Директор подземелья. Ловушки, долги и драконы - Яр Воронцов

На носу гоблина сидели круглые очки. Одно стекло было треснуто, другое отсутствовало, но это не мешало ему смотреть на нас с выражением человека, которому доставили заказ не того размера.

В руках он держал толстую книгу, перевязанную бечёвкой.

— Вы опоздали, — сказал он.

Голос у него оказался хриплым, но не неприятным. Просто создавалось впечатление, что гоблин постоянно спорит с дымовой трубой.

— На сколько? — спросил Рудек.

— На шесть дней, три часа и примерно двадцать минут. Я округлил в вашу пользу, потому что точное время прибытия предыдущего владельца установить не удалось.

Гоблин перевёл взгляд на меня.

— А это новый владелец?

— Новый управляющий, — ответил Рудек.

— По договору он владелец.

— По королевскому праву — управляющий.

— По долговым обязательствам — должник.

— Фиска, — предупредил Рудек.

Гоблин не обратил внимания.

Он открыл книгу, вытащил из-за уха короткий карандаш и начал листать страницы. Листы были разного цвета и размера. Некоторые были вырваны из тетрадей, другие, судя по печатям, предназначались для официальных документов. В середине книги торчал кусок упаковочной бумаги, а между страницами лежала сухая веточка.

— Господин Герхард Вольф, — произнёс гоблин. — Должность: управляющий подземелья Чёрного Клыка. Дата вступления в права: вчера, согласно печати нотариуса. Фактическое прибытие: сегодня. Условие договора: приступить к управлению в течение суток после передачи объекта.

Он поднял на меня глаза.

— Вы прибыли с опозданием на один час и сорок семь минут.

— Кто считал время?

— Я.

— По каким часам?

— По единственным исправным.

Рудек постучал пальцем по обложке книги.

— Фиска, это Герхард Вольф. Он будет здесь главным.

— Я понимаю. У него договор.

Гоблин закрыл книгу, прижал её к груди и протянул мне руку.

Ладонь у него была сухой, пальцы — длинные, с коротко подстриженными ногтями. На большом пальце красовалось чернильное пятно.

— Фиска Пять-Копеек, — представился он. — Исполняющий обязанности бухгалтера, кассира, делопроизводителя, оценщика, архивариуса и свидетеля при несчастных случаях.

— Почему исполняющий обязанности?

— Полного утверждения я не получил.

Рудек кашлянул.

Фиска снова открыл книгу.

— Согласно последней ведомости, в подземелье числятся двадцать семь работников, восемь охранников, четырнадцать монстров, четыре наёмных специалиста, один поставщик, две крысы и дракон.

— Почему крысы указаны отдельно? — спросил я.

— Они работают по временным договорам.

— А дракон?

— У него договор пожизненный.

— Он работает?

Фиска посмотрел вглубь коридора.

— Иногда.

— Что делает?

— Портит имущество.

— Это считается работой?

— В бухгалтерии есть отдельная статья.

Гоблин перевернул страницу.

— Кроме того, в объекте обнаружены три умерших сотрудника, которые продолжают числиться в штате.

— Как это возможно?

— Вполне возможно. Трудовые отношения не прекращаются автоматически после смерти работника.

Я посмотрел на Рудека.

Тот поднял ладони.

— Не смотри на меня. Я предупреждал, что всё плохо.

— Ты сказал, что есть монстры.

— Это было краткое описание.

Фиска деловито постучал карандашом по книге.

— До начала управления необходимо провести приёмку имущества. Я подготовил перечень основных проблем.

— Основных?

— Полный список занимает четыре тетради. Две я потерял, одна сгорела, а четвёртая сейчас используется для выравнивания ножки стола.

Он жестом указал на деревянный стол в сторожевой будке. Стол действительно стоял на одной тетради.

— Начнём с того, что подземелье официально существует, — сказал Фиска.

— Это хорошая новость?

— Для объекта недвижимости — да. Для владельца — не всегда.

— Почему?

— Потому что официально существующий объект обязан соблюдать правила.

Он перелистнул несколько страниц.

— Подземелье внесено в реестр под номером семьсот тридцать четыре. Земля находится в королевском ведении, право хозяйственного пользования выдано дому Кессель на девяносто девять лет. До окончания договора осталось…

Фиска нахмурился, пересчитал что-то на полях и перевернул страницу.

— Семьдесят два года, если не учитывать период, когда объект был закрыт из-за эпидемии, нападения нежити, пожара, судебного спора с Гильдией героев и неизвестного происшествия на нижнем уровне.

— Что за неизвестное происшествие?

— Неизвестное.

— В документах ничего нет?

— Есть пустая строка.

— Почему пустая?

— Потому что тот, кто должен был внести сведения, исчез.

Я обвёл взглядом зал.

— Много здесь исчезало?

— В первые годы — часто. Потом поставили замки.

— Помогло?

— Исчезать стало труднее.

Фиска вынул из книги отдельный лист.

— Лицензия на эксплуатацию подземелья просрочена.

— На сколько?

— На четыре года и девять месяцев.

— Почему её не продлили?

— Для продления требуется пройти проверку Гильдии героев.

— А почему не прошли проверку?

— Для проверки требуется привести подземелье в порядок.

— А для того чтобы привести его в порядок, нужны деньги.

— Деньги не выделялись, потому что лицензия была просрочена.

Я посмотрел на гоблина.

— Получается замкнутый круг.

— Нет, — сказал он. — Замкнутый круг выглядит аккуратнее. Здесь скорее клубок.

Он перевернул лист.

— Кроме того, подземелье должно иметь действующий договор на охрану, страховку посетителей, журнал несчастных случаев, аптечку, план эвакуации, противопожарные бочки, запас питьевой воды и утверждённый перечень ловушек.

— Что из этого есть?

Фиска проверил записи.

— Журнал несчастных случаев.

— Хорошо.

— Правда, последний лист закончился три года назад.

— А остальное?

— План эвакуации. На плане отмечен выход, которого нет.

— Что-нибудь ещё?

— Есть одна противопожарная бочка.

— Пустая?

— Наполовину.

— Чем заполнена?

— Мелкими костями.

Фиска закрыл книгу.

— Поэтому я предлагаю начинать приёмку с финансовых обязательств.

— Почему не с ремонта?

— Ремонт требует денег. Сначала нужно установить, сколько их нет.

Мы двинулись по коридору.

Я шёл первым, Фиска — рядом, придерживая книгу под мышкой. Рудек отстал, объясняя одному из работников, что продажа завершена и возвращаться к прежнему владельцу больше не имеет смысла. Работник, судя по голосу, был с этим не согласен.

Стены подземелья покрывал мох. В некоторых местах сырость проступала тёмными пятнами, похожими на карты несуществующих стран. Под потолком висели цепи от старых светильников. Часть ламп давно исчезла, но крюки остались, и на каждом висела своя история.

На одном болтался высохший сапог. На другом — медный котёл. Третий держал застрявшую в нём мышеловку.

— Это главный коридор? — спросил я.

— Один из них.

— Сколько их?

— По старому плану — четыре.

— А на самом деле?

— Мы