже интереснее.

Я оглянулся вокруг. Позади высилась одинокая арка. Сквозь нее виднелся тот самый проход у подножия, только теперь казалось, будто смотришь в глубину колодца. Из арки вывалился Носок, зажмурился и вцепился мне в пояс мертвой хваткой.

— Павелителя!

— Спокойно! Всё хорошо. — Тут же попытался успокоить я его.

До края было далеко. Но было видно, как внизу проплывают облака. Между ними можно было разглядеть леса и тоненькие дороги.

Красиво, блин.

Даже ругаться расхотелось.

Кстати, понять, куда нам нужно идти было не сложно. Возле стены, которая находилась под защитой выступающей скалы, виднелась небольшая хижина. У неё было каменное основание и потемневшие