Против ветра - Анна Джейн

– Сколько вас там было человек, на этой драке? – поинтересовалась Ника.

– Немало. Под полтинник. Было темно, все были заняты друг другом, и никто ничего не видел.

– А отпечатки? Их разве не было на ноже?

– Не было, – покачал головой Никита. – Их стерли. Тот, кто дрался с тем парнем, стер их. Видимо, понял, что дело запахло жареным, и подстраховался. – Что, девочка, не веришь мне? – Серые глаза вспыхнули темно-синим. – Думаешь, пытаюсь отмазаться?

– Нет. Нет. Я тебе верю, – улыбнулась Ника и поцеловала его в горячее, нагретое солнцем предплечье.

Она верила и чувствовала облегчение от того, что ее любимый человек не такой монстр, как можно было подумать.

– Успокойся, – добавила Ника.

– Я спокоен.

– Можешь пожевать травинку, – протянула ему Ника тонкую травку, вновь неосознанно провоцируя на какие-нибудь активные действия.

Ник посмотрел на шутницу и промолчал. Ему нравилось разглядывать ее лицо. И даже не потому, что оно казалось ему симпатичным – нет, даже красивым, – а просто потому, что это было ее лицо.

– А откуда ты знаешь Сашу? – Ника разглядывала далекие-далекие горы, на которых ей тут же захотелось побывать.

– Подрались как-то, – усмехнулся Ник. – Так и познакомились.

– Неудивительно. У тебя знакомство с каждым вторым начинается с драки, да?

– Нет. Нам тогда было еще лет семнадцать или меньше. Самоуверенные малолетние придурки. Знаешь, тогда мы часто ходили на всякие стрелки, – вспомнил бойцовское и хулиганское прошлое Кларский. – Иногда компаниями, иногда собирали пацанов со всей школы и шли «стенка на стенку». Иногда, бывало, устраивались стрелки «улица против улицы» или «район против района». Все заброшенные стройки района были нашими.

– Вот, наверное, весело было, – покачала головой Ника.

Она всю жизнь прожила в криминальном районе Южная Пристань и помнила такие драки. Однажды она стала свидетельницей стрелки, на которую собралось человек триста. Тогда Ника, будучи еще пятиклашкой, гуляла вместе с Дашей и случайно на пустыре увидела всю эту огромную толпу, стоявшую незамкнутым разношерстным кругом, посредине которого дрались несколько человек. Девчонки сразу же свалили оттуда, а после узнали, что туда приезжала милиция, забрав тех, кто не успел сбежать.

– Весело, – согласился Никита, который не очень-то и любил драться, хотя, надо признать, получалось это у него более чем хорошо. Улица стала для него хорошим тренером. – С твоим Сашей мы «познакомились» в драке между школами. Он был в одной команде, я – в другой. Так вышло, что мы дрались с ним. Так друг друга и запомнили. А после часто стали пересекаться. Он безмерно меня раздражал. Хотелось ему хорошенько врезать.

– И часто это получалось?

– Нечасто, но получалось. С ним драться было несладко.

Никита почувствовал прилив нежности, когда Ника потерлась о его плечо.

– Наверняка ни одной потасовки не пропускал, Кларский?

– Меня не всегда звали на дни рождения. А на драки – всегда, – хмыкнул Никита.

– Что один, что второй, – рассмеялась Карлова.

– Все, хватит о нем. Или ты жалеешь, что ушла от Дионова? – с великим подозрением спросил Никита. Похоже, он начинал ревновать на пустом месте.

– Дурак. – Ника куснула его за плечо, чем удивила и немного развеселила Никиту. – Я не жалею – и я скажу тебе тысячу раз об этом. Но чувствую себя странно… Мне кажется, я сумасшедшая.

– Не льсти себе, – ответил ей парень. – Единственным сумасшедшим, которого я знал, был мой брат.

– Ты по нему скучаешь?

