Лалиса и её друзья 3 - Вахтанг Глурджидзе
- Сколько, сколько? – Не верит Мирина.
- Вот, сами смотрите! – Веду их в ноутбуку, включаю, и показываю скан переписки с учителем математики.
- Ты и математику выучить успела? – Ошарашены подруги.
- Мне только семёрку фриц поставил! - Жалуется казашка.
- А я еле вытянула на восьмёрку! Поможешь нам подтянуться, а то часто мы не понимаем, как и что надо решать? – Навязывается в ученицы Ника. Ну, понятно! Корейский менталитет с поправкой на жизнь в России. Она ведь должна быть первой, а тут, упс! Бурятка, которую все считали закоренелой троечницей, вдруг опередила её в том предмета, где по определению тихоня Лали плавала с первого класса!
Соглашаюсь взять княжон на буксир, всё равно, будем вместе к прослушиванию готовиться. Опять воет сирена. Пора идти на следующий урок. Посмотрим, чем местный этикет отличается оттого, что я знаю…
Место действия: Москва. Посольство Сиама.
Время действия: третье ноября две тысячи одиннадцатого года, десять вечера.
В кабинете посла Сасиват Вонгсинсавата, за полированным столом из дуба, собрались сам хозяин помещения, два его заместителя, начальник службы безопасности, и руководитель компьютерной группы. Перед каждым из них лежат материалы на заинтересовавшую посла школьницу.
- Кто первый начнёт? – Спрашивает посол.
- Скорее всего, я! – Компьютерщик начинает читать:
«Лали Баталбуладовна Мангэ-Бангэн, единственная дочь, заместителя начальника отдела по культурным связям со странами азиатского региона, дворянина Амара Баталбуладовича Мангэ-Бангэн. Он не владеет тайским языком, никогда не был в Бангкоке, Китае и других странах нашего региона. Есть сведения, что его хотят назначить помощником посла РФ в Сеуле. Лали никогда не проявляла хорошего знания языков или знаний по школьным предметам. Недавно, она попала в больницу, когда была по обмену между школами в Улан-Удэ. Её подругами считаются Ника Ким и Мирина Ибраева. Но они тоже никогда не были в Сиаме. Из Интернета Лали не могла ничего узнать о королевском дворце, кроме внешнего вида здания. Сегодня появилась информация о намеченном корейским лэйблом конкурсе на трейни. Вся тройка девиц записана на участие в нём под номером пятнадцать».
-Это всё. Больше мы ничего не смогли узнать по компьютерной сети, кроме нескольких покупок, осуществлённых школьницей в Интернет-магазинах. – Закончил доклад руководитель компьютерной группы.
- Мои люди смогли узнать, что отец девочки помог без взяток организовать корейцам конкурс на трейни. Это событие он отметил с директором лэйбла в ресторане. – Говорит первый заместитель.
- Я смог узнать, что сам Амар никогда не имел дело с Сиамом или нашими посланцами. Тайский язык, как уже было сказано, он не знает. Есть сведения, что его хотят назначить заместителем посла России в Сеуле. – Отчитался второй заместитель.
- А что у вас? – Посол и все присутствующие смотрят на хитро улыбающегося начальника службы безопасности. Тот достаёт из папки увеличенную фотографию и кладёт на стол.
- Кто-нибудь из вас может сказать, кто это такая? – Показывает он на изображение женщины с ребёнком.
Принцесса Суватхана, наложница тайского короля, родственница монарха Камбоджи. (Реальное фото 1924 года)
- Нет! – отрицательно качают головой все присутствующие в кабинете.
- Это наложница нашего короля Рамы Шестого, принцесса Суватхана. Её родственник – тогдашний король Камбоджи. Ребёнок у неё на руках – это принцесса Сиама Бутракхам, которая в возрасте восьми лет исчезла во время революции тридцать второго года. Тогда многих членов королевской семьи повстанцы убили, и все посчитали, что девочка тоже погибла. Вот её последнее фото, сделанное во дворце за две недели до трагических событий.
Принцесса Бутракхам. (Реально, это изображение восьмилетней Лалисы Манобан).
Все с интересом смотрят новую фотографию.
- А теперь сравните. Вот фотография двадцатипятилетней матери интересующей нас школьницы, которая умерла при родах четырнадцать лет назад. – на стол ложится ещё одна фотография.
Мать Лали (Реально, Лиса Манобан).
- Вроде, сходство есть. – Немного неуверенно говорит посол.
- А вот выписка из детского дома на территории России, а точнее, из города Улан-Удэ:
«Сегодня, пятого декабря 1955 года полиция обнаружила труп женщины, умершей при родах. Рядом лежал и плакал младенец, которого полицейские привезли и сдали в детский дом №2. При мёртвой роженице были обнаружены документы, согласно которым, женщину звали Бутракхам Сиамская, и она приехала в Улан Удэ из Китая. Фотография погибшей приложена к делу». Вот она!
Теперь все видят, что на фотографиях у женщин очень похожие лица.
- Так вот, из детского дома новорождённую девочку забрала бездетная семья. Она вышла замуж, и тоже погибла при родах, родив девочку, которую назвали Арюнтуя, которая и есть мать Лали Мангэ-Бангэн. Причём, выяснилось, что все потомки нашей выжившей принцессы попадали в семьи местных ханов. Да и отец Лали из обедневшего ханского рода.
- То, есть, перед нами принцесса?
- Ну, с некоторой натяжкой, можно сказать и так. По крайней мере, по нашим законам, она родственница короля, пусть и дальняя. – Завершил свой доклад начальник безопасности посольства. – Кстати, мать Лали знала тайский!