Бастард Великой Орды - Андрей Абрамов

— И что же сказал этот торговец? — с прищуром спросил я.

— Сказал, что скоро придёт с товаром, — Изгар прищурился в ответ, по новой рассматривая меня.

С каждой секундой его челюсть отвисала всё ниже и ниже, а в глазах всё отчётливее читался ужас — он начал понимать, с кем разговаривает.

— Полукровка! — выдохнул он. — Ты и есть тот Кром, про которого говорят в Пустошах?

Гремевшая железом орава замерла. Даже здоровяк Ган-Ган встал как вкопанный.

— Он самый, — я дёрнул поводьями, подходя ближе. — Если хотите в дружину, сначала обговорим один момент.

Я спешился и подошёл вплотную к Изгару, глядя прямо в глаза.

— За всё время, что я командую Зубами, ещё никто не просился в дружину просто так, — я чеканил каждое слово. — Почему я должен верить тебе на слово? Где гарантия, что вы не засланные?

Изгар широко распахнул глаза, молча хватая ртом воздух. Рука то и дело плясала над поясом, несколько раз коснувшись рукояти тесака.

Наконец, он выговорил:

— Мы пришли от Хрода, господин комендант. Торгаш сказал, что ты примешь каждого, кто готов защищать острог!

— Только тех, в ком уверен, — поправил я орка. — Тебе пока веры нет.

— Тогда как нам доказать, что мы пришли не убивать? — Изгар развёл руками. — Мы пришли просить освободить наши семьи.

— Для начала принесите клятву, чтобы я не переживал, что ночью вы не попытаетесь перебить стражу и открыть ворота, — невозмутимо ответил я.

Толпа попятилась, гремя железом. Послышались недовольные выкрики. Кто-то случайно наступил на цепь, и полуогр натужно застонал, пытаясь содрать сковывающее шею кольцо.

Изгар поднял руку. Гомон тут же оборвался.

— А что мы получим взамен, когда принесём клятву? — спросил он, чуть склонив голову набок. — Вы поможете нам?

Я ухмыльнулся.

— Вы сами сказали, что хотите служить, — Урзул повысил голос, чтобы слышали все. — Тогда в чём проблема? Либо приносите клятву на крови, либо проваливаете отсюда. Другого не дано. Потом можно и поговорить о ваших семьях.

Главарь орков обернулся, оглядывая притихших бойцов, а потом с вызовом посмотрел мне в глаза.

— Мы готовы, комендант Кром.

Я одобрительно кивнул, правя варга в сторону ворот.

— Тогда ступайте за мной.

Молох с двумя стражниками, один из которых был гоблом Газгата, ждали нас перед воротами. Стража на стенах уже успела доложить о нашем возвращении.

Повсюду сновали орклины. Кто-то таскал с колодца воду, кто-то рубил дрова, складывая их на тележку, кто-то помогал женщинам управляться с огородами. Гнилые Зубы просыпались от стылой ночи.

Когда за нашими спинами хлопнули ворота, к лобному месту начали стекаться мужики и бабы. Каждый хотел поглазеть, кого там приволок комендант.

И если вид избитых дорогой воинов большинство оставил равнодушными, то закованный в броню верзила с клеткой на голове и здоровенной палицей наперевес привёл всех в шок.

Какая-то человеческая бабка даже начертила в воздухе обережный знак, перед этим поплевав себе за спину.

В общем, встреча прошла успешно.

Едва мои ноги коснулись земли, ко мне сразу же подошёл Молох. Вид у него был встревоженный, будто он всю ночь напролёт не сомкнул глаз, высматривая со стен врага.

Командир стражи бросил тревожный взгляд на кучку потасканных орков и повернулся ко мне.

— Где ты их откопал, комендант? — негромко спросил он.

Я похлопал своего варга по мохнатому боку, и передал подоспевшему псарю поводья.

— На тракте наткнулись, — ответил я. — Говорят, что пришли от торговца Хрода.

— И ты им веришь? — удивился Молох. — От них же за лигу мертвечиной несёт. Лихие они. Посмотри как вон тот хмырь по сторонам глазеет. Видать, всё срисовывает. Гнать их надо, Кром.

Я покачал головой.

— Они несколько дней спали вдоль дорог, их клан уничтожен, женщин угнали, а тут такое место. Это нормально, что смотрят. Быстрее пообвыкнутся. К тому же, скоро встреча с Гулдаром. Каждый тесак на вес золота. И они согласились принести клятву, а ты сам знаешь, что это значит.

Молох ещё раз взглянул на рассевшихся вокруг костровища оборванцев и нехотя кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Всё равно до той поры они без оружия сидеть будут. Приставлю к ним двойную охрану. Если ночью чего не учудят, тогда, возможно, пронесёт.

— Знаешь что? — я наклонился к нему поближе. — Возьми-ка одного из прохоровских. Такого, невзрачного. Выряди в крестьянскую одежду. Пусть рядом с ними ошивается. Воду носит, еду. А сам пусть слушает, о чём те болтают. На человека никто косо не посмотрит.

— Сделаем, комендант, — Молох поправил на ремне тесак, кивнул своему сопровождению и отправился вместе с ними принимать пополнение.

Я же потопал к башне, чтобы привести себя в порядок, и в дверях чуть не столкнулся с Заррой. Северянка сияла, как начищенный до блеска золотой ушак. В её руках хрустела неизменная стопка бумаг.

— Как прошла инициация? — с волнением спросила она.

— Спасибо, всё в порядке, — улыбнулся я. — Какие новости?

Северянка пару ударов сердца изучала меня с хитрым прищуром, а потом выпалила:

— Молодая самка, про которую я тебе говорила, помнишь? — начала она.

— Что с ней? — я не на шутку встревожился.

— Она взяла еду с рук! — засияла девушка. — А потом дала погладить себя. Представляешь? Остальные пока не подходят, но уже и не скалятся. Кхар и Гулкаш кормили их вместе со мной. Прохоровские немного побаиваются подходить, но они привыкнут.

— А что с моей стёганкой? Приняли?

Зарра засияла ещё ярче.

— Самка обнюхала её, фыркнула, а потом улеглась сверху.

Мы оба едва не крякнули со смеху.

— Хорошие новости, — ответил я. — Вечером пойдём ещё раз. Нужно закрепить дружбу, пока память свежа. Глядишь, получится увести молодняк с собой. Чем быстрее они свыкнуться, тем быстрее встанут в строй. Так что готовься.

Проводив довольную своим результатом девушку, я направился к кузнице. С того дня, когда в ней полыхнуло во время закалки, я так и не удосужился почтить её своим появлением.

Уже на подходе стало ясно, что всё не так уж и плохо. Крыша на месте. Горн стоит. Только на петлях поскрипывала новая дверь, а перед крыльцом горой лежали обугленные ящики и вёдра.

Я вдруг замер на полушаге.