Ника положила голову на колени Никиты. Он перевел взгляд с чистого неба на ее лицо, чувствуя, как хочет прикоснуться к обнаженному предплечью, чуть тронутому загаром, к согнутой в колене ножке, к открытой шее, к щеке, к волосам.

– Я не знаю, – честно признался Никита.

Он не сдержался и запустил руку в мягкие волосы Ники. Ему нравилось, что они стали длинными. Но если бы они стали короткими, как раньше, он бы тоже был от них в восторге.

– Конечно скучаешь, – уверенно проговорила Ника. – Он же твой брат.

На реке, далеко внизу, появилась рябь из-за ветра.

– Я приехал и купил ему на могилу венок, – сказал зачем-то Никита. – У него хорошая могила. Памятник красивый, забор, венки, все как нужно, как у всех нормальных людей. А потом подумал, что надо было купить ему живых цветов, а не венок.

– Я знала, что твой брат погиб, но я не была на его могиле, прости, – пряча глаза, сказала Ника.

Она протянула руку вверх и положила ее Нику на грудь, ближе к сердцу.

– Ты не должна была туда ходить, за что просишь прощения?

– Просто… я же знала его, мы общались. Он мне даже нравился. Казался хорошим и интересным. Советовал мне книжки и вообще мы об искусстве разговаривали, – сглотнула Карлова. – А еще Андрей знал, что я рисую и даже попросил меня нарисовать ему что-нибудь, я пообещала, но… Не получилось.

– Ничего страшного, думаю, он поймет, – глухо отозвался Никита.

Он наблюдал за рябью на воде. Здесь, наверху, было спокойно, а там, внизу, дул ветерок. Разве такое возможно? Чтобы успокоиться, Ник вновь стал перебирать волосы Ники.

– Знаешь, о чем я думала, пока тебя не было? – спросила Ника, глядя на него снизу вверх. – О Тесее, который оставил свою Ариадну.

– Почему? – удивился Кларский.

– Он мне напомнил тебя. Знаешь, ты вечно твердил: «Судьба это, Судьба то, она все за меня решила, я такой разнесчастный, ах, ох, пожалейте меня кто-нибудь…»

– Я такого не говорил, – возмутился Ник. Жалость он ненавидел.

– Я утрирую, – широко улыбнулась ему Ника. – Тесей любил Ариадну, но оставил ее, потому что ему сказали: Ариадна предназначена Дионису. И спорить с судьбой Тесей не мог. Принял как должное. Оставил бедной Ариадне как откуп Северную Корону и уплыл. А бог Дионис уже был тут как тут.

– Дионис у тебя появился. И фамилия у него подходящая. – Никита никак не мог забыть об Александре.

– Ты всегда был таким глупым, – проговорила Ника с нежностью. Никита провел ладонью по ее щеке. – Зато теперь я вижу, что ты не Тесей. А все так странно начиналось… Я никогда не забуду, как звонила тебе по телефону.

Ника вдруг залилась нервным смехом.

– Боже, ты поверил, что это звонила тебе Зоя Укропова. Мне сейчас Кондратий карету подаст! – со смехом выходил и страх.

– Кстати, где ты тогда нашла мой номер телефона? Пробила в базе? – любопытства ради спросил Никита, подождав, пока глупая девчонка насмеется вдоволь.

– Нет, – радостно сообщила та. – Парень один дал.

– Какой еще парень?

– Я ведь звонила тогда и твоей подружке – ее номер нашла в твоем мобильнике, когда мы в машине того синеглазого мальчика сидели. Записала на всякий случай. И как-то мы сидели с Дашкой, пили что-то…

– Ну как же без алкоголя-то, – понимающе закивал Никита.

– Что ты привязался к алкоголю?!

– Рассказывай дальше. Итак, вы пили…

– И я стала звонить этой Ольге. А потом трубку взял какой-то парень. И сказал, что даст твой номерок,