Пламенев. Книга 10 - Сергей Витальевич Карелин

— Какая логика в том, чтобы резать студентов?

— Студенты не их цель, они под руку попали. — Ректор подался вперед. — Вот их довод, как они сами его преподносят. Мир изнашивается, а ждать того, что к нам прилетят Маги с помощью, глупо: наверху на нас махнули рукой. Стены, что держат Зверей, держат заодно и фон Духа, ведь они и каменные, и духовные разом, перегородки в обе стороны. А значит, надо сломать все Стены до одной, и фон сам растечется более ровно. Полностью это проблему не решит, но даст время для того, чтобы приспособиться к новой жизни.

— Со Зверями под боком, — сказал Ян.

— Со Зверями везде, — кивнул ректор. — Даже по самым скромным подсчетам в первые годы после такой «реформы» полягут десятки и сотни миллионов. Но кто выживет и приспособится, тот сможет продолжить род, дать начало более сильному человечеству и в итоге отвоевать у Зверей вообще всю планету. Естественный отбор. Выживает сильнейший.

Я слушал это и ловил себя на нехорошем. Довод в каком-то плане был здравым. Если мир и впрямь дотлевает, а сверху не придут, то выбор у живущих простой и страшный: умереть всем потом или части теперь.

Я понимал эту мысль. Но принять ее не мог. Сотни миллионов, отправленные в расход ради того, что может вовсе не получиться? Это была цена, которую не вправе назначать никто. Но назвать их за это безумцами язык не повернулся бы.

— А почему они так уверены, что помощь не придет? Раз уже было однажды проведено выравнивание Духа, можно же сделать это еще раз.

— Можно. — Ректор чуть выпрямился. — Вся загвоздка в том, как ее заставить прийти.

— И как?

— Никак, пока мы для нее дальний бедный хутор. — Он обвел нас взглядом. — Но есть одно, на что Империя смотрит всегда, где бы ни лежал мир. Сильный Маг. Тот, кто достаточно силен для самой Империи. Появись на этой планете такой, и о ней вспомнят сами, потому что такой человек — это вложение, которое грех бросить. Триста лет назад выравнивание нам сделали не просто так. Его сделали как раз ради такого Мага, чтобы он имел мотивацию служить Империи, спасшей его родину от уничтожения. Но до сих пор такой был только один.

— Один за тысячу лет, — сказал Ян.

— Один. И потому каждого, в ком брезжит такая сила, ищут, как ищут воду в засуху.

— И какая им нужна сила? — спросила Наташа. — Выше Эфирной Сферы?

Ректор помолчал.

— Немного не так. Им нужна не сила, а потенциал. Вы уже знаете, что после Кругов идет Эфирная Сфера. После Сферы идет Туманность, потом Вихрь, а потом Звезда. Но то, как далеко может зайти человек, определяется тем, сколько у него было Кругов перед прорывом на Сферу. Прорвался с пяти Кругов — выше Сферы не уйдешь. Шесть — Туманность твой потолок. Семь — до Вихря. А вот если у Мага восемь или девять Кругов, то его предел сдвигается на уровень Эфирной Звезды, после которой можно перейти на еще более высокий план силы. Империи нужен как раз таки потенциал этого высшего плана. То есть им нужен Маг Восьмого или Девятого Круга.

— Турнир для этого, — сказал я. — В первую очередь не медаль, а смотрины гениев.

— И это тоже, — кивнул ректор. — Тринадцать академий, лучшие со всей планеты в одном месте, на виду. Где еще разглядеть того, кто может в будущем дать нам шанс, как не тут? Род ищет такого человека всерьез, потому что именно от этого зависит, будет мир жить или ляжет под Зверей. И в этом году нашлось сразу двое, чей потенциал в теории способен вывести к нужному уровню. Михаил — первый. А второй — ты, Саша. Черная Кость каждый турнир пытается что-то устроить. Но на этот раз они распоясались, желая устранить хотя бы кого-то из вас двоих.

— Но разве им не будет тоже хорошо, если мир спасут? — спросил Артем.

Я покачал головой, уже зная, что ректор ответит.

— Нет. Черная кость презирает всех. Презирает Кавелиных за то, что те используют мир как кормушку, тратя на себя то, что могло бы помочь всем остальным. Империю — за то, что бросила планету на произвол судьбы. Да и сам мир за слабость. И они решили, что раз так, то и не должно появляться того самого Восьмого Круга. К тому же, когда до гибели человечества останется немного, Кавелины, по мнению Черной Кости, сами будут вынуждены пойти по их пути, потому что не останется никакого иного. К тому же сами подумайте. Выравнивание Духа — небыстрый процесс. Если на Смоленск-2 явятся Маги Империи, обладающие непостижимой для нас с вами силой, они за эти годы так или иначе вырежут всех из Черной Кости, как террористов. Естественно, им такой расклад не нравится.

Он помолчал и сказал чуть тише:

— И еще одно, почему они осмелели именно теперь. Я не должен рассказывать такое посторонним, но после позавчерашнего уверен, что вы четверо не из них.

— Почему? — насторожился я.

— Вчерашний фаербол, тот, что шел в вас сверху, я остановил в последний миг не случайно. Я ждал до самого конца нарочно. — Он не отвел глаз. — С того момента, как ты, Саша рассказал мне про нападение с черным Духом, я тебя подозревал. В тебе его не было, но это не показатель. Тебя могли просто завербовать. Уж извини, но обычно именно таких, как ты, — безродных, но выбившихся в люди и встретившихся с дискриминацией аристократии, — они и вербуют. И я хотел убедиться. Если бы Сильвестр ударил в тебя вполсилы, я бы понял, что ты для них ценен, что тебя просто наигранно пытаются прикончить. Но он бил насмерть, всем, чем мог. И, когда я убедился, тогда поставил стену. Я проверял тебя, едва не убив, прошу за это простить.

Я не почувствовал в его словах обмана. И зла на него не нашлось. На его