Утерянные победы. Хроники Эрры. Книга вторая - Питер Чарски

— Томас.

— Ты откудова сам будешь, Томас? — тут же поинтересовался Веселый Ук.

— С юга еду, из-за реки, — уклончиво ответил Томас. — Из… — Он хотел было сказать «из замка Жус», но вовремя прикусил язык.

— Из Хельги? — подсказал Веселый Ук, не дождавшись ответа.

— Ага.

— Ну и славно! Вот как славно!

Мужичонка подсел рядом, по-свойски хлопнул по плечу.

— Да ты не боись, Томас! Я тут всех знаю, все норы, все ходы-выходы. Следующий караван в Мидгард завтра пойдет. Или через день. Надежные люди, не то что эти твои проходимцы. А я здесь тебе место присмотрю, лучшее! Пару медяков всего — и будет твое. Ну, пошли выпьем бражки за знакомство!

Томас хотел отказаться, но Веселый Ук уже тащил его к дверям харчевни. Один из солдат его окликнул:

— Эй, Ук!

— Че тебе? — с готовностью отозвался Ук.

— Сделай пук! — заорал солдат и загоготал.

Его сосед, уже клевавший носом и почти уронивший кружку с пивом, встрепенулся, начал озираться со зверским выражением на роже, но потом тоже засмеялся вместе со всеми.

Веселый Ук только махнул им рукой и заулыбался еще шире. Он с удвоенным усилием потащил за собой Томаса.

— Не дури, Томас! Угощаю! Первая кружка за мой счет. А там, глядишь, и ты повеселеешь.

Внутри было душно и накурено так, что дым никуда не уходил и просто висел под потолком. Ук усадил Томаса за стол в углу, притащил кружки. Рыжая мутная жидкость пенилась, маня прохладой.

— За встречу! — Ук чокнулся кружкой. — Не везет тебе сегодня, а? Ну, ничего, фортуна — баба переменчивая. Вот смотри!

Он достал из кармана три кубика костей — два обычных и один с картинками вместо точек.

— Знаешь такую игру? Веселая — жуть! «Костяшки» называется. Правила простые, а азарт — ого-го!

Томас покачал головой. В замке Жус в кости не играли, даже оптиматам это не дозволялось. Вроде бы после того, как один из них зарезал другого, но Томас тогда был еще мал и плохо это помнил.

— Научу! — Ук весело подмигнул. — Смотри: бросаешь все три, вот так. Складываешь очки с обычных, а картинка дает особый расклад. Ты же умеешь складывать? Молодец, светлая голова! Вот, скажем, выпала тебе единица, единица и Капитан — это «Астрогатор со свитой», сильнейшая игра! А если шестерки с Пустотой — все, пропало твое счастье!

Он бросил кости для примера. Выпало четыре, три и Башня.

— «Осада крепости», неплохо. Давай разок сыграем, на интерес?

Брага уже ударила в голову. На улице сгущался туман, в харчевне становилось все жарче. Томас согласился. Играть было действительно весело, Ук при каждом броске что-то напевал, шутил, пояснял смысл комбинаций. Томас выигрывал, кости сами поворачивались как надо, и мужичок смешно сердился. На столе появилась еще кружка, потом еще.

Томас не заметил, как к ним подсели еще трое. Рябой детина с обломанным ухом, торчащим в сторону, как розовый пельмень, представившийся Красавчиком. Тощий старик в заплатанной стеганой куртке, расшитой странными петельками, — Сухой Пыр. И женщина неопределенного возраста, с лицом, похожим на сморщенное яблоко, — Матушка Гниль.

— Новенький? — оскалился Красавчик. — Люблю новичков, им везет!

Сначала и правда везло. Томас делал бросок за броском, и кости ложились удачно. Веселый Ук кричал что-то ободряющее, Сухой Пыр весомо качал головой, а Красавчик глуповато злился на свою судьбу. «Торговец с караваном» — пять и шесть с Удачей. «Рассвет над морем» — четверки с Рассветом. Кучка медяков перед Томасом росла.

— Ого, да у парня рука легкая! — восхитился в очередной раз Ук.

— Посмотрим, посмотрим, какая у него рука, — прошамкала Матушка Гниль.

А потом удача от него отвернулась. «Падение в бездну» — единицы со Смертью. «Пустой кошель» — тройка, двойка, Пустота. Медяки растаяли, пришлось достать из пояса несколько припрятанных серебряных монет.

— Ставлю три сере… серебряных! — объявил Томас нетвердым голосом.

— Вот это серьезно, — важно ответил Сухой Пыр.

— Настоящий мужик! Эх, мне бы такого муженька лет двадцать назад! — мечтательно протянула Матушка Гниль.

— Гы, — только и сказал Красавчик и потеребил свой пельмень на голове.

Томас проиграл. Поставил еще пять — снова проиграл. Голова слегка кружилась, лица расплывались в дыму.

— Все, — выдохнул он, вывернув пустой кошель. — Больше нечего ставить.

— Так не пойдет. Надо отыграться, таков порядок, — весомо заметил Сухой Пыр.

— Как это нечего? — Красавчик ткнул грязным пальцем в его сумку. — А там что?

— Там… там только письмо. От отца. В Капитул.

Пыр тупо уставился на Томаса, а Матушка Гниль сухо сглотнула.

— Ставлю это! Письмо!

— Письмо? — Сухой Пыр чуть отстранился и хищно прищурился. — От лорда? С печатью?

— Такое письмо дорого стоит, — подтвердила Матушка Гниль, мелко кивая. — В Капитуле-то как — за рекомендацию хорошо платят. — Она поразмышляла, ковыряясь пальцем во рту. — Можно подделать, поменять