Человек государев 7 - Александр Горбов
— Но вы ведь не разбирались в работе ведомства.
— А этого и не нужно было. Все служащие и без меня знали, что делать. Основная задача начальника — обеспечить надзор, чтобы они делали свою работу. Иногда даже держать в строгости, чтобы не ударялись в мздоимство. Этого хватает, чтобы ведомство вполне нормально функционировало. Увы, Миша, у нас бывает, что и этого начальнички сделать не могут: сидит какой-нибудь дундук в кресле, щёки надувает, а на службу приезжает раз в неделю. Вот и разваливается работа, пока не пришлют ревизора и он не наведёт страх и ужас.
Цаплин вздохнул и покачал головой.
— С другой стороны, когда должность получает человек вроде нашего Ивана Карловича, кто и дело знает, и сам не боится руки запачкать, то ведомство немалую силу обретает. Помяните мои слова, Миша, — пойдёт Корш на повышение. Глава всей Коллегии уже в летах, здоровье уже не то, вот Иван Карлович его и заменит.
«Очень хорошо, — мысленно кивнул Захребетник. — А следом за ним и мы с тобой на повышение пойдём».
— Так что, Миша, — подвёл итог Цаплин, — смело ступайте и не переживайте лишний раз. Вы легко со всем разберётесь, а там и Иван Карлович вернётся. Хотя…
Цаплин на минуту задумался.
— Начальники отделов люди, конечно, неплохие, но вас на зуб могут попробовать. Не сколько по злобе, — он усмехнулся, — а из спортивного интереса. Вдруг да получится что-то выбить себе, пока Ивана Карловича нет. Но с этим я вам помогу.
Он, не вставая, отодвинул стул, скрипнув ножками по паркету, и полез в тумбочку стола. Долго там звенел стеклом и шуршал бумагой.
— Ага, нашёл! — Он выпрямился и бросил мне что-то серебряное.
Я поймал вещицу на лету и раскрыл ладонь. То ли брошь, то ли значок в виде птицы с расправленными крыльями.
— Если насядут на вас, что мочи не будет, на клюв надавите, чтобы щёлкнуло. Я тогда к вам загляну и постараюсь вытащить «по срочному делу».
— Спасибо огромное, Игорь Владимирович!
— Ерунда, — Цаплин махнул рукой. — Свои люди, сочтёмся.
Я поблагодарил его за чай и отправился в приёмную Корша.
* * *
Софья Андреевна уже была на месте и с деловым видом перекладывала бумажки.
— Доброе утро, Михаил Дмитриевич, — поздоровалась она, не глядя на меня. — У вас что-то срочное? Если нет, загляните попозже, я очень занята.
— Да, пожалуй, что срочное.
— Давайте быстренько. — Продолжая разбираться с документами, девушка махнула ладонью. — Что у вас там?
Я протянул ей бумагу от Корша. Она на автомате взяла её, пробежала наискосок глазами и отложила в сторону.
— Хорошо, я оформлю и… — Девушка дёрнулась, снова прочитала приказ и посмотрела на меня поверх очков. — Весьма неожиданно, Михаил Дмитриевич. С Иваном Карловичем что-то случилось?
— С ним всё в порядке. Но ему придётся задержаться в резиденции государя на несколько дней. А мне придётся, — я вздохнул, — сидеть на его месте и следить за порядком в управлении.
— Замечательно! — обрадовалась она. — Вы знаете, столько бумаг накопилось за эти дни. Сейчас я вам подготовлю папочку с самыми срочными!
Я ещё раз вздохнул и кивнул. Подозреваю, Корш меня в том числе для этого и назначил исполняющим обязанности — чтобы я разгрёб авгиевы конюшни бумажной работы.
* * *
Где-то через час ко мне началось паломничество начальников отделов. Являлись они в кабинет Корша, будто специально договорившись. Сначала начальник первого отдела, потом второго, затем четвёртого. Колобков, новоназначенный начальник третьего, тоже заглянул, но уже после обеда. И если с последним мы поговорили по душам и обменялись новостями, то от встреч с остальными я испытывал смешанные чувства.
Они улыбались, жали мне руку, поздравляли с оказанным мне высоким доверием. Но в их поведении чудился какой-то подвох, и я не позволял себе расслабляться во время общения с ними. Не зря же Цаплин предупреждал, что меня будут проверять.
После разговора с Колобковым меня больше никто не отвлекал, и я вернулся к бумажной работе. И, глядя на гору неразобранных документов, было понятно — сидеть мне тут не разгибая спины все следующие дни.
Помощь с документами пришла, откуда я не ждал. Захребетник, наблюдавший за моими мучениями, мысленно закатил глаза и застонал.
«Уйди, горе ты моё, — отобрал он управление. — Сил нет смотреть, как ты корячишься. Сам всё сделаю, учись как надо».
Ага, легко сказать! Захребетник читал бумаги с поразительной скоростью — ему хватало одного беглого взгляда, чтобы понять суть. Я успевал только шапку прочитать, а он уже начинал писать ответ, да так, что перо мелькало над строчками со скоростью мухи.
Между ведомостью о сдаче зачётов по использованию малахириума вторым отделом и рапорте на имя Корша о необходимости введения ещё одной ставки делопроизводителя в пятом, Софья Андреевна принесла мне чай.
— Спасибо! — Захребетник улыбнулся девушке. — Чтобы я без вас делал, наш добрый ангел!
— Ах, оставьте, Михаил Дмитриевич. При всём желании я выполняю в секретариате скорее роль цербера, а не прекрасного ангела.
— Не прибедняйтесь, Софья Андреевна. Вы прекрасно справляетесь с обеими ролями. И мне даже жаль, что вы уйдёте из секретариата в первый отдел.
— Ой, нет! — Софья Андреевна поморщилась. — Я ещё раз всё обдумала, посоветовалась и решила не менять шило на мыло. Если посмотреть под правильным углом, на моём месте перспектив оказывается больше.
«И влияния, — Захребетник рассмеялся. — Это ей правильно посоветовали. Секретарь Корша, особенно, если он возьмёт её с собой при переходе выше, — весьма влиятельная фигура».
Софья Андреевна ушла, а Захребетник снова набросился на бумаги, словно голодный книжный червь. И, к моей радости, разгрёб все завалы подчистую.
— Всё, дальше сам, — устало бросил он. — Тебе только текучка осталась, без меня справишься.
Он вернул мне управление. Я встал, потянулся и двинулся к выходу.
«Это куда ты собрался? А доделывать кто будет?»
— Так на сегодня всё, время закончилось. — Я едва сдержался от смеха. — Пора домой, а дела могут подождать до завтра.
* * *
Пусть работал в основном Захребетник, но тело у нас одно, и на меня ещё в автомобиле навалилась усталость. И домой я добрался с единственной мыслью: поужинать и