КОМСОМОЛ-6 - Ольга Войлошникова

Я принюхался.

Каша осталась!

Ещё раз втянул воздух…

И в товарных количествах!

— Надеюсь против перловки с овощами и мясом возражений нет?

— Нет! Никаких возражений!

— А если какие-то вопросы, а меня рядом нет, можете смело обращаться к Николаю. Прошу не пугаться, Коля, проявись! Вот, Коля тут всё знает и любые сложности оперативно поможет разрешить.

Видели бы вы их лица! Я даже засомневался было. А с такими отвисшими челюстями есть можно вообще? Хотя дети даже обрадовались. Такой аттракцион! Ещё бы! Небось, не каждый день призрака увидишь!

НАКОНЕЦ-ТО СТРАХОТИН

Южная Моравия, Дольни Вестонице — Страхотин

1 февраля 1948 года, утро

Отец Александр

Дольни Вестонице от нужного ему Страхотина отделяла лишь длинная насыпная дамба с идущей поверх дорогой. Правда, сейчас вся эта дорога была перекрыта надолбами, ежами, нелепо-огромными нагромождениями витков колючей проволоки и монструозными шлагбаумами в местах проезда.

Неужели с той стороны всё также облеплено?

А ещё Александру не нравился запах. Запах одновременно страха, жестокости и жадности. Он висел над дальним берегом… даже лежал, словно мокрая перьевая подушка. Людей, которые окопались здесь, вела не идея (идейных Александр мог если не принять, то хотя бы понять), но исключительная алчность. И они постоянно ожидали возмездия за свои поступки.

— От Божьего суда не убежишь, — негромко проговорил Александр и направился к пропускному пункту.

Так было сказано вчера: въезд на территорию любого стороннего транспорта запрещён. Только пешком. Спасибо, обещали хотя бы прислать внутренний транспорт, чтобы святой отец не бил два километра ноги, шагая между всеми этими укреплениями.

Впрочем, он мог бы, невелик труд, если сравнивать с убиением нескольких сотен демонов. Но капрал на пропускном пункте заверил, что машина уже подана, и святого отца ждут. Более того, на выходе из дежурной будки Александр услышал, как капрал отчитывается кому-то (похоже, по телефону):

— Прибыл, господин майор! Так точно, совпадает!

Ждут, значит. Ну-ну.

Машина оказалась подразбитым внедорожником с открытым верхом. Он скакал по разбитой плотине, словно горный козёл, и Александр начал думать, что лучше было бы пройтись пешком — но тут дорогу перегородил второй пропускной пункт, а за ним третий, и на каждом заново проверяли документы. А ещё у дежурных были какие-то странные приборы вроде планшеток с проводами, и странные исходили от них эманации. Магические? Или наоборот — анти?..

— Подозреваете, что я не тот, за кого себя выдаю? — с усталым любопытством спросил он у очередного проверяющего.

— Никак нет, падре, — ровно ответил солдатик с планшеткой, — новое распоряжение, проверяем всех.

Интересно, интересно…

Последний, самый защищённый пропускной пункт вёл во двор комендатуры страхотинской базы. Здесь и приборов было два, и пищали они как-то громче, чем те.

Александр подумал, что если они мощнее остальных — так это чрезвычайно глупо. Насколько надёжнее отсеять опасность на дальних подступах, чем у самого порога. Впрочем, и эти приборы ничего подозрительного в его личности не заметили.

— Проходите! — сказал ему дежурный, не выходя из своего бетонного бокса. И говорил он через окно, забранное решётками, толщиной в палец. Какая глупость!

Скрипнули выдвигающиеся засовы стальной двери.

Разве защита это от настоящего мага? Ещё одна глупость…

Двор был пуст. И, к удивлению Александра, он напоминал бетонную коробку, собранную из крупных блоков. Странно, ничего такого тот граф-некромант не описывал. Недавнее сооружение?

Входная дверь распахнулась, и хриплый голос из динамиков сказал:

— Проходите!

Паноптикум…

— Следуйте на второй этаж, кабинет сразу напротив лестницы, — сказал ему очень смелый дежурный из очередной бетонной коробки с решётками.

Благодарить Александр счёл излишним. Как-то всё происходящее всё более напоминало ему дешёвый фарс. Поднялся на второй этаж. Дверь в кабинет была не заперта, и он вошёл, не постучавшись. Ждут же.

За столом сидел плотный мужчина среднего роста с почти отсутствующей шеей и блёклым рыбьим взглядом. Он смотрел неприветливо и молчал.

Александр взял ближайший стул, развернул и тоже сел, ибо не мог вообразить, что на территории этой базы есть хоть кто-то, перед кем он должен был бы стоять.

И поскольку комендант молчал, продолжая неприветливо рассматривать гостя из-под насупленных бровей, Александр начал сам, глядя несколько вскользь мимо головы коменданта:

— Являясь полномочным представителем Святейшего престола, я хочу получить от вас сведения об отряде, который уничтожил деревню Милавицы.

— Ваше имя? — буркнул комендант.

— Родриго де Лансол-Борха, он же Алессандро Борджиа.

Что-то в глазах этого человека было такое… радуется? Чему?

— Позвольте ваши документы?

Казалось бы, столько проверок…

— Извольте, — Александр протянул через стол бумаги.

Комендант перечитал дважды и имя, и распоряжения об особых полномочиях, сложил корочку, уместив внутри листок, и сложил поверх мясистые руки:

— Согласно полученному бреве*, вы освобождаетесь от статуса главы Восьмой когорты и лишаетесь всех связанных с этим привилегий.

*Папскому приказу.

По спине прошёл холод. Выходит, Святейший престол в этой грязной заварухе вёл собственную игру и держался на стороне островитян, водя за нос не только Большой совет Италийского союза городов, но и Палату дожей. Впрочем, Александру было плевать на мирские власти. Кто-то, усадивший свою задницу на папский трон, решил, что он сможет интриговать против церкви? Этот кто-то счёл, что пёс святейшего престола слишком слаб? Или что он глух от старости?..

Участвовать в вызове легионов демонов… Кому-то предстоит очень сильно пожалеть.

Рука коменданта скользнула под стол.

В соседнем кабинете раздался короткий гудок.

По коридору прогрохотали шаги. За спиной распахнулись двери. Похоже, их было не менее десятка — солдат, которые влетели в комнату и завязли во внезапно сделавшемся густым воздухе. Их начальник сидел за столом, хватая воздух ртом. Пальцы его скребли по столу. По лицу стекали крупные капли пота.

— Какая вопиющая самонадеянность, — сказал Александр с досадой. — Вы рассчитывали, что десяток ваших молодчиков скрутит меня? Вы встали на сторону ереси и приговорены к смерти. Однако сегодня вы можете заслужить помилование. Меня интересует отряд, который занимался так называемой зачисткой деревни Миловицы. Также я помилую тех, кто сможет предоставить мне записи переговоров, которые данный вероотступник, — Александр ткнул пальцем в корчащегося начальника, — вёл с англами и с папским секретариатом.

Воздух вернулся к нормальной консистенции. Солдаты рухнули на пол и заговорили все разом. Александр не перебивал их. Он слышал каждого.

ПЛАСТУНЫ. ОДНА ГОЛОВА — ХОРОШО, А ШЕСТЬ…

Нижняя Австрия, Клостервальд, землянки рядом с