Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
— Что ты делал? — спросила Дафна из кустов.
— А что делаешь ты? — ответил Гарри. Дафна решила не обращать внимания на уклонение.
— Беру черенки роз твоей матери и луковицы лилий.
Получив достаточно, она аппарировала домой, во двор, и стала прикидывать, где все посадить. Прошло несколько минут. Гарри так и не появился. А кто умел сажать розы? Точно не она.
— Кричер!
Домовик возник с хлопком.
— Госпожа?
— Найди хозяина и скажи, чтобы пришел помочь с садом.
Кричер исчез. Наконец Гарри аппарировал во двор.
— Как думаешь, где лучше посадить лилии?
— У каретного сарая? — предложил он и пошел за совком и лопатой.
С растениями он управлялся удивительно хорошо. Странно, что по травологии у него не было особых успехов.
— Спасибо, что додумалась взять мамины растения, — сказал Гарри.
— Если сдашь дом магглам, ездить туда за ними уже особо не получится.
Гарри просто посмотрел на нее несколько секунд, потом аппарировал. Дафна вычистила лопату и совок и оставила их у входа в каретный сарай. У Гарри была какая-то своя система, где хранить инструменты. За ужином он склонился над ее рукой, и на этот раз поцелуй длился чуть дольше обычного. Позже вечером Гарри неловко появился в дверях кабинета.
— Э-э... спокойной ночи, Дафна. И... спасибо, что поехала со мной.
Он ушел, не поцеловав ее руку формально. Дафне почему-то пришлось сглотнуть. На следующий день, когда она работала в кабинете, из лестничного пролета донеслись удары и ругань. Она дождалась, пока все стихнет, и только тогда вышла посмотреть. Гарри стоял на площадке третьего этажа. Дафна поднялась к нему в своих платформенных кедах. Он повесил деревянный круг на стену над лестницей и ручной отверткой прикручивал рядом латунную табличку. Дафна внимательно посмотрела на его руки. «Защитный рунический круг, Лили Поттер, 1981». Прямо как подпись под картиной в галерее.
— Гарри, это очень скромно, — заявила Дафна. — Табличку сделал маггл?
— Ее нельзя Фините снять, — сказал Гарри и продолжил прикручивать табличку вместо того, чтобы использовать приклеивающие чары.
— А круг?
— Висит на двух больших металлических крюках, вбитых в стену. Его можно снять, но случайный Фините никому на голову не уронит.
— Наложи сверху Непроницаемость, — сказала Дафна. — На всякий случай. Это историческая вещь и очень впечатляющая магия.
Гарри фыркнул.
— Что?
— Мама не была магглорожденной, — сказал Гарри. — Очень внимательно посмотри на линии пентаграммы. В них есть узор из змей. Он складывается в... ну, в заклинание на парселтанге.
Дафна пригляделась.
— Может, это просто след от того, как вырезали линии.
— Ты не умеешь читать, но тут написано: хессса-ха пассса-ха шшшепет, — сказал Гарри, и часть фразы превратилась в жуткое магическое шипение.
Дафна вздрогнула.
— Это чрезвычайно неприятно. Одно дело, когда ты говоришь: «Да, мой предок в 1280 году женился на представительнице древнего рода», но ты разговариваешь со змеями. Если твоя мать была из какой-то семьи, то из какой?
— Не из Гонтов, — сказал Гарри. — Они были змееустами, но душили своих сквибов, пока не дошли до такого кровосмешения, что сами почти превратились в сквибов.
— Ты изучал семьи змееустов Англии? — спросила Дафна. Еще немного — и начнет цитировать статистику по плюй-камням.
— Нет. Только род Волдеморта. Он был Том Марволо Реддл, сын Меропы Гонт, последней женщины в роду Гонтов. Она умерла при родах, а Том вырос в маггловском приюте.
— Волдеморт был полукровкой?
— И потомком, к несчастью, Певереллов и Слизерина, — сказал Гарри. — Мы были своего рода кузенами. С кузенами мне вообще как-то не везет.
— Значит, человек, возглавивший войну против магглорожденных и полукровок, сам был полукровкой? — Дафна уперла руки в бока. Не то, что ожидаешь услышать обычным четверговым утром.
— И большим лжецом.
— А твоя мать?
— Не Гонт. Какая-то другая связь с...
Гарри замолчал, потянул за ворот джемпера и достал что-то из-под рубашки. Небольшой мешочек. Из него он вынул цепочку с медальоном, украшенным изумрудами.
— Это медальон Салазара Слизерина, — сказал Гарри. — Изумруды складываются в букву S.
Разумеется. Гарри Поттер носит под рубашкой проклятый бесценный медальон Салазара Слизерина, спрятанный в каком-то мешочке, которого я никогда не видела, хотя... хотя я с ним спала. Мешочек на шее я бы заметила.
— Да, — сказала Дафна. — Почему у тебя сломанный бесценный медальон?
Не кричать.
— Все сложно, — сказал Гарри. — В Тайной комнате у змей тоже зеленые глаза.
— Значит, Слизерин любил зеленый, — отмахнулась Дафна.
— У мамы были зеленые глаза. У меня зеленые глаза. И мы оба змееусты. Значит, мама, скорее всего, была какой-то давно потерянной потомкой Слизерина.
— Как скажешь, дорогой, — снисходительно ответила Дафна. Поттер, видимо, решил, как многие полукровки, выдумать себе великолепную родословную, чтобы было под чем укрыться.
— — —
Минут через двадцать Гарри уже вытащил их обоих из дома и с хлопком аппарировал в Хогсмид.
— Почему мы здесь? — спросила Дафна.
— Посмотреть Тайную комнату, — сказал Гарри.
А. Ту самую. С чудовищем. Тайную комнату.
— Чудовище Слизерина? — нервно уточнила Дафна.
— Мертвое. Не переживай, — беспечно ответил Гарри.
— Ты ведь знаешь, что Тайной комнаты на самом деле не существует? — сказала Дафна, пока они шли к Хогвартсу.
Гарри мрачно улыбнулся и двумя касаниями палочки наложил на них дезиллюминационные чары.
— Фу, — сказала Дафна. Ощущение было такое, словно ей на макушку разбили яйцо.
Он провел ее в замок, на второй этаж, в тот туалет, которым никто не пользовался, если только совсем не прижмет, а потом просто зашипел — и одна из раковин ушла в пол, открывая огромный туннель. Дафна только покачала головой.
— Я начинаю думать, все безумные вещи, которые ты делал, были просто следствием всех безумных вещей, которые тебе