Тренер Гильдии Фамильяров 8 - Сергей Харченко
Лера замялась, странно отводя глаза в сторону.
— Да я… я даже не знаю, как вам это правильно сказать… — пробормотала дикарка, теребя край куртки.
Не тратя времени на расспросы, я сорвался с места. Преодолел плац довольно быстро. Живчик тявкал и нёсся впереди меня. Искорка проснулась и моё плечо серьёзно потеплело, она была готова и к радикальным действиям.
Лера исчезла в здании столовой первая, я за ней следом.
Открыл дверь, влетел внутрь и… наткнулся на скалу телесного цвета.
Бурбур невозмутимо стоял передо мной, загородив своими габаритами небольшой проход в обеденный зал.
А в руках он держал большое ведро.
— Бур-бур! — ухаль радостно хрюкнул, взмахнул коротким хоботом. Его маленькие чёрные глазки-бусинки задорно вспыхнули.
Он дёрнулся вперёд, довольно резко. И… выплеснул ведро воды прямо мне в лицо.
Глава 17
Я замер на пороге столовой словно изваяние. Холодная вода ручьями стекала на пол с моих волос, лица и куртки. Искорка только благодаря своим коготкам не свалилась с плеч под таким водяным натиском и сейчас угрожающе шипела. Живчик, на которого тоже попало немного влаги, отряхнулся и слегка рычал.
Ну а Бурбур, отпустил пустое пластиковое ведро, которое грохнулось на линолеум. Он пританцовывал, переминаясь с одной задней лапы на другую, забавно дёргал коротким хоботом и довольно похрюкивал. Всем своим видом ухаль демонстрировал радость за идеально выполненную работу.
В этот момент из-за сдвинутых в угол столов, словно черти из табакерки, с громкими криками выпрыгнули все согильдийцы. Здесь была охрана и баба Зина с Раисой, и Кира с вошедшей Полиной, и вся моя команда с питомцами.
— Сюрпри-и-из! — радостно завопили все хором. — С победой в Лиге, тренер!
Я моргнул, смахивая влагу с лица, мысленно хлопнул себя по лбу.
Ну да, конечно! Я уже и забыл об этой негласной гильдейской традиции. Когда команда наставника выигрывает первое крупное испытание в Лиге, самый габаритный питомец гильдии должен прилюдно окатить его водой. Это считалось символом того, что тренер отныне «абсолютно чист перед своей командой», не имеет от них секретов и признан неоспоримым лидером команды.
Все улыбались. Смирнов радостно хлопал в ладоши, как и девушки. Ветров снимал на телефон, как и всегда. Белов заливисто посвистывал. Баба Зина стучала своей неизменной шваброй по полу, а Раиса молотила в импровизированный гонг, половником по кастрюле.
Только вот Темников стоял в толпе с откровенно кислой миной. Он скрестил руки на груди и тихо, бурчал под нос. Да, резервист признал свою фатальную ошибку, но всё же сейчас внутренне сопротивлялся тому, что я лидер.
Я прошёл дальше, поднимая руки и тем самым благодаря за признание. Тоже часть негласного ритуала. Все начали скандировать: «Да здравствует наставник!»
— Боже, детский сад на выезде… — выдавил Темников, когда все поутихли.
Лера, стоявшая рядом с ним, не церемонясь, ткнула Василия острым локтем под рёбра.
— А ну давай, мистер серьёзность, живо натянул улыбку. И радуйся со всеми, — грозным полушёпотом приказала Соколова. — Это наша священная традиция! Не порть момент!
Темников болезненно поморщился, и вымучил из себя невероятно кривую улыбочку. Лучше бы вообще не старался.
А я услышал позади себя хрюканье Бурбура, и вспомнил ещё одну деталь этой традиции. Иногда наставника окатывали двумя вёдрами подряд. Я оглянулся, с подозрением скосил глаза на ухаля, точнее на пол под его ногами. Так и есть. У ног Бурбура стояло второе ведро, полное до краёв.
Ухаль ещё раз хрюкнул, лихо подхватил вторую ёмкость передними лапами и с богатырского размаха запустил вторую порцию воды, в мою сторону.
Искорка не выдержала. Она была категорически не согласна принимать участие в очередных водных процедурах. Моё плечо нагрелось, и я почувствовал привычное напряжение крохи. Саламандра возмущённо, и как-то даже по-кошачьи зашипела. Её медная чешуя ослепительно вспыхнула.
Кроха не дала воде добраться до нас. Широко разинула пасть и выплюнула навстречу плотный сноп яркого пламени.
— Пшш-ш-ш! — вторая порция воды моментально испарилась, прямо в воздухе. Меня и Бурбура накрыло густым, плотным облаком тёплого влажного пара. На пару секунд я словно оказался в добротной сауне.
Тапироид отреагировал на неожиданный эффект по-своему. Испуганно взвизгнул, а затем с грохотом плюхнулся на пятую точку, откидывая пустое ведро. На четвереньках пробежал мимо меня, спешно прячась за широкую спину Раисы Павловны. Принялся жалобно похрюкивать из своего укрытия.
Я поспешил успокоить раздраконенную Искорку, и Живчика, который очнулся и успел сформировать перед собой два мини-смерча.
В обеденном зале раздался новый взрыв смеха.
Я подошёл к команде и команда подхватила меня, принялась качать, подбрасывая к высокому потолку. А затем я принял объятия нашего женского коллектива и крепкие рукопожатия мужского.
Через минуту я отлучился в свой кабинет. Добрался до шкафа и быстро переоделся в сменку.
Застегнул молнию на спортивной куртке, и услышал барона Сверчанского, который допрыгнул до моего кармана.
— Пчхи! Вот уж нежданный пердимонокль… Что сказать? Я в глубоком шоке, командир. Да-да, в полнейшем шоке, — бормотал сверчок, судорожно отряхиваясь. — Это что за дикарские традиции-с⁈ Окатить элитного кавалериста ледяной водой, будто нестроевого клопа в банный день! Разрази меня дихлофос, у меня теперь весь парадный хитин мокрый. А усы? Они обвисли, как у побитой тли! Срамота!
— Не ворчи, это ритуал, — улыбнулся я в ответ. — Просто прими как есть.
— Принять гусары могут, понять — никогда, — обиженно отозвался барон, а затем исчез в кармане.
Вернувшись в столовую, я обнаружил, что столы уже сдвинуты в единый длинный ряд. Раиса Павловна расстаралась на славу. Закатила настоящий пир горой в честь продолжения ритуала. На столах дымились огромные пироги с мясом, исходили жаром блюда с отварной картошкой и сочными стейками из индейки и говядины, я даже заметил домашние соленья, солёные грузди и маринованные опята, а в центре гордо стояла пиала с фирменной термоядерной аджикой.
Команда гуляла