Тренер Гильдии Фамильяров 8 - Сергей Харченко

— Ты зря полез. У таких как он всегда появляются такие как эти… даже не знаю, как их назвать, — улыбнулась Полина, когда мы отъехали от усадьбы.

— Уголовники, — предположил я.

— Возможно. Или шестёрки Синдикатов, — добавила Поля.

— Только если Синдикаты мелкие, — подчеркнул я. — У более крупных люди в охране посерьёзнее. И там не в кожанках ходят, а в бронежилетах и костюмчиках.

— Ты и об этом всё знаешь? — удивилась Полина, игриво пихнув меня.

— Я всезнайка, ты разве не поняла ещё? — засмеялся я.

В дороге Поля говорила о том, как познакомилась с ним, когда была ещё интерном в петпункте, а я слушал её в пол уха. Всё пытался осмыслить встречу с двумя амбалами. Странностей в этом визите было хоть отбавляй, и я в упор не мог вспомнить физиономию того, со шрамом. В итоге перестал терзать свой мозг. Отогнал на время лишние мысли. Главное препарат у нас, а остальное сейчас неважно.

Вернувшись на базу, мы сразу направились в лазарет. Неон лежал клубком на кушетке, и завидев нас, дёрнулся.

— Тихо, дружок, сейчас мы тебя подлечим, не переживай, — ласково произнесла Поля, погладив по холке хрустального барса. Та потускнела и лишь изредка в ней проглядывали хрустальные блёстки.

Полина виртуозно и с профессиональной точностью поставила укол Неону, прямо в холку, как и положено. Хрустальный барс тихонько мяукнул, а его шерсть сразу же коротко замерцала, после чего зверь блаженно расслабился и сонно закатил глаза.

В перерыве между инъекциями, Полина завозилась с ампулами, рассовывая их в стационарный холодильник. Я же не выдержал, подошёл и приобнял её. Поля повернулась ко мне, её глаза блестели от желания.

— Если что, я не закрыла дверь, — тихо промурлыкала она, но больше сказать ничего не смогла. Я коснулся её губ, и мы соединились в долгом поцелуе.

Затем всё же пришлось отвлечься. В дверь заглянул Белов с вопросом «Где мы шляемся?» Затем нас посетила Кира, которая потеряла нас.

Каждому пришлось объяснять, что надо для начала подлечить Неона, а уж потом мы присоединимся к остальным.

— Помаду сотри с губ, ассистент, — иронично бросила в мою сторону Кира. — И вы помните мои слова, я надеюсь.

— Кира, мы помним, — произнесла Полина.

— Ну-ну, — странно блеснула в нашу сторону глазами Кира, исчезая за дверью.

Спустя пятнадцать минут хрустальный барс получил ещё один укол, вторую дозу на сегодня. И результат был налицо. Шерсть его вновь заиграла хрустальными гранями, на морде расплылась довольная мина.

А затем в лазарет ввалился Ветров, раздухарённый настойкой бабы Зины. Увидев распластанного на столе питомца, мажор мгновенно протрезвел, улыбка исчезла с его лица.

— Что с ним, Док⁈ Он живой? — испуганно спросил Дэнни, бросаясь к столу. Он сжал Неона в своих объятьях, погладил.

— Жить будет. Завтра уже бегать начнёт, — успокоила его Полина, убирая шприц. — Забирай его в вольер. Неон уже не ковыляет, он сейчас под лекарством. Так что не нагружай его.

— А ещё раз повторю, специально для Ветрова, — ухмыльнулся я. — Не нагружай его, пусть выспится. До самого утра чтобы не трогал.

— Да понял я, — возмущённо произнёс Дэнни и добавил: — Спасибо…

Он бережно подхватил полусонного Неона, повёл за ошейник, уводя в вольерную и тихо бормоча питомцу успокаивающие слова.

Барон Сверчанский, всё это время сидевший на металлическом шкафчике с медикаментами, не смог удержаться и решил вставить свои традиционные пять копеек.

— Ох, мадам Док! — с чувством застрекотал сверчок, картинно прижимая лапки к груди. — Напоминаете вы мне своим профессионализмом одну барышню. Помнится, была в нашем гусарском полку маркитантка Груня. Ох и роскошная особа-с! Бывало, так туго она паутиной бинтовала — хоть сейчас снова в бой! А её целебные компрессы из подорожника? Да просто амброзия! Бойцы специально под сабли лезли, лишь бы к ней в лазарет попасть!

— Компрессы на спиртовой основе, надо полагать? — иронично хмыкнул я, протирая руки антисептиком.

— И на спиртовой в том числе, командир, скрывать не стану-с! — ничуть не смутился барон. — Чистый первач, настоянный на мухоморах! Но, ёшкин клещ, лекарь она была от самого Творца! Мёртвого на лапы ставила! Потом, правда, покинула эскадрон. Точнее, увёл её один полковой кузнец, жук-бронзовка. Весь из себя такой паркетный франт, надкрылья напомажены, хитин блестит, а голосок писклявый, как у контуженного комара…

Сверчанский тяжело вздохнул, поникнув усами.

— И знаете, какова была развязка-с? Этот жук-остолоп ей вместо обещанных золотых колечек на усики… подкову от кузнечика на шею повесил! Заявил, каналья, что это на удачу! Наша Груня от такого счастья в глубокий обморок и брякнулась, да так к нам в лазарет и не вернулась.

— В эскадроне была трагедия, — хихикнула Полина.

— Ещё какая-с, — подтвердил барон. — Эскадрон потом целый месяц на сухом пайке сидел! Пока не прислали по разнарядке другую лекаршу. Ну то был другой коленкор. Выписывала капли креплёной росы, будто от себя отрывала…

Мы с Полиной рассмеялись в ответ, отчего барон лишь пробурчал, что это совсем не смешная история, и затем исчез в моём кармане.

Закончив с медицинскими процедурами, мы с Полиной вернулись в столовую. Я ещё немного посидел со своей командой.

К этому времени всё спиртное было благополучно выпито, а тарелки с пирогами и стейками опустели. Бойцы лениво переговаривались, сытые и довольные.

Дэнни Ветров и Лера Соколова, как обычно, сцепились не на шутку и громко, на повышенных тонах принялись спорить, достаточно эмоционально.

Суть их жаркого спора сводилась к эволюции их питомцев. Матильда и Желешка уже успешно взяли четвёртый уровень. У Пушистика вообще был пятый. В основном составе гильдии остались лишь два питомца, которые всё ещё топтались на третьем уровне. Неон и Бублик. И теперь каждый из Проводников с пеной у рта яростно утверждал, что именно его зверь эволюционирует первым.

— У моего Неона благородная кровь! Он чистокровный! — горячился Дэнни.

— Благородный! Ха! Мой Бублик тоже шестилапый варан, дворняжек в роду не зафиксировано! — смеялась Лера в ответ.