Битва за Расколотые Небеса - Оливер Ло

— Многие глупцы полагают, будто нефритовый пропуск — это билет внутрь от самих духов, или некая «рука предка», бережно ведущая сквозь тьму. Действительность гораздо суровее. Первые исследователи выживали там за гранью человеческих возможностей, буквально вбивая в камень возвратные метки. И уже их уцелевшие наследники переплавили эти духовные слепки в форму тех самых пропусков, которые оттягивают сейчас ваши карманы.

Ситу поднял вверх руку, и на его ладони тускло блеснул зеленый камень.

— Нефрит создает ровно один слой защиты от тяжелой, удушающей древней ци Разлома. Вы можете раздать жетоны нескольким людям, если у вас их больше одного, и позволить им ступить за порог. Либо потратить все на одного человека, чтобы он смог пройти глубоко в руины, не сгорев заживо от давления среды. Времени у вас — месяц. Проведите его так, чтобы не пожалеть о собственной слабости, когда переступите черту.

Старейшина резко опустил руку и быстро покинул помост, оставляя практиков переваривать услышанное.

* * *

Завоеванное Мином первое место моментально лишило Дом Семи Дорог привычного покоя, превратив просторный двор усадьбы в настоящий гудящий базар. Началось сущее безумие. Толпившиеся у ворот с самого рассвета странствующие наемники ругались с владельцами малых гильдий, пока обедневшие аристократы нервно подсчитывали последние сбережения в отчаянной надежде выкупить у начертателя хотя бы один пропуск.

Какой-то краснолицый мастер отчаянно тряс купчей. Расталкивая конкурентов, он пытался обменять три прибыльные лавки в южном кольце Чияня на единственный жетон, пока худой старец активно размахивал перед толпой свитком родовой техники перемещения. Самый настырный гость зашел в этих безумных торгах еще дальше. Он приволок прямо во двор двух дочерей-близняшек в прозрачных шелках и древнюю книгу родословной, хрипло доказывая вконец уставшему Му Каю одну неоспоримую истину — его великий прадед совершенно точно делил чашу вина вместе с первопроходцами Разлома.

Измотанный этим потоком попрошаек Му Кай в итоге приказал страже вытолкать всех за порог, а затем лично приколотил к дубовым створкам доску с вырезанной надписью: «ПОПУТЧИКИ НЕ ТРЕБУЮТСЯ».

Утренний покой продлился недолго.

Су Лин уверенным шагом зашла во двор едва солнце коснулось крыш. Наследница Звонкой Струны резко остановилась, уставившись на вышедшего на крыльцо Мина.

— Твое бесстыдство действительно не знает никаких пределов, Лу Мин! — заявила девушка, сдвинув брови. — Сначала ты унижаешь старейшин, а теперь открыто выставляешь себя посмешищем на весь город!

Следом за ней из ворот выскочил взмыленный Му Кай, даже не дав Мину удивиться такому обвинению. Купец отчаянно пытался оторвать от створок прибитую им же табличку, дергая доску так, что едва не срывал с петель сами ворота. Лицо торговца полыхало от жесточайшего стыда.

Под строгой надписью «ПОПУТЧИКИ НЕ ТРЕБУЮТСЯ» кто-то глубокой ночью криво нацарапал углем жирную приписку: «КРАСИВЫЕ МОГУТ СПРОСИТЬ».

Внутри Чернильницы за пазухой начертателя раскатисто заржал Владыка Звездного Предела.

Мин скрестил руки на груди, спустился по деревянным ступеням и внимательно изучил изуродованную доску. Лицо юноши выражало крайнюю степень деловой сосредоточенности.

— Госпожа Су, вы, кажется, приписываете мне лишние достижения, — совершенно серьезно ответил начертатель. — Посмотрите на этот кривой почерк. Углы смазаны, нажим неравномерный. Ученик в первый день занятий выведет иероглифы лучше. Моя рука никогда бы не сотворила подобного безобразия.

Мин выдержал безупречную паузу и чуть склонил голову набок, встречая злой взгляд девушки.

— Хотя по сути с написанным я полностью согласен.

Уши Су Лин мгновенно приобрели насыщенный алый оттенок. Скрытая ревность, которую воительница никогда бы не признала вслух, ударила в голову. Девушка резко развернулась, взметнув подол серебристой туники, и устремилась к выходу с такой скоростью, словно двор Семи Дорог внезапно охватило пламя.

Совершенно забыв зачем приходила. Впрочем, Мин прекрасно понимал, что она еще вернется.

Му Кай наконец-то оторвал кусок доски вместе со ржавым гвоздем и устало привалился спиной к деревянной створке, вытирая испарину.

Остаток месяца пролетел в совершенно изнуряющем ритме.

Му Кай пустил в ход все доступные купеческие связи, и даже те, что приобрел после оглушительного успеха на турнире. Наследник лично скупал на рынках кипы редчайшей бумаги и шелка, выискивал жаропрочные стеклянные сосуды и доставал кровь ядовитых духовных зверей высших рангов. В закрытую мастерскую Мина непрерывно текли бруски очищенного духовного сплава для запасных плашек «Драконьего Хребта».

Сам юноша сутками не выходил из выделенных покоев. Древняя Чернильница работала без остановки, переваривая закидываемые в ее широкое горло ингредиенты. Правда, ци она поглощала только через одну руку Мина, что, впрочем, не сильно замедляло производство.

Поток ци из тридцати шести меридианов удерживал бушующие алхимические процессы под строгим контролем. Мин получал капли чистейшей огненной, ледяной, земляной и серебряной туши, а также выводил совершенно новые составы, которыми ещё не пользовался, но которые намеревался испробовать.

Получив материалы, начертатель полностью изменил подход к грядущим битвам — вместо точечных контрударов его соболиная кисть теперь сплетала Древнюю Грамматику в запутанные комбинированные связки.

«Поглощение» слилось с «Затуханием».

Возникшая черная воронка могла безвозвратно сожрать даже технику мастера на пике Ядра, правда ресурсы конечны, и провернуть подобное выйдет не больше пары раз. Комбинация «Цепи» и «Внедрения» пускала скрытый импульс по оружию врага прямо в его русла. Символ «Сцепления» связывал «Отражение» и раздвигал щит на несколько шагов для надежного прикрытия флангов.

Когда новая духовная плашка легла в паз, оружие превратилось в орудие абсолютного разрушения.

К середине месяца этот ритмичный труд внезапно прервался. Му Кай быстро переступил порог мастерской и плотно закрыл дверь на внутренний засов. Взгляд торговца растерял былую легкость. Наследник приблизился к столу, заваленному обрезками пергамента и светящейся крошкой.

— Мин, — тон Му Кая был очень твердым. — Возьми меня с собой.

Начертатель оторвал кисть от бумаги. Он вскинул голову и встретился взглядом с товарищем.

— Я отлично разбираюсь в картах, и к тому же знаю старые. Если Разлом действительно состоит из обломков древних цивилизаций, я буду полезен! — продолжил Му Кай, с силой опираясь ладонями о столешницу. — Я запоминаю лица, могу отследить цены на любую дрянь и найти язык с торговцами внутри любого лагеря. Моя стальная нить бьет быстро. Ты выйдешь против людей Шао Хэна и теневых сект, тебе понадобится тот, кто прикроет спину от летящего в слепую зону кинжала!

Воздух в мастерской остыл. Мин отложил соболиную кисть на резную подставку.

— Нет, — коротко и безжалостно отрубил юноша.

Купец дернулся, будто получил удар плетью.

— Я хочу зайти так глубоко как смогу, глубже чем самый последний маяк