Фиктивный брак. Не смей в меня влюбляться - Полина Грёза

— Ничего, — тихо выдавливаю, глядя куда-то в пол, — Просто диплом сегодня защитила и расчувствовалась что-то.

— Да? Поздравляю! И на какую же оценку защитила?

— На пятерку.

— Правда? — Артур иронично прищуривается, — А выглядишь как будто тебя дружно заваливали всей комиссией и не допустили до пересдачи. Я был близким другом твоего отца, Наташа. И для тебя, вроде как, не совсем чужой. Поэтому, говори правду. Все равно, ведь, узнаю, если захочу.

Приносят суп в высокой пиале. Обхватываю чашку обеими руками, согревая онемевшие пальцы. Беру ложку, отправляю в рот глоток пряной, горячей жидкости, и вдруг ломаюсь.

Обида и разочарование переливаются через край. Меня просто разорвет, если прямо сейчас не поделюсь своей болью. Встречаюсь взглядом с понимающими глазами Артура, и поток слов начинает литься сам собой.

— Мой жених Филипп Горчаков. Он... изменил мне. Прямо после того, как защитил диплом, который я ему написала. С Аделиной Вишневской, нашей однокурсницей. Увел ее в мужской туалет, и А я все слышала через дверь. Слышала, и ничего не могла сделать

Лицо Артура остается беспристрастным. Только синяя вена на шее обозначается чуть резче обычного, и в глазах вспыхивает холодный огонь. Он молча пьет чай, позволяя мне выговориться до конца.

— Он сказал, что я мышь. Серая и никчемная. Что если бы не диплом, на пушечный выстрел ко мне не подошел. Сказал, что я страшила и бревно в постели... И должна быть благодарна, что он вообще со мной спал. Вряд ли я заинтересую кого-то нормального

Стираю пальцами катящиеся по щекам слезы и тихо всхлипываю. Чувствую себя глупой, ничтожной уродиной. Никому не нужной, к тому же.

— А главное, его слышали наши однокурсники! Он опозорил меня перед всем потоком. Не знаю, как буду смотреть в глаза всем этим людям

Артур молчит несколько секунд, и эта пауза кажется мне бесконечной. Жду банальной жалости, похлопываний по плечу и пожеланий не принимать близко к сердцу. Но вместо этого он произносит ледяным от презрения тоном:

— Твой Горчаков — типичный самовлюбленный подонок. Ничего из себя не представляющий, поэтому пытающийся самоутвердиться, унижая других. Хорошо, что у вас не зашло слишком далеко. Уйти сейчас — это лучшее из того, что он мог для тебя сделать.

Я ошарашенно поднимаю глаза, непонимающе качая головой.

— Послушай меня внимательно, Наташа, — Артур подается вперед и накрывает мою руку своей ладонью, — Тебе не должно быть стыдно за поступки других. Да, он растоптал тебя на глазах у всех, но это не твоя вина. Просто по своей неопытности ты поверила мерзавцу. Обыкновенному абьюзеру, который првык выезжать за счет тех, кто слабее. Параллельно обесценивая твои чувства и поступки, убеждая в никчемности и неполноценности.

Только мы-то знаем, что это не так. Твой отец был человеком выдающегося ума, в твоих жилах течет его кровь. Ты смогла написать диплом себе, и этому лентяю Филиппу. А этот мальчишка пользовался твоей добротой и преданностью, просто потому что сам ни на что не способен. Понимаешь меня?

Согласно киваю, хотя в груди все еще саднит. Слова Татищева действуют как целебный бальзам, но рана еще слишком свежа, чтобы так быстро затянуться.

— Ему по статусу положена королева, — горько усмехаюсь, вспоминая холеную Аделину, — А не я со своей мышиной внешностью...

— А покажи-ка мне фото этой Аделины, — с иронией в голосе просит он, — Хочу посмотреть что там за фифа.

Вздыхаю и начинаю рыться в телефоне. Нахожу профиль Вишневской в запрещенграме. Двадцать тысяч подписчиков. Немудрено при такой внешности

— То есть по-твоему эта размалеванная кукла — королева? — усмехается он, просматривая посты, — С таким боевым раскрасом и манерой одеваться в приличные места на работу не берут. Понимаешь, Натка, королевами не рождаются, ими становятся. И для этого не нужен обеспеченный папа. Надо иметь хоть немного ума, характер и силу воли. А еще желание работать над собой. Все это у тебя есть, не хватает лишь уверенности.

Артур откидывается на спинку дивана, задумчиво барабаня пальцами по столу. Рассматривает меня так, словно просчитывает в уме сложнейшую шахматную партию.

— Знаешь, а у меня есть к тебе интересное предложение, — вдруг произносит он, слегка прищуриваясь, — Неожиданное и, наверно, безумное. Но оно точно решит все твои проблемы. И мои тоже.

Замираю с открытым ртом, боясь пошевелиться.

— К-какое? — спрашиваю я.

— Мне на днях предложили назначение в Вену. Важный пост в посольстве с колоссальными перспективами. Только есть одно «но». В министерстве до сих пор оценивают моральный облик кандидата. Дипломат на такой высокой должности обязательно должен быть женат. Духовные скрепы, традиционные ценности и все такое. А я, как ты знаешь, развелся три года назад. Поэтому мне срочно нужна супруга. Умная, образованная, из хорошей семьи. Знание языков будет плюсом. И, главное, с безупречной репутацией. В общем, ты идеально подходишь.

От шока у меня перехватывает дыхание.

— Я?! — выдавливаю невнятно.

— Ты.

— Но Я же на 22 года младше! И ты друг моего отца Все это как-то неправильно.

— Почему? Я действительно друг твоего отца. Тот, кому он больше всего доверял в этой жизни. И тот, кто желает тебе только добра, Наташа. Я могу увезти тебя из Москвы. Помочь стереть из памяти кошмар с предательством и начать все с чистого листа. Мне нужна жена для галочки в личном деле, тебе — перезагрузка. Мы просто поможем друг другу.

Смотрю на него во все глаза, не решаясь спросить самое главное.

— Это же будет... фиктивный брак? — набираюсь смелости.

— Верно, — кивает Артур, — Честная сделка. Только давай проговорим сейчас все условия. Первое. Брак у нас свободный. У меня могут быть связи на стороне, у тебя тоже. Единственная просьба — не делать этого у всех на виду и соблюдать элементарную конспирацию. Второе: кристальная честность. Я всегда должен знать что происходит. Это нужно для того, чтобы вовремя разрулить намечающиеся проблемы и защитить тебя. В свою очередь тоже обязуюсь не