Милый поселок моего детства - Анна Долго
Чемодан был уложен быстро – только самое необходимое. Ключи от бабушкиного дома в поселке она нашла в старинной шкатулке, которую забрала из папиного кабинета после его смерти. Уезжать тринадцать лет назад пришлось скоропалительно, а затем никто не позаботился о продаже дома. Выручить много денег за него не получилось бы, больше суеты. Вот так и стоял он, покинутый и заброшенный; ждал, когда вновь сможет гостеприимно распахнуть свои покосившиеся двери перед хозяевами.
Сандра написала несколько сообщений, касающихся работы, Татьяне и набрала номер Веры:
– Вер, то, что я тебе скажу, кажется невероятным, но ты только не волнуйся, хорошо? Сегодня я получила письмо из того поселка, где мы раньше жили, Воронье Гнездо. Кто-то вырезал из журнала буквы и сложил в послание – «это были не несчастные случаи». Представляешь? Какой-то Григорий Лесничий прислал его. Мне нужно поехать туда и во всем разобраться.
– Сандра, ты с ума сошла! Это же может быть опасным! Я поеду с тобой!
– Нет, Вер, это исключено. У тебя работа, очередной этап предвыборной гонки за кресло главного редактора. Я буду постоянно на связи, обещаю. Просто приеду, найду этого Григория, обо всем расспрошу и вернусь.
– Этот Григорий очень странный. Зачем нужно было вырезать буквы из журнала? Если у него есть информация о том, что произошло в поселке тринадцать лет назад, то он мог бы просто позвонить. Адрес твоей фирмы он узнать же смог, значит, и номер телефона для него не тайна.
– Я думаю, что этот человек хотел скрыть свой почерк, а надписи на конверте сделаны, скорее всего, не его рукой. Может быть, попросил почтальона. А может быть, так он хотел напомнить мне о той ночи, когда мы вызывали дух Несчастной Марфы. На нашей самодельной доске буквы тоже были вырезаны из журнала и наклеены.
– Не нравится мне это все, дорогая. Давай лучше доверим это дело полиции?
– Нет, Вер. Не думаю, что поездка в поселок, где я жила в детстве, может быть опасной. Я же не в дремучий лес еду. И судьбу дома решу заодно. Давно пора. Повидаюсь со старыми друзьями. Все будет хорошо. Мне даже полезно отвлечься от работы и немного отдохнуть.
Александра улыбнулась в трубку, сейчас она сама верила сказанным словам, успокаиваясь и настраиваясь на приятные события.
– Ну, да, а вернешься вместе со своим Русланом. Как предсказывала Лулуда.
– Возможно, – тихо ответила Сандра, ощущая тепло, разливающееся предвкушением у нее внутри.
Попрощавшись с Верой и заверив ее, что будет отвечать на звонок в любое время суток и сообщать в мельчайших подробностях обо всех событиях, Сандра отправилась в аэропорт Домодедово на такси. К счастью, ей удалось купить билет на ближайший рейс, и через два с лишним часа, проведенных в небе, она уже спускалась по трапу самолета в небольшом аэропорту южного города. Сложности начались после, когда Сандре пришлось три часа трястись по неровным дорогам в старом автобусе. Ее высадили на безлюдной остановке, откуда до дома ее бабушки нужно было идти почти двадцать минут пешком.
Сандра шла медленно, вдыхая пьянящий чистый воздух, в котором чувствовался резкий аромат сирени, плотный запах дыма от костров и тонкий шлейф расцветающих садов. Ее кожаные белые кроссовки громко хлюпали по лужам и чвакали по грязи. За тринадцать лет поселок так и не обзавелся тротуарами или хотя бы мощенной асфальтом дорогой. Мимо Александры промчались дети, громко крича и смеясь. Впереди прямо на проезжей части паслись гуси. Они вытягивали шеи, хлопали крыльями, вальяжно погружаясь в наполненную дождевой водой канаву, довольно при этом гогоча. Откуда-то раздался несвоевременный крик петуха, а с широкой ветки раскидистой яблони, прямо над головой Сандры, сорвалась небольшая стайка ворон.
Все здесь было ей знакомо: каждая улочка, каждый покосившийся забор. В этом поселке маленькая Шура переживала первую любовь, до сих пор не угасшую в ее сердце, настоящую дружбу, первые разочарования, пустые детские обиды. Здесь она была безмятежно счастлива, пока не познала боль утраты любимой мамы и до того страшного дня, изменившего ее лицо и судьбу. Проходя мимо дома, где раньше жил Ваня, Александра увидела вбитую в землю табличку с надписью: «Продается». Пройдя немного дальше, она остановилась у покосившегося деревянного забора, на котором лишь в нескольких местах можно было найти остатки зеленой краски, со скрипом отворила незапертую калитку и вошла. Замок на входной двери поддался сразу; опасения Александры о том, что за столько лет тот мог успеть заржаветь, к счастью, не оправдались. Внутри было темно и пыльно. Девушка вздохнула – придется забыть об усталости и приняться за уборку. Не может же она провести ночь в грязном, неуютном доме! Засучив рукава, Сандра приняла вызов и отважно ринулась в бой за чистоту. Из крана, с трудом открывшегося, потекла струйка ржавой воды, постепенно она светлела и, когда стала условно прозрачной, хозяйка дома подставила под кран найденное в кладовой металлическое ведро. За спиной Александры послышались шаги, она обернулась и увидела высокую фигуру в черных брюках и широкой серой футболке с накинутым на голову капюшоном. В руках вошедший держал выставленный вперед топор, острое лезвие переливалось кровавыми отблесками заката, просочившегося в кухню сквозь немытое оконное стекло.
Глава 3
Встреча
Сандра, не мигая, смотрела на лезвие топора, нависшее над ней; отступать было некуда. Сзади она уперлась спиной в деревянную столешницу прогнившего кухонного гарнитура. Крик застрял в горле и не мог выбраться наружу, страх сковал все тело.
– Ты кто такая и что здесь делаешь? – низкий голос прозвучал угрожающе, но показался таким знакомым. Из глубины травмированных воспоминаний выбрался образ худощавой девочки-забияки.
– Машка? Это ты? – по спине все еще топтались мурашки, впиваясь в кожу острыми коготками.
– Откуда ты меня знаешь? – руки, сжимавшие топор, плавно опустились вниз. Капюшон откинулся