100 килограмм На Двоих - Ольга Дашкова

Павел провел пальцами по ее промежности, размазывая смешанную сперму по клитору, по половым губам, по анусу.

– Смотри, какая ты красивая… вся в нашей сперме, – сказал он хрипло. – Это еще не все, малышка. Мы только начали.

Марина лежала, тяжело дыша, и чувствовала, как внутри нее разливается странное, пугающее, но невероятно сладкое понимание:

Она больше не принадлежит только себе. Теперь она принадлежит им обоим.

Остаток круиза превратился для Марины в сладкий, жаркий, почти нереальный сон. Три дня и три ночи она принадлежала только им двоим. Павлу и Тимофею.

Она больше не пряталась. Не прикрывалась полотенцем, выходя из душа. Не отводила взгляд, когда они смотрели на ее обнаженное тело. Ее фигура теперь вызывали у мужчин только дикое, животное желание.

И Марина наконец-то начала в это верить.

Они почти не выходили из кают. Днем и ночью яхта качалась на волнах, а внутри одной из самых больших кают трое тел сплетались в непрерывном, ненасытном сексе.

Утром грубо и жадно ее будил Павел, переворачивая на живот и входя сзади одним мощным толчком. Днем приходил Тимофей, медленный, изощренный, заставляющий ее смотреть в зеркало, пока он трахал ее стоя, держа за волосы.

Вечером они брали ее вместе, один в рот, второй в киску, потом менялись, потом одновременно заполняли одновременно, доводя Марину до таких оргазмов, от которых она теряла голос и плакала.

Она перестала считать, сколько раз кончала. Ее тело стало одним сплошным, пульсирующим органом желания.

На четвертый день они сошли на берег небольшого частного острова на целые сутки. Мужчины арендовали уединенное бунгало на сваях прямо у кромки дикого пляжа. Белый песок, прозрачная бирюзовая вода, пальмы, шелестящие на ветру, и огромная кровать под белым балдахином на открытой террасе, выходящей прямо к морю.

Как только они вошли внутрь, Павел повел Марину за руку к кровати.

– Раздевайся, – приказал он хрипло. – Полностью. Мы хотим видеть твое роскошное тело.

Марина сбросила легкое платье и осталась обнаженной. Солнечные лучи падали сквозь прозрачный балдахин, освещая ее грудь, живот, широкие бедра. Она больше не пыталась втянуть живот или прикрыться руками. Она стояла перед ними гордая и возбужденная.

Тимофей подошел первым. Он опустился на колени, раздвинул ее бедра и начал медленно, глубоко вылизывать уже мокрую киску. Павел встал сзади, обхватил ее тяжелые груди руками и начал грубо мять их, щипая соски.

– Смотри, как она течет, – пробормотал Павел. – Наша малышка, словно сучка уже готова к нам обоим.

Мужчины положили Марину на спину на широкую кровать. Павел встал на колени у ее головы и медленно вошел в ее рот своим толстым членом. Тимофей лег между ее ног и начал брать ее глубокими, размеренными толчками.

Марина стонала вокруг члена Павла, ее тело качалось от каждого толчка Тимофея. Она уже не стеснялась своих громких, развратных звуков. Она хотела, чтобы они слышали, как сильно она их желает.

Потом они перевернули ее на бок. Тимофей вошел в ее киску спереди, Павел, несколько минут простимулировал ансу пальцами, вошел в попку. Двойное проникновение было уже привычным, но от этого не менее острым. Марина кричала, сжимаясь вокруг обоих членов, и кончала так сильно, что слезы текли по щекам а тело трясло в невероятном организме.

Но самый необычный и самый безумный секс случился ближе к вечеру.

Солнце уже садилось, мужчины отвели ее на террасу, прямо на широкую лежанку под балдахином. Ветер с моря трепал белую ткань, вокруг были только пальмы, песок и бесконечное море.

Мужчины связали из простыней нечто похожее на качели, укрепили их на перекладинах над кроватью. Марине пришлось забраться на них, сесть, получилось так, что она была на весу перед мужчинами с широко раздвинутыми бедрами, максимально открытая спереди и сзади.

Павел встал перед, сначала долго целовал в губы, практически насилуя языком ее рот, а потом медленно вошел в ее истекающую соками киску, заполняя полностью, от чего Марина протяжно закричала.

Тимофей встал сзади, начал целовать шею Марины, ласкать спину, ягодицы, трогая промежность пальцами, растирая тугое колечко ануса, готовя ее для себя.

– Такая мокрая всегда, такая отзывчивая для нас. Тебе нравится когда мы трахаем тебя вдвоем, да сладкая?

– Да, да, д-а-а-а…,– Марина стонала.– Возьми меня, пожалуйста, возьми там.

Тимофей укусил Марину за плечо, его член был каменным, он не представлял, что еще способен на такие секс-марафоны, но эта женщина сводила его с ума. Он приставил головку к ее анусу и начал медленно входить, пока Павел продолжал глубоко долбить ее киску раскачивая импровизированные качели.

Марина почувствовала невероятную полноту. Два члена одновременно были в ней, один в киске, второй в попке. Она закричала от острого, почти невыносимого удовольствия.

– Блядь… она нас обоих принимает… – потрясенно выдохнул Павел. – Она создана для этого. Создана для нас, для того чтобы брать ее так всегда.

Качели начали раскачиваться, когда Тимофей входил в попку, Павел выходил из киски, и наоборот. Марина потеряла дар речи, она только хрипло стонала и всхлипывала, ее тело дрожало и колыхалось при каждом совместном толчке.

– Я люблю, когда ты такая развратная, – рычал Павел. – Когда ты одновременно принимаешь нас, когда она заполнена нашими членами, а потом спермой.

– Кончай, малышка, – тихо, но властно приказал Тимофей. – Кончай, пока мы тебя вдвоем берем.

Марина кончила так сильно, разрывая тишину криком. Тело билось в мощных судорогах, киска и анус ритмично сжимались вокруг обоих членов. Мужчины отпустили себя, кончили за ней почти сразу, Павел залил ее киску горячей спермой, Тимофей заполнил ее попку до краев.

Они долго стояли тяжело дыша. Марина была между ними, вся в их сперме, потная, растрепанная, с блаженной улыбкой на лице.

В эти три дня она забыла обо всем: о бывшем муже, о суде, о комплексах, о возрасте. Она растворилась в этих двух мужчинах полностью. Она брала их в рот по очереди и одновременно, позволяла им кончать себе на грудь, на живот, на лицо. Она сама садилась сверху, тряся тяжелой грудью, и скакала на них, пока не начинала кричать от очередного оргазма.

Она понимала, что влюбляется. Сильно. Глубоко. В обоих сразу. Но каждый раз, когда эта мысль приходила ей в голову, она запрещала себе думать об этом дальше.

«Это просто курорт,