На расстоянии одной пули - Натаниэль Фик

Когда вскоре после восхода Солнца мы причалили в Дель-Маре, я встретился с Уитмером; его рассуждения для меня были все еще непонятны.

— Сэр, почему вы хотя бы не попытались подняться на борт корабля? Зачем заставлять морпехов страдать? Мы все равно никогда не используем эти лодки.

Капитан Уитмер долго смотрел на меня, словно удивляясь, что я не понимаю.

— Нейт, дело не в снаряжении. И даже не в боевой задаче. Дело в людях. — Он оглядел морских пехотинцев, которые теперь смеялись и чистили лодки в лучах утреннего Солнца. — Когда страдает вся рота, мы не теряем зря времени и ни с кем не обращаемся жестоко. Морпехи учатся держаться вместе, когда дела идут плохо, и это вернется к нам сполна сторицей. Если когда-нибудь перед батальоном встанет настоящая задача, призовут роту «Браво», и мы будем готовы.

*****

Незадолго до нашего развертывания на боевую службу я пришел в кабинет и обнаружил, что за моим столом сидит Джим Бил, мой друг из Куантико. Мы не виделись с момента окончания ШОСП. Я бросил свой вещевой мешок и схватил его за руку. Джим объяснил, что его направили в 1/1-й батальон в качестве передового артиллерийского наблюдателя. Этот человек в ЭБМП работает рука об руку с командиром взвода оружия, чтобы управлять огневой поддержкой роты. Я не мог поверить в свою удачу и спросил Джима, как он оказался в роте «Браво».

— Я спросил, кто из командиров взводов оружия самый отмороженный, и они отправили меня к тебе.

— А, неважно. Они, наверное, подбирают говняного артиллерийского корректировщика к говняному взводному.

Но мое счастье было недолгим. В служебной записке на моем столе сообщалось, что в конце недели во взвод прибудет новый комендор-сержант[33]. Я знал, что это означает. Мне придется перевести штаб-сержанта Марина с должности взводного сержанта на командира минометного отделения. Я ворвался в кабинет капитана Уитмера, но он только покачал головой — это было вне его компетенции. Я попробовал обратиться к первому сержанту, отвечающему за кадровые перестановки в роте, но натолкнулся на ту же реакцию. Бюрократия посчитала, что в роте «Браво» не хватает одного ганни, и на этом все закончилось. Эти более опытные морпехи знали, что не стоит тратить много времени и эмоций на борьбу с машиной.

Это было больно. Зачем было портить жизнь хорошему взводу перед самой отправкой? Почему командир взвода и даже командир роты не имеют права голоса? Мы с Марином сблизились, и хорошо сработались. Когда я вызвал его в кабинет, чтобы сообщить новость, я был готов к бою.

Но мне стóило бы знать его лучше. Штаб-сержант Марин в конце концов утешил меня, сказав, что новый ганни — хороший морской пехотинец, а ему самому понравится работать с минометами, даже если у них низкий показатель ТЭН.

Я заглотил наживку.

— Что такое ТЭН?

— Это значит «тёлкам это нравится», сэр. Футбольная команда: высокий показатель ТЭН. Шахматный клуб: низкий показатель ТЭН. Взводный сержант: высокий показатель ТЭН. Минометное отделение: низкий показатель ТЭН. И неважно, что у минометчиков вся огневая мощь. Жизнь несправедлива. Разве вас не учили этому в колледже?

Чувствуя себя актером на съемочной площадке, я стоял у поручней корабля в своей форме цвета хаки. На пирсе далеко внизу толпы людей ликовали и размахивали американскими флагами, пока два буксира нас отталкивали. Воду залива Сан-Диего колыхал легкий бриз. Ровно в десять утра 13-го августа 2001 года десантный корабль «Дьюбук» проскользнул под изящным пролетом моста Сан-Диего-Коронадо и повернул на запад мимо мыса Лома в открытый Тихий океан. На полетной палубе морские пехотинцы и моряки выстроились вдоль поручней, сцепив руки за спиной и глядя прямо перед собой. Единственным звуком был шум ветра, и каждый впитывал в себя последний вид на городской пейзаж, пляжи, и Калифорнию.

Корабль «Дьюбук» вместе с двумя другими кораблями, универсальным десантным кораблем «Пелелиу» и десантным доком «Комсток», составлял амфибийно-десантную группу (АДГ)[34]. На трех кораблях этой группы размещался 15-й экспедиционный батальон морской пехоты (специального назначения). В состав ЭБМП (СН) входило две тысячи морских пехотинцев, включая наш пехотный батальон, вертолетная эскадрилья, усиленная четырьмя истребителями «Харриер», а также дополнительные подразделения, такие как разведывательный взвод, четыре танка и подразделения материально-технического обеспечения. В течение следующих шести месяцев мы должны были стать «силой, находящейся в боевой готовности» для половины земного шара.

Ко мне у поручней присоединился штаб-сержант Марин, наблюдая за тем, как побережье становится туманным и серым вдали.

— Поздравляю, сэр. Это ваш первый шаг к тому, чтобы стать старым служакой, как лейтенант Хэдсолл.

— Мне придется высадиться на нескольких чужих берегах, прежде чем я почувствую себя настоящим служакой, — ответил я, но улыбнулся при мысли, что, возможно, догоняю идеал в его голове. — Какие у вас прогнозы на этот поход?

Морской пехотинец облокотился на перила, вытянув руки над водой, и озорной блеск на мгновение потускнел.

— Однажды я слышал, как один пулеметчик из 5-го полка морской пехоты сказал кое-что очень умное. Мы только что вернулись домой после многомесячного сидения в пустыне, после того как Саддам выгнал инспекторов ООН в 98-м году. Много пропущенных дней рождения, юбилеев, крестин и прочей ерунды. Морпехи были немного недовольны тем, что ничего не делают. А этот стрелок сказал нам: «Никогда не жалейте о том, что не выполняли настоящее боевое задание. Теперь у вас будут только золотые воспоминания и никаких призраков». Я стараюсь помнить об этом, когда меня одолевает военная лихорадка.

*****

Десантный транспорт «Дьюбук» был введен в корабельный состав в 1967 году и служил у берегов Вьетнама. Корабль длиной пятьсот шестьдесят девять футов и водоизмещением шестнадцать тысяч тонн вмещал свои четыреста членов экипажа и пятьсот морских пехотинцев, которых мог перевозить со скоростью около пятнадцати узлов. Пятиэтажная надстройка занимала носовую треть корабля, а через задние две трети до кормы тянулась полетная палуба. Под ней по всей длине проходила стапель-палуба — доковая камера, своего рода гараж для лодок, который можно было затопить, а затем снова осушить. В кормовой части корабля находилась огромный двустворчатый люк, через которую можно было попасть на стапель-палубу. В соответствии с военно-морской иерархией, рядовые морпехи и матросы жили под палубой корабля в катакомбах с узкими проходами, утыканными паровыми трубами и электропроводкой.