Русские пазлы войны - Иван Жердев

© Жердев И.А., 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

Эта книга посвящается всем участникам СВО – военным и гражданским, солдатам, офицерам, генералам, военкорам, волонтёрам, медикам, всем тем, кто воюет и погибает, вяжет сети и пишет письма, всем тем, кто посылает и возит ребятам на фронт тёплые вещи, еду и оборудование, всем тем, кто молится за них, ждёт, лечит и любит, всем нам – людям Русского мира, любой национальности и любого места проживания.

Выражаю благодарность Вячеславу Фетисову, легендарному хоккеисту, человеку и депутату, без усилий которого эта книга не вышла бы в свет.

И особые слова уважения моему другу Вячеславу Титову, доктору и просто мудрому человеку, во многом благодаря которому эта книга и была написана.

Предисловие автора. Репортажи. Статьи. Люди

«Бог нашей драмой коротает вечность!»

Россия от поры и до поры

Живёт в огне войны, любви и боли,

Сейчас Господь руками медсестры

Накладывает жгут солдату в поле.

Время сейчас настолько стремительно, что, начиная работать над этой книгой сегодня, я совершенно точно знаю, что завтра уже всё будет по-другому. Однако война продолжается. Она, собственно, никогда и не заканчивалась, она идёт всегда, и она всегда информационная, но, только когда гремят взрывы и чаще гибнут люди, только тогда мы вдруг осознаём – «война идёт». Поэтому разобраться в причинах или хотя бы попытаться в них разобраться никогда не поздно и никому не рано.

Мы из Русского мира, поэтому мы и воюем за него. А что такое – этот Русский мир? Как он живёт и за что воюет? Что такое информация? Что такое память? Что такое справедливость? Что такое Совесть? Что такое беZсмертие? Что значит Русский язык для нашей планеты? И что такое наша планета, в конце концов?

Простых ответов на все эти вопросы нет, хотя именно за это мы и воюем – за Русский мир и за Русский язык, за справедливость и за совесть, за память и за информацию, и за планету нашу, которую мы называем Земля. И сложных ответов на эти вопросы тоже нет. Скорее всего, эти ответы существуют вне языка.

Обрабатывая свои статьи и репортажи, написанные в зоне боевых действий, в прифронтовом тылу и в глубине России, я обнаружил, что через язык можно только попытаться проложить тропинки к смыслам. А дальше сами. Сами, братцы, по этим тропинкам, и своих не бросайте.

Примечание автора: Для иллюстрации книги я использовал свои собственные фотографии и работы моего друга – фотокорреспондента Никиты Цицаги, погибшего при исполнении своего профессионального и человеческого долга в июне 2024 г. под Угледаром.

В книгу также вошли стихи замечательной донецкой поэтессы Инны Кучеровой, с которой мне посчастливилось познакомиться в Донецке во время своих командировок.

Донецк. Беженцы

В Донецке, куда бы ты ни ехал, всё напоминает о страшных годах давно идущей войны. Это те года, которые встают немым вопросом у всех дончан: «Почему так поздно? Где же вы были, когда нас тут убивали?» Ответ, конечно, есть, и он, скорее всего, разумен и обоснован на уровне государства. Но на уровне простого человека его нет. И единственное, что можно сделать, посмотрев на разрушенные ещё до СВО здания, – это прийти на Аллею Ангелов, встать на колени и попросить прощения у детей, которых они убили. А потом убить тех, кто это сделал. Другого ответа нет и быть не может.

Чтобы взять интервью у беженцев, приходится пройти массу согласований, от районных властей вплоть до мэра города. Поначалу это кажется излишней бюрократией, но потом понимаешь, что бюрократия на войне – это мера безопасности. Пусть даже, на первый взгляд, чрезмерная.

После окончательного согласования получаем доступ в тридцать первую школу, где и расселили беженцев из Мариуполя. Просторные классы, мебель убрана, на полу матрацы, чемоданы, сумки. На матрацах, на полу сидят, лежат дети, взрослые, группами, семьями.

Проходим, знакомимся, через некоторое время люди уже не стесняются, рассказывают, как всё началось, как выбирались, что пережили. Тут лучше дословно.

Вика Синельникова и ее братик Вадим

Красивая, улыбчивая девушка четырнадцати лет, с братом, четырёхлетним Акимом, на коленях:

– Меня зовут Вика, я хочу рассказать о том, когда было самое страшное. Это было 20, 21, 22 марта. В наш дом стало прилетать очень много снарядов, и в подвале, где мы сидели, всё тряслось. Потом, через день, мы стали собираться. Взяли только документы, немного вещей, папа привязал Акима себе на грудь, и мы стали выбираться. Самое жуткое, что я запомнила, это улицы, здания все разгромлены, моя любимая десятая школа. С одной стороны танк, с другой – только пыль, повалены столбы, деревья. Где-то рядом пехота, «грады» стреляют, танки, а мы вчетвером, и с нами ещё кум был. Я думала, что уже всё, но нас приютили люди.

– А кто?

– Да просто люди, мариупольцы. Дали чай. Ой, какой вкусный был персиковый чай! А через день стали выходить. Кум вышел посмотрел, там тоже люди собрались, человек тридцать. Ну и мы пошли, а никто не понимал, куда идти, некоторые в одну сторону, некоторые – в другую, но потом все собрались и пошли на ДК (дворец культуры).

Вика рассказывала о страшных днях, событиях, а с лица у неё не сходила улыбка. Я спросил:

– Я гляжу, ты уже веселее сейчас? А как ты своё будущее представляешь?

– Ну, новые друзья, новая школа. Я раньше была тхэквондисткой, у меня синий пояс. И только недавно приехала с Винницы, с медалями, 14 февраля. И я готовилась к другим соревнованиям в Харькове. «Белый медведь» – мои любимые соревнования. А тут даже с тренером попрощаться не успела.

– А серьёзный вопрос можно?

– Да.

– Ты представляешь, что такого государства, как Украина, больше не будет?

– Да, представляю. Я как-то нейтрально к этому вопросу отношусь. Ну, не будет. В этом же не люди виноваты, а само правительство.

– А кто, ты считаешь, виноват?

– Ну, русских людей я не винила, не считала, что они виноваты. Они сами не хотят войны, и украинцев не винила. Люди все не хотят войны. Сначала думала, что Зеленский сможет, ну, вытянет как-то. Не будет таких разрух. Но потом я огорчилась о Зеленском. Не думаю, что юморист сможет поднять страну.

Обращаюсь к Акиму:

– Ну а ты, брат Аким, что скажешь?

– А, он не может разговаривать. Всё молчит.

Смотрю на сестру с братом. Очень красивые дети. Сестра общительная, улыбчивая спортсменка, тхэквондо, синий пояс. А брат Аким, рождённый во время войны и живший только во время войны, молчит. Нечего ему нам сказать пока. Пусть растёт. Дай им бог!

Елена, прихожанка храма архангела Михаила

– С Мариуполя я вышла чудом, говорю для всех, Божья Матерь вывела, Царица Небесная. Когда война, говорят, кажется, что это