Выжить и Заработать - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

«Какое кольцо?» — набрал я, понимая всю жалкость манёвра.

— Кротов, — в голосе прорезалась знакомая усталость учителя, поймавшего двоечника со шпаргалкой. — Тёмный металл, оранжевый расколотый камень, подарок от известной тебе особы с трамвайной остановки. Я настоятельно советую избавиться от этой вещи. Настоятельно. Подчёркиваю дважды.

«Нет».

Я даже думать не стал. Эта штука могла спасти мне жизнь… пусть и чисто теоретически. Но в бизнесе теория выживания быстро становится практикой.

— Твоё право, — сухо ответил Директор после паузы. — Тогда фиксирую официально, в рабочем канале. Если из-за этого предмета ты вляпаешься в неприятности, Магазин за тебя впрягаться не будет. Ни Система, ни я, ни страховка. Это будут твои личные проблемы, не покрываемые трудовым договором. Подтверди ознакомление.

«Ознакомлен».

— Всё. Я оффлайн. И покорми Зама, он на тебя смотрит.

Я обернулся. Котя действительно смотрел. С коробки доширака, немигающим взглядом зама по безопасности, который всё слышал и всё запомнил.

— Тебя не спросили, — сказал я ему и пошёл за кормом.

Пока кот хрустел ужином, я вытащил перстень из кармана и покрутил в пальцах. Камень внутри тлел оранжевым, расколотый на десятки осколков, которые что-то невидимое удерживало вместе. Красивая штука. И Опасная. Штука, из-за которой Директор впервые на моей памяти сказал слово «настоятельно» дважды.

Решение созрело быстро, потому что я человек практичный.

Расхаживать с этим по улицам я не буду. Носить на пальце в универ — тем более, ещё не хватало, чтобы на лекции по логистике за мной пришли враги хозяев Садового кольца. Перстень отправится в сейф под кассой, к копиям документов. Полежит там тихо, как страховой полис.

А достану я его ровно в одном случае: если какой-нибудь буйный гость с длинной родословной начнёт качать права и не поймёт язык фискального чека. Вот тогда и посмотрим, чей VIP-пропуск весомее.

Я завернул кольцо обратно в чек, набрал код сейфа и положил его в дальний угол, под коробочку с копией СНИЛСа.

Сейф закрылся с солидным щелчком. Котя опустошил миску и вспрыгнул на прилавок — следить за порядком.

За окном загудел вечерний трамвай, и к магазину уже брела первая партия покупателей: мужичок в спецовке и бабулька с тележкой. Обычные, родные, с правильным количеством пальцев.

— Работаем, зам, — сказал я коту и поправил бейджик. — KPI сам себя не закроет.

А завтра надо будет позвонить или зайти к Гене насчёт кабеля. И прикинуть, сколько метров меди нужно, чтобы дырка в стене начала приносить по пятьсот рублей с носа. Или что там у аномалий вместо носа?

Утро началось с редкой роскоши: я выспался. Пары сегодня стояли аж с трёх часов, поставка приехала без сюрпризов, подъёмник в шесть утра прогудел свои положенные три раза, как приличный.

Позавтракав дошираком с сосиской (Котя получил свою долю первым, у нас тут субординация), я достал мятую бумажку с номером, который Гена нацарапал мне ранее.

Гудки шли долго. Потом трубка рявкнула бодрым басом:

— Слушаю!

— Гена, здравствуйте. Это Денис, из «Продуктов 24». Вы говорили, если что по…

— О-о, командир! — обрадовалась трубка так, будто я выиграл в лотерею и звоню делиться. — Помню, конечно! Чего у тебя? Проводка искрит?

— Не совсем. Нужно решётку на вентиляцию наварить. Капитальную. А то лазает всякое.

— Коты, что ли?

— Ну… — я припомнил ту жуткую многорукую штуку. Мужик-кепка про нее явно забыл. — Скажем так, очень наглые коты.

— Понял, не продолжай! — хохотнул Гена. — Жди, через пару часов буду. Только за Любаней в поликлинику заскочу.

При слове «Любаня» у меня дёрнулось веко, но по телефону этого, к счастью, не видно.

Приехал он даже раньше. Подкатил на видавшей виды «Ниве», из багажника которой торчали сварочник, болгарка и моток кабеля толщиной с удава. Сам Гена был румяный, выбритый, на нём красовалась клетчатая рубаха. И пахло от него нормальным мужским одеколоном, а не ледяным ментолом, которым он глушил запах перега… страха той ночью.

Дневная версия. Полная комплектация, плюс адекватность, минус все воспоминания о том, как куролесил ночью.

— Зинаида, красавица! — гаркнул он с порога тёте Зине, которая как раз принимала смену. — Всё хорошеешь!

— Хорошею, — согласилась тётя Зина с интонацией человека, которому до пенсии четыре года и плевать на всё, кроме сериала. — Гречу брать будешь? Скидка последний день. Подорожала опять, ироды.

— Возьму, Любаня велела! — Гена сгрузил сумки у входа и стиснул мою ладонь так, что хрустнули костяшки. — Ну, показывай, командир, где тут твои наглые коты лазают!

Я повёл его на склад. Гена глянул на вентиляционную решётку, вернее, на то, что от неё осталось, и протяжно присвистнул.

— Ни хрена себе котики. Тут медведь лез, не иначе. Смотри, как металл вывернут, наружу и вбок. Это ж какая масса нужна…

Магазин по какой-то причине до сих пор не восстановил решетку после пьяного вояжа Толика. То ли энергию экономил, вентиляция не фасад, то ли ждал прямого приказа Директора.

— Район у нас такой, — уклончиво сказал я. — Фауна разнообразная.

— Да уж вижу. — Он поковырял пальцем рваный край. — Ладно, излагай, чего хочешь.

Я изложил техзадание, отрепетированное перед зеркалом. Решётка из толстой арматуры, наваренная намертво. Но посадить её надо на изоляторы, чтобы пустить по металлу ток. Санитарный барьер против крупных вредителей, всё по СанПиНу, документы имеются.

Ожидал вопросов. Гена вместо этого прищурился с хитрецой бывалого человека:

— Грамотно придумано. Шпана местная сунется лапами, а ей по пальцам хрясь! Один раз дёрнется, второй раз за квартал обходить будет. Я в девяностых так гараж защищал, три магнитолы спас. — Он деловито обстучал стену вокруг проёма. — Не боись, студент, сделаем по красоте. Только учти: от розетки твоих «котов» разве что пощекочет. Источник нужен посерьёзнее.

— Есть источник, — сказал я. — Сначала покажу управление.

В зале Гена обошёл прилавок и уставился на Терминал. Пузатый бежевый монитор глядел на него зелёными буквами, рядом лежала клавиатура весом с кирпич.

— Задумка такая, — объяснил я. — Реле заводим на Терминал, чтобы ток пускался кнопкой с кассы. Начальство обещало программную часть, с меня железо.

Гена уважительно щёлкнул по тугой клавише. Клавиша ответила звуком затвора.

— Аппарат — динозавр, — вынес