Терра. Часть 2 - Маргарита Боулес

— Это было вчера, пока я не знала, что все эти годы ты лила слезы из-за него. Я знаю, мам, видела, как ты плачешь по ночам в подушку. Скажи, ты хочешь, чтобы он остался? Ты сама? Только честно.

— Хочу. Может, у нас получится, наконец-то?

— Я дам ему шанс, но если ты будешь снова плакать — выставлю за дверь.

Я засмеялась.

— Ты — моя воительница и заступница.

— Он мне не нравится.

— Вчера нравился.

— Я люблю дядю. Лучше бы ты выбрала его.

— Мы это уже обсуждали, — строго сказала я.

На кухню вошел Аиррэль, и мы обе вздрогнули, синхронно обернулись.

— Доброе утро, девочки. Завтракали уже? Или меня ждете?

— Нет, мы как раз собирались.

— Но тебя не ждали, — буркнула Аль.

— Вот как? — Он сел напротив дочери и с интересом рассматривал ее. — А какие планы на день? Сегодня суббота, и мы могли бы погулять где-нибудь. Вы могли бы показать мне город.

— А мы не турфирма.

— Ты хочешь сделать что-то другое? — спокойно парировал он.

— Да, я занята. Буду готовиться к тесту.

— Вчера ты вскользь упомянула про свой IQ, уверен, что отлично занимаешься, значит, можешь выкроить в своем плотном графике день отдыха. — Боже, дочь не осознавала, насколько он ироничен.

— С какой стати?

— Аль.

— Что, мам? — Она вскочила со стула. — Ты мне не отец, ясно?

— Ясно, — спокойно кивнул он, чем обескуражил дочь.

— Вот и хорошо.

— Так мы гулять идем или нет?

Я с мольбой посмотрела на дочь, не желая спорить с утра.

— Если мама согласна.

Аиррэль вопрошающе посмотрел на меня.

— Почему бы и нет? Да, зайчик?

— Ох, все!

Дочь демонстративно ушла, хлопнув дверью.

— Да-а, характер, — сказал он.

— Ты улыбаешься?

— Аль забавная и похожа на меня и на тебя, а нас я хорошо знаю.

— Ты поэтому с ней не спорил?

— Конечно, это бесполезно. Я и вправду для нее незнакомец.

— Раньше ты бы не потерпел такой тон и любил отдавать приказы, командовать, все держал под контролем.

— Не стоит надеяться, что я сильно изменился, — Аиррэль удивлял откровениями. — Я все такой же. Это и плохо, и хорошо, но, возможно, стал чуть более открыт к людям и изменениям. Но я привык просчитывать ходы.

— И нас ты тоже просчитываешь?

— С тобой мне сложно.

— А раньше было легко. Ты же все спланировал. Велиал рассказал мне твой маленький секрет, как ты хотел оставить меня подле себя.

— Я любил тебя, — спокойно согласился он. — И делал все от чистого сердца. Я не хотел расставаться. Это плохо? А ты всегда убегала, ускользала от меня, всегда.

— Я хотела остаться.

— Знаю.

Он встал и приблизился.

— Могу я? — Он коснулся пальцами моих плеч.

Я смотрела на него и молчала.

— А что ты хочешь? — сглотнула, вглядываясь в его ярко-голубые глаза.

— Обнять для начала…

Мы схлестнулись взглядами. Я не без внутренних исполинских усилий отодвинула его на сантиметр.

— Это «нет»?

— Это «попридержи свою ангельскую сущность и замашки собственника», Аиррэль.

Он прищурился и наклонился. Наши глаза стали на одном уровне, а носы соприкоснулись.

— Я подожду, — хриплый голос и обещание.

В парке аттракционов Аиррэль быстро набил пару-тройку баллов в свою копилку и смягчил Аль, не прилагая особых усилий.

— Я хочу туда. — Дочь решила взять его на слабо и показала на американские горки с нехилой петлей. Аль давно просилась, но я отказывалась идти с ней. — Слабо?

Аир посмотрел на «Петлю» и улыбнулся.

— Отчего же, но ты уверена, что не струсишь?

— Кто? Я!? — Дочь обиженно свела брови. — Иди оплачивай, папочка!

Я уставилась на Аль глазами филина, и вздох задержался в легких от ее бесцеремонности и издевки.

— Как скажешь, принцесса. — Его губы дрогнули в полуулыбке, а глаза рассматривали дочь с откровенной забавой. Думаю, что он получал некое удовольствие от их словесных баталий. Я давала им обоим время на то, чтобы найти подход друг к другу. Когда Аиррэль скрылся в толпе, Аль выдохнула и заявила:

— Теперь понятно… Он обезоруживает, даже я теряюсь под его взглядом.

— Аиррэль удивительный, Аль. Он отдаст всего себя тем, кого любит, но и погубит тех, кого невзлюбит. И я была по обе стороны этой любви и ненависти. Порой мне кажется, что это был и не он вовсе.

— Посмотрим, насколько он рискованный. — Дочь топала ножкой.

— Ох, Альчик, тут ты проиграешь.

— Почему? — Дочь не собиралась отдавать свой титул какому-то незнакомцу и готова была сражаться до последнего, чем еще сильнее напоминала мне Архангела.

— Потому что многое не знаешь о нем того, чего знаю я.

— Расскажи…

Аиррэль перебил нас своим появлением.

— Идем? Не передумаешь?

— Еще чего! — Аль пошла прямо к «Петле». — А ты, старичок, сердечко выдержит?

— Уверен, что осилю.

Я хохотала, но сердце сжималось, когда видела, как петляла кабинка. Вернулись они, мягко скажем, потрепанные, но не поверженные: волосы стояли дыбом у обоих, но глаза светились озорством и адреналином.

— Еще раз? — посмотрел на нее Аиррэль. — Или достаточно?

Аль было не остановить, и даже если бы она не хотела, то пошла бы из принципа, а не от чрезмерного желания, поэтому я решила спасти дочь.

— Я хочу кушать.

Аиррэль посмотрел на меня, и его глаза вспыхнули ярче, словно электрический разряд пронзил насквозь. Ощутила порыв обнять его, зарыться руками в его волосы, сорвать резинку и распустить пряди по плечам, вдохнуть любимый давно забытый аромат мяты и поддаться похоти и дикому сексу, но при дочери пришлось вести себя порядочно и гнать долой проскальзывающие мечты. С трудом перевела взгляд на озорницу:

— Что хочешь поесть, Альчик?

— Суши!

— Да! — Мы ударили в ладони в согласии.

— Как скажете, девочки.

Аль пригладила волосы и побежала к сахарной вате, купила себе палочку этой сладости. Мы медленно прогуливались по парку. Дочь ела розовую сладость и громогласно мычала.

— Вкуснотень!

Я улыбнулась. День был нереальным. Аиррэль? Аль? Мы вместе? Я думала, что такое никогда не случится.

— Как думаешь,