Мажорка на перевоспитании - Мира Форст

– Слюни подотри, – щелкнул Лешку по подбородку Топольков и покосился уже на меня. – Волк, может, зря ты ее сюда пристроил? Тут у тебя конкуренция на каждом сантиметре земли.

– Под контролем все, – отошел от окна, собираясь заняться сводкой, но в помещение просочился нежный смех Леси, и под насмешливые взгляды приятелей я перелез через подоконник и направился к девушке.

– Привет, капитан, – удостоили меня легкой улыбкой.

– Не вижу следов тяжелой ночи. Неужели не рыдала? – приблизился к ней почти вплотную, загораживая ей солнце и обзор на нее для других мужиков.

– Еще чего…, – фыркнула Леся. – Это Роберт, наверное, рыдал. У него тачка недавно из ремонта, а тут… упс… новые царапины. И я все его вещички ножницами порезала. И паспорт тоже. Жаль водительские права при нем были.

– С тобой опасно связываться, да, Куницына? – словил себя на мысли, что мне неожиданно нравится слушать ее треп.

– Вовсе нет, – не потрудилась придержать она подол короткой юбки, с которой принялся играться ветер. – Просто Роберт обошелся со мной плохо. Вот и получил.

– Олеся, иди в здание, а конкретно в кабинет моей команды. Там прибрать надо. У Добрыни точилка раскололась, грифели от карандашей по всему полу, – наврал я. – И больше в таком виде не являйся на работу.

– Опять указываешь? – прищурилась она. – Я у завхоза вашего узнавала, никакой должностной инструкции для поломоек не существует, нигде не прописано, что уборщица обязана рядиться в хламиду, как ваша Надежда Павловна со второго этажа. Ты видел во что она одета? Спортивный костюм времен фильма про Электроника и тапки с чавкающей подошвой.

– По-твоему, все должны одеваться как в модных журналах что ли? Все ходят, как хотят, как удобно. Тебе-то что?

– Волков, ты себя услышал? – подбоченилась Олеська. – Все ходят, как хотят, как удобно. Твои слова. Значит, я вольна ходить на эту дурацкую отработку в чем угодно.

– Марш в здание! – едва не зарычал я. Вот же пройдоха…

– Волков, ты очень напряжен, – хлопала накрашенными ресничками коза. – Расслабься.

– А ты что, прям спец по языку тела, чтоб понимать, напряжен я или нет?

– Язык тела многое рассказывает о человеке, – плавным жестом перебросила она длинную косу со спины на плечо, глядя при этом в мои глаза.

– И что же тебе говорит мой язык тела? – сам и не понял, как втянула в спор, заговорила меня девчонка.

– То, что ты грубый, нахальный тип, не считающийся ни с чьим мнением, – припечатала Олеська словом, обошла меня и важно поднялась по ступеням здания УВД, будто она тут не персонал с тряпкой, а генерал из столицы.

«Добрыня, быстро рассыпь содержимое электрической точилки на пол », – напечатал сообщение, зная, что друг не подведет.

Когда я вошел, Леся сметала сор из точилки в совок на высокой палке, а парни дружно за ней подглядывали из-за мониторов своих компов.

– Коль, что по той семейной паре, где муж пропал? – попытался вернуть всех в рабочее русло.

– Проверил его счета в день исчезновения. В распечатке – покупка женской ювелирки и цветочной корзины.

– Супруге подарил?

– Нет. Не успел.

– Любовнице подарил, – вмешалась Олеська. – У него была любовница? Если корзина большая, цветы на адрес курьером отправили.

Девушка болтала как бы между прочим, сосредоточив свое внимание на совке с метелкой, не глядела ни на кого из нас, потому пропустила молчаливый, но весьма красочный мужской диалог.

– Да. Я как раз собирался в тот цветочный салон, – быстро поднялся Топольков. – Узнаю, на какой адрес цветы отправили, если действительно курьер был.

Леся зацепила каблуком совок, и весь собранный мусор вновь рассыпался.

– Я помогу! – подорвался Горелов.

Не успел остановить его, так как на мой служебный телефон поступил «красный» вызов.

– Волков, у нас тут мужик на крыше, – связался со мной знакомый из мчс-отряда. Это было в порядке вещей, мы оказывали друг другу взаимные услуги, хотя и подчинялись разным ведомствам. – Спрыгнуть грозится. Психолога не слушает, нам приближаться запрещает, орет, если подойдем, шагнет. Ты в прошлый раз как-то договорился с психом. Выручи сейчас.

– Этажей в доме сколько? – не было никакого желания возиться с психом, но лучше, конечно, разобраться побыстрее, пока отдыхающие не начали беспокоиться. Дурная слава нашему курорту ни к чему.

– Четыре. Приедешь, Матвей?

– Приеду. Локацию скидывай, – покрутил шеей, разминая.

Получив адрес, взял из выдвижного ящика стола ключи от машины, позвал Олеську.

– Куницына, за мной.

– Я тебе, что? Собачка? – поджала она губы.

– Предупреждал ведь, будешь со мной везде. Пошли, – отобрал у нее совок и вручил его Лешке.

До места добрались за десять минут. Мужик продолжал орать с крыши. Спасатели заканчивали растягивать воздушную подушку. Солнце к этому часу успело раскалить землю, жар буквально обжигал кожу.

Мне показали, где вход на крышу, и я поспешил туда, желая быстрее покончить с этим делом. За спиной стучали каблучки.

– Можешь, помедленнее идти? – ворчала Леся. – Почему заставляешь бегать за тобой на каблуках?

– Сними. И иди босиком, – посоветовал решение вопроса.

Естественно, она осталась на своих каблуках.

С орущим дядькой, шантажирующим своим поступком жену и детей, церемоний разводить не стоило. Не обращая внимания на его вопли, приблизился к нему и толкнул вниз.

ГЛАВА 9. ОЛЕСЯ

Я осторожно выглянула за железный парапет. Спасатели доставали живого мужика из воздушной подушки. Один из спасателей задрал голову и показал Волкову пальцем вверх.

– Это такие методы в полиции? – покосилась я на капитана.

– Мои собственные, – лениво глядел он на меня.

– Ты скинул человека с крыши. У тебя вот тут проблемы, – постучала пальцем по темечку.

– Нет у меня проблем, Куницына, – направился Матвей к выходу с крыши. – Идиот собирался провести здесь много часов подряд и не собирался прыгать. Он упал, и этого страха ему теперь хватит на всю жизнь. Больше не станет так делать и отвлекать людей на свои глупости.

– Интересный подход, – хмыкнула я и опередила капитана при спуске на лестницу, иначе он