Воин Разлома - Ян Ли
Спорить с собственным «не хочу» я не стал, бесполезное это занятие, подтвердит любой, кто хоть раз покупал абонемент в спортзал. Я зашел с другой стороны. Амулет не хочу? Ладно, не хочу, уговорили. А вот цепочка, между прочим, серебряная, Кривой сам говорил — а серебро вещь полезная, еще и не дешевая, в жизни пригодится.
До цепочки оставалось сантиметра три, когда из стены, в ладони от моего локтя, высунулась морда и раскрылась — вся, от носа до загривка. Руку я отдернул раньше, чем успел подумать, что и к лучшему, времени на подумать мне не оставили. Собака вытекла из черного камня, зеленая и мутная, стекла вниз и уселась слева от сенсора, а вторая, появившаяся тем же манером, устроилась справа. Ну чисто львы у подъезда армянской гостиницы.
За спиной шаркнуло. И еще раз. И еще — уже по всему спуску, снизу доверху, будто там разом проснулся целый плацкартный вагон и зашаркал тапками к титану. Оборачиваться, как и в прошлый раз, чет не хотелось… в прошлый раз, правда, их было всего двое.
Они вставали. Все, кого я по дороге сюда аккуратно обходил, кому мысленно сочувствовал и на чьи сапоги косился — кто в кольчуге, кто в тряпье, кто вообще мог похвастаться только своими костями. Вставали без хрипа и воя, без спешки, просто потому что надо так надо, и шли вниз. Туда же, куда шли при жизни, только теперь у них появился шанс таки дойти.
Хуже всего было то, что неорганизованной толпой они не перли, нет. В самом узком месте, где от стены до стены полтора шага, мертвецы остановились, прижались к камню и начали пропускать вперед кого надо. Кем надо оказался тип в дырявой кирасе и со щитом, на котором под зеленым налетом еще угадывался черный зверь. Шлем он, кстати, так и не подобрал.
Состав против меня подобрался такой, что впору было возгордится собственной крутостью. Щитоносец шел первым, поперек прохода, и щит держал куда как увереннее, чем положено покойнику — так держит человек, у которого на это дело имеется навык, причем явно не из простых. Навык, как выяснилось, не пропадает после смерти… во всяком случае, в этом месте. Меч заржавел, кираса сгнила, мясо с костей сошло, а умение осталось при нем. За ним еще двое, с копьями, которым полагалось работать из-за щита, поверх плеч первой линии— в теории я даже знал, как такой тактике противостоять… вот насчет практики имелись некоторые сомнения. По стенам, справа и слева, текло еще по собаке… тоже ничего хорошего, эти твари Покров не пробьют, так сотрут, каждый проход призрачного существа снимал с него слой не хуже наждака, А выше, за спинами мертвецов, мелькало что-то светлое, зеленоватое и кучерявое. Суки… в смысле, овцы. Вся отара, одним куском, от стены до стены и хрен знает на сколько в глубину — они никого не трогали, они просто были и заполняли собой объем.
До меня дошло, я осознал, и мне все это нихрена не понравилось. Рывок работает только в пределах прямой видимости, в занятый чем-то материальным объем он не перенесет в принципе. Мне только что продемонстрировали очень годную контру против всех моих способностей. Щит — против топорика. Собаки — против Покрова. Овцы — против блинка. Чутье тут и вовсе было без толку. Вот же козлы.
Ну и на сладкое, из мути за камнем, поднялся всадник. В смысле, наверное, всадник — Старый видел его, судя по всему, один раз и издалека, так и не разобрался, где там кончается лошадь и начинается человек, ну и вылепил одним куском. Четыре ноги ходят, две болтаются по бокам, копье растет прямо из локтя. Кентавр, короче, получился.
Из хороших новостей — сейв у меня был. Из плохих — сработал он минут двадцать назад, а следующий, если верить Системе, ожидался часа через три с половиной.
— Ну, — сказал я. Хотел добавить что-нибудь достойное момента, но получилось как всегда. — Шли бы вы все нахер, а?
Не оценили, да и что с них взять. Первый тычок прилетел из-за щита, слева-сверху. Коротко и без замаха, метя острием в глаз. Я ушел как учили, а последовавший практически сразу второй выпад уже целил в ключицу — его принял на обух, отвел и на возврате рубанул по древку. Пассивки от Удара хватило, сухое дерево хрустнуло, копейщик остался с палкой… и, сука такая, совершенно не расстроился, а перехватил ее и ткнул снова, причем в тот же глаз. Вот это я понимаю, школа.
Щитоносец двинулся вперед. Даже не атаковал, просто двинулся на полшага, и мне пришлось на те же полшага отступить, а потом еще на столько же. При том, что за спиной тоже хватало всякой срани, и пятиться особо некуда. Я рубанул по кромке щита, с Потоком, от души, лезвие обросло инеем, гнилое дерево под налетом треснуло… и все. Щитоносец довернул его как-то так, что вся моя дурная сила ушла вскользь, в стену, выбив из нее каменную крошку. Очередной навык, есть подозрение, какой-нибудь «Удар щитом», щитовые архетипы можно развивать и в сторону атакующих гибридов, типа «Гладиатора».
Секунд десять мы так и танцевали. Тычок — ухожу, щит — отступаю, второй копейщик бьет снизу, под колено… интересная манера, сложно так работать с человеческими суставами, я такое только у бесов видел. Ну да — я видел, значит и оно видело. Убираю ногу. В третьем ряду, поверх голов, маячит еще кто-то с арбалетом, тетива на котором сгнила лет сто назад, но покойника это ничуть не смущает, стоит себе и целится. Дисциплина, чо. Работали они при этом как один организм, что в целом и неудивительно. Щит открывался ровно настолько, чтобы прошло копье, копье било ровно туда, куда я уходил от щита — ни одного лишнего движения, ни одной ошибки, за которую можно было бы зацепиться и контратаковать.
Я попробовал старое доброе, хорошо себя зарекомендовавшее. Поддел носком сапога камень и отправил его в ближайшую харю — щит оказался там раньше, чем я додумал эту мысль до конца. Отступил демонстративно неуклюже, даже споткнулся, как тогда, в горящем лагере — никто не купился, никто не вложился в выпад, копейщики просто ждали. И имели все шансы дождаться, да.
Собака прыгнула на меня, пройдя впритирку к боку. Таки слегка зацепив — сложно было понять, где заканчивается ее призрачная шерсть. Покров это выдержал